Облом
Шрифт:
Я цокнул, притворившись недовольным:
— Ты опоздала.
Ее каблуки стучали по полу, эхом раздаваясь по холлу, и я не мог больше сопротивляться и опустил взгляд на ее ноги и каблуки. Она была одета в облегающую полосатую юбку и в соответствующий пиджак поверх шелковой блузки кремового цвета. Я знал, что эту картинку мысленно воспроизведу позже. Я представлял, как нагну ее на своем столе, задеру юбку и посмотрю, какие трусики она носит под ней.
— Рай?
Черт. Я пялился. Пытаясь отогнать облако страсти, нависшее надо мной, я улыбнулся
— Пойдемте, мисс Финеган?
— Оу, — ее глаза загорелись, когда она взяла меня под руку. — Теперь всё чопорно и благопристойно, да?
Я подмигнул ей:
— Только для вас, мадам.
Мы вышли из здания, и пошли по тротуару всё еще под руку. Добрались до Max Londons, проскользнули внутрь и умудрились отхватить два места у бара. После того, как я заказал ей белую сангрию, а себе Saratoga Lager [11] , мы оба выпустили протяжный вздох и повернулись друг к другу, засмеявшись:
11
Низовое пиво
— Один из таких дней, да?
— Точно, — ответил я, кивнув. — Так рад, что он закончился.
Я поймал наше отражение в зеркале на стене за стойкой бара, запомнив в памяти эту картину, — мы устали, но счастливы находиться в компании друг друга.
Она сделала глоток сангрии, смакуя вкус своего любимого напитка, прежде чем длительно выдохнула. Я мгновенно напрягся, так как уже достаточно хорошо узнал Мэгги и понял, что такой длительный выдох означал, что что-то произошло. Причем похоже, не слишком хорошее. Она подтвердила мои подозрения, когда замолчала и стала играть ножкой бокала. Наклонившись, я слегка толкнул ее рукой.
— В чем дело, Мэггс?
Она повернулась, и посмотрела на меня:
— Сегодня я получила письмо от Шейна.
Моя челюсть была настолько сжата, что я задался вопросом, а не сломаю ли я зубы?
— Что этот недоумок написал? — я сделал глоток пива и старался усмирить свой гнев, направленный на козла, который причинил ей боль. Ублюдок так легкомысленно отказался от нее. Похоже, до недоумка дошло, кого он отбросил в сторону, вероятно, он осознал, как чертовски неотразима Мэгги.
«Черт возьми, пожалуйста, не говори мне, что ты собираешься вернуться к нему. Пожалуйста. Не. Говори. Этого», — мысленно молил.
— Он сказал, что хочет извиниться за все, но он не думает, что я возьму трубку или отвечу на его смс. Он хочет извиниться лично и думает, что, быть может, мы могли бы… — она затихла, ожидая, когда я посмотрю на нее, и продолжила, — иногда пересекаться.
О, черт, нет.
Кивнув, я пытался обуздать свои страхи, глубоко вздыхая и успокаивая дыхание. Что-то это не особо прокатывало со мной. Изучив выражение ее лица, я старался понять, о чем она думала, но тщетно.
— Что намерена делать?
Она снова протяжно вздохнула, мотая головой,
— Прошло пять месяцев и внезапно он сожалеет? — поджав губы, она посмотрела на меня. — Я думаю, что наконец-то покончила с тем, что он сделал, потому что я правда ничего не почувствовала, когда читала то письмо. Только лишь… — наклонив голову в бок, словно стараясь подобрать слова, она, наконец-таки, произнесла, — скуку. Возможно, раздражение. Но это хорошо, потому что я точно знаю, чего хочу, лучше, чем когда-либо.
Мои плечи опали с облегчением от ее слов:
— Ты заслуживаешь лучшего, Мэггс.
Она улыбнулась мне одной из тех милых улыбок.
— Спасибо, Рай, — игриво ударив меня в плечо своим, она улыбнулась шире. — Ты же знаешь, что нам нужно сделать, так?
Улыбнувшись, я взял чистую салфетку, пока она доставала ручку из сумки, передал ей, где она написала:
«Я хочу быть с тем, кто будет не только любовью всей моей жизни, но и моим лучшим другом».
Когда она протянула салфетку мне, я недолго размышлял над ответом, и решил написать просто и по существу:
«Я хочу того же. Навсегда».
Глава 7
Мэгги
— Райленд Джеймс! — застучала я в дверь его ванной комнаты и громко закричала. — Ты съел последний…
Дверь внезапно распахнулась, остановив мою речь, потому что… о-о-о, сладкие и мокрые от воды мышцы. Я не могла оторвать от парня глаз. Вокруг его талии было обернуто полотенце, и я даже не осознавала, что двигалась, пока Рай резко не зашипел от моего прикосновения, так как мой палец прочертил изящные линии мышц живота.
— Эм… — он откашлялся, его голос стал хриплым и глубоким. — Мэггс?
— Угу, — я рассеянно пробормотала, пока кончик моего пальца останавливал капельку воды на коже парня, спускаясь вниз к его пупку, и…
Он взял меня за запястье, остановив руку, отчего мои глаза с тревогой резко обратились к нему, потому что черт. Это было похоже на внетелесный опыт.
— О, черт. Извини. Я просто, эм… черт, — это всё, что я смогла вымолвить. Абсурд. Никто не поверил бы, что у меня был диплом, если бы сейчас услышал меня.
Если бы мой язык имел свой собственный голос, то, вероятно, сказал бы что-то вроде: «Только кончиком. Это всё, что я хочу». Точнее, кончиком языка провести по мышцам Рая. Знаете, просто чтобы я удостоверилась, фотошоп это или нет.
Я готова была пожертвовать собой. Я такая великодушная. После всего этого люди должны были подумать о приравнивании меня к лику святых. Серьезно. О и затем… Абракадабра! Пуф! И он больше не гей, заявляет о своей бессмертной любви ко мне и никогда не променяет меня на другого парня. Или девушку. Вау. Такой сценарий даже в моей голове звучал дико.