Облачные Люди
Шрифт:
— Ты знаешь политику нашей компании, — продолжал Толя, — руководство должно быть на месте.
— Но кого-то надо оставить здесь, — заметил я, — удар по столице деморализует ещё больше, чем временная потеря Томбукту.
— Само собой, — кивнул Толя, — тут останется батальон, и часть местных, которых успели подготовить. Из лучших, чтобы ты понимал. Тылы будут прикрыты.
— Когда выдвигаемся? — спросил я.
— Ты — через час. Когда я пока не знаю, будет зависеть от развития ситуации.
— Задача? — спросил я.
—
— Есть, кивнул я, поднимаясь.
Толя посмотрел на меня внимательно, потом улыбнулся и сказал:
— Серёг, всё-таки ты стопроцентно наш человек.
Я кивнул, и улыбнулся в ответ.
Ваня получил командование взводом. Неплохо — обычно новичков, даже с отличным послужным списком не ставили выше сержантских должностей. А то и просто давали приобрести боевой опыт рядовым штурмовиком. Значит, кадровики увидели в Ване большой потенциал.
И он старался его оправдывать, изо всех сил.
Когда я собирался, он как раз знакомился со своим подразделением, поэтому я не стал его дёргать.
Глава 21
Выдвигались рассредоточено и максимально скрытно. Никаких колонн и походных порядков, предписанных уставом. Не те обстоятельства.
Я двигался в авангарде, на УАЗике. Всего две машины. Из руководства я вообще был тут один. Ещё присутствовал связист и пара операторов БПЛА, их тоже двигали в первую очередь; разведка на этом этапе имела исключительно важное значение.
Когда проезжали столицу, я заметил, что некоторые местные приветствуют нас, странно жестикулируя: сначала указывая на небо, потом демонстрируя чуть изогнутую ладонь параллельно земле.
— Чего это они?.. — произнёс я настороженно.
— Это новое изобретение, — ответил Камиль, сидевший на заднем сиденье наискосок от меня, за водителем, — местные называют нас «облачными людьми». Вот, изображают облака. Тут довольно много наших сторонников, с нашим появлением многие простые люди вздохнули спокойно.
— Облачные люди? — Повторил я, — из-за цвета кожи, что ли?
— И это тоже, видимо, — ответил Камиль, — плюс местные мифы, согласно которым облака, которые приносят дождь, рождаются на далёком Севере, в стране льда. Там, где живут могущественные духи-лоа, способные справиться с несправедливостью.
— Духи лоа это что-то из вуду?
— Это для простоты я так сказал, — пояснил лингвист, — на самом деле всё немного сложнее. Между бенинским вуду и здешним шаманизмом граница очень расплывчата. Я привёл термин, который есть в русском.
— Ясно, — кивнул я.
— Но вообще тут это не слишком приветствуется. Страна всё-таки мусульманская. Джихадисты так вообще заявляют о том, что жёстко выкорчёвывают такие практики, — он усмехнулся, — но одно дело заявить — другое что-то претворить в жизнь. Местные говорят,
Я поёжился, вспомнив о предупреждении Ирины. Только подобных осложнений мне тут не хватало…
До места добрались уже затемно. Томбукту совсем не впечатлял: просто несколько улиц, занятых непритязательными кирпичными и глинобитными домиками. Я слышал, что некоторым из этих зданий по много сотен лет, а мечети и библиотеки даже внесены в реестр ЮНЕСКО. Но вблизи эти реликвии не производили большого впечатления.
По плану мы занимали позиции скрытно, на восточной окраине города. И находились эти позиции в домах, из которых заранее переселили жителей (разумеется, за компенсацию, которой те были очень рады).
Несмотря на все меры, у меня не было иллюзий насчёт того, что противник будет в неведении о наших манёврах. Бедность сильно облегчает поиск информации, и среди жителей наверняка уже нашёлся тот, кто нас продал.
Однако же, это не отменяло принимаемых мер: какой бы ни была утечка, детали конфигурации расположения подразделений в городской черте играли большое значение. А они определялись прямо на месте. Слить их было невозможно.
Нам достался небольшой одноэтажный домишка с соломенной крышей, на окраинной улице. Саванна начиналась совсем рядом: за соседним кварталом. В первую линию мы, однако же, не попали — и это логично. Я лично по приказу на оборону служил резервным источником управления на случай уничтожения командования роты в полосе ответственности. Поэтому ко мне и был придан связист.
Для чего меня сопровождал Камиль? Тут вопрос сложнее. Мне кажется, таким образом Толя скрывал некоторые нюансы своей работы, которые не должны были бы стать известны в государственных конторах. Разумно, сего стороны.
Кроме нас, тут расположилось резервное отделение второго взвода роты, занимающей оборону. Командир отделения, серьёзный, крепкий мужик, откуда-то с севера, судя по говору, представился нам и наладил контакт со связистами.
На этом подготовка с нашей стороны закончилась.
В замысел оборонительной операции я, разумеется, был посвящён. Всё это планировалось заранее, и прорабатывалось на картах, которые я видел на собрании штаба. По диспозиции я легко определил, какой именно вариант обороны был выбран.
Где-то справа застрекотал электромотор дрона. Разведчики использовались самолётный тип для ночной разведки — у него радиус больше, а противник, по нашим прикидкам, находился достаточно далеко. Вскоре звук затих: дрон набрал высоту.
— Интересно, где они, — почему-то шёпотом произнёс Камиль, устраиваясь на топчане возле окна, в котором не было стёкол.
— Вот разведка и выяснит, — так же шёпотом ответил я, имея ввиду дрон.
— Главное, чтобы нас предупредить не забыли, — вставил один из связистов.