Облачные Люди
Шрифт:
— Ух ты, — сказал я, кивнув на бутылочку.
— Да, повезло, — ответила хозяйка, — от племяшек осталось. Всё чистое, не беспокойтесь.
— Кстати, я Сергей, — наконец, представился я.
Хозяйка глянула на меня с любопытством.
— Приятно, Сергей, — ответила она, — я Ирина Петровна. Можно просто Ира.
— Я Иван, — вмешался напарник.
— И с тобой тоже рада, — она попробовала температуру бутылочки, прижав к щеке, — так, теперь надо подгузник проверить.
Ирина подошла к углу комнаты,
— Так. Сюда «добычу» надо выбросить и сразу завязать поплотнее, — Ирина передала мне пакет, — а это нам будет вместо пелёнки пока, — она указала на простыню.
— Только сейчас, за тазиком сбегаю. Малыша ополоснуть будет надо.
Она снова бесшумно выскользнула из комнаты.
— Что думаешь о ней? — спросил Ваня шёпотом.
— Вроде искренна, — ответил я, — можно доверять.
— Тоже так думаю, — согласился напарник, — наверно, пережила всякое. Обычно такие люди более чувствительны к проблемам других.
— Может, — согласился я, — но по-всякому бывает, думаю. Если человек изначально гнилой — никакие беды его не исправят.
— Тоже верно.
Ирина притащила тазик с тёплой водой и чистую губку.
— Я бы притащил, — сказал я, подхватывая её ношу, — сказали бы. Не сообразил вовремя.
— Да ну, — хозяйка махнула рукой, — шумели бы. Перебудили бы всех.
Мы подошли к Пашке. Словно почувствовав наше внимание, малыш открыл глаза и сморщился, явно собираясь заплакать.
— Тщ-щ-щ, — ту же зашикала Ирина, и каким-то волшебным образом, одним движением сняла подгузник. Он был предсказуемо полон, — тпрю… тщ…. — тетешкалась она, отвлекая ребёнка. Пашка, уже совсем было собравшийся заплакать, вдруг заулыбался и попытался поймать её за палец.
— Возьмите его, — попросила она, — вот так, аккуратно. Под попку. Сейчас помоем нашего трубочиста.
Удивительно, но даже после водных процедур сын не заплакал. Уж не знаю — было ли это в его характере, или же сработали хитрые приёмчики Ирины, которая явно умела обращаться с детьми. Как бы то ни было, за еду мы принялись в спокойствии и отличном настроении.
— Попробуйте с Танькиными договориться, — продолжала Ирина, — чтобы в город за покупками свозить. В таком виде и без нормальной смеси я вас не отпущу из дому.
— Татьяна — это ваша сестра? — предположил Иван.
— Да-да, — кивнула Ирина, — сестра. Они в город собираются.
— Да, вы упоминали, — сказал я, — спасибо. Обязательно попробуем…
— Ещё один момент, — осторожно сказал я, — не подскажете, какой тут ближайший город?
Ирина глянула на нас удивлённо, в очередной раз. Но ответила:
— Троицк. Вроде как был, — она улыбнулась.
Иван тоскливо посмотрел на меня. Я понимающе кивнул.
— Большая у нас страна, —
— Что, всё настолько плохо? — Ирина подняла бровь, — ясно. Тот Троицк, который в Челябинской области.
Что ж. По крайней мере, тут есть Челябинская область. Значит, не так уж наши миры отличаются. Это приятная новость, адаптироваться будет легче. Хотя я всё ещё был настороже: некоторые реалии нашего мира, которые мы воспринимаем как само собой разумеющееся, тут могут быть возмутительными. И наоборот. Следовало проявлять предельную осторожность.
— Ясно, — кивнул я.
— Что, Челябинск-то знаете? — усмехнулась Ирина.
— Кто ж Челябинск не знает, — осклабился Иван.
— А в этом Троицке, — продолжал я, — там есть, скажем… ломбард?
Ирина печально посмотрела на меня, тяжко вздохнула и спросила:
— Вы ещё и без денег, да? Ребят, мне очень жаль — но тут я вам совершенно не помощница… посмотрите, может, лучше всё-таки МЧС вызвать. Ради ребёнка.
— Не совсем так, — осторожно сказала я, — дело не в том, что у нас нет денег. Они есть. Вопрос только в том, в какой они форме. Да, и за помощь мы, конечно, щедро вознаградим.
Ирина растерянно посмотрела сначала на меня, потом на Ивана.
Я же решил, что небольшая демонстрация будет лучше объяснений. По крайней мере, в случае Ирины. Иван был прав: чем-то она внушала доверие. К тому же, это доверие сложно подвести, имея дело с вооружённым людьми, вроде нас.
Я достал из сумки, которую поставил возле кровати, один из слитков и протянул ей.
— Нам нужно вот это превратить в деньги, — сказал я.
Ирина завороженно взяла слиток в руки. Повертела. Приблизила к глазам, что-то внимательно разглядывая.
— Клейма левые, — заявила она спустя несколько секунд, — и лого банка какой-то левый. Я не встречала такого. Впрочем, золото, похоже, настоящее… — произнесла она, и тут же добавила без всякого перехода: — ребят, вы грабители?
— Нет!
— Нет! — мы ответили одновременно с Иваном, — но нам нельзя в официальный банк, — добавил я, — ломбард подойдёт как нельзя кстати.
— Много денег потеряете, — заметила Ирина, — до половины курсовой стоимости.
— Ну так выбора особо нет, — улыбнулся я и пожал плечами.
Ирина вернула нам слиток. Потом долго хмурилась, потирая правой рукой щёку. Наконец, сказала:
— В общем, так вижу. Папа, ты остаёшься с ребёнком. От этого мы никуда не денемся. Потом я договорюсь со знакомым, он свозит в нужное место в Торицке. Только сначала Танькиных проводим. Вы, главное, тихо сидите и ни во что не вмешивайтесь. Договорились?
— Договорились, — кивнул я, взглянув на Ивана.
— Тогда пойду во двор сбегаю, у меня там кошки не кормленные! А времени-то почти не осталось.