Обитель Варн
Шрифт:
что есть прививки от их… очарования?
Гнездевский нахмурился: не слишком ли ты информирован для своих лет, малыш?
— Мать поведала? — спросил осторожно.
— Почему мама? Откуда она может знать? — насторожился в ответ юноша.
— Ей в два раза больше лет, чем тебе, и потом, она моя сестра.
— Да, правда, — успокоился Игнат. — Нет, она ничего не говорила.
касались этой темы.
— Боялся, что будет косо смотреть?
— Да.
— А почему, собственно? Вполне оправданный интерес. Еще Шекспир говорил — `есть
многое на свете, друг Гораций'…Так что тебя интересует по вампирам? Прививки?
Да, есть. Надеюсь, ты понимаешь, что я говорю тебе как родственнику, без
передачи в третьи руки. Информация секретная. Не подводи меня.
— Что вы, дядя Игнат. Я никому не скажу, не маленький, понимаю.
— Хорошо. Тогда поговорим, как мужчины, откровенно — с чего вдруг тебя данная
тема заинтересовала?
— Сложный вопрос. Даже не знаю, что ответить… — парень задумчиво повертел в
руках салфетку, глотнул для смелости вина и выдохнул в лицо мужчины. — Я
влюбился в вампира.
— Та-ак, — протянул Гнездевский, внутренне ликуя. Внешне же он выглядел
невозмутимо серьезно. — Ты уверен? Не думаешь, что девушка всего лишь создала
соответствующий имидж, чтоб привлечь твое внимание?
— Нет, — мотнул головой парень. — Я разговаривал с тем, кто сделал ее
вампиром.
`Оп-па! — чуть не взвился от радости капитан, но лишь поерзал на стуле от
нетерпения:
— Подробности поведаешь?
Игнат хотел задать тот же вопрос, чтоб знать то, что, оказывается, знает любой
служивый. Но, видя искреннюю заинтересованность дяди, капитана СВОН,
мужественной, даже героической личности, проблемой, по сути, мальчишки, решил
сначала ответить, а потом, спрашивать. Неприятно будет, если дядя разочаруется в
нем. И все же не сдержался, полюбопытствовал:
— Неужели такая серьезная организация, как СВОН, верит в существование вампиров?
— Не только верит, но и проводит исследования. Данные твари расплодились и
стали очень опасны для человека. Количество их жертв растет день ото дня, —
решил напугать парня Гнездевский. Страх способствует откровенности. — Это
серьезная проблема для человечества в целом, но пути ее решения пока не найдены.
А речь уже идет о том — кто кого. Трупы без единой капли крови множатся, и
принимать за миф существование кровососущих особей мы уже не можем,
права. Вот так, парень. Грустно? Нет, ужасно. Войны, переделы территорий
закончились, терроризм притих. На планете мир и покой. Мы летаем на экскурсии на
Лунные станции, смотрим в иллюминатор на сияние Венеры, тратим два часа, чтоб
пересечь Атлантику, добраться из Осло в Дели. Делаем инъекции, чтоб избавиться
от онкозаболевания. Нам не страшна экспансия из космоса, голод и гибель от
кипящей лавы какого-нибудь Везувия, решившего проснуться. Технический прогресс,
процветание наций — расцвет человечества. И вдруг какая-то тварь, сказочный
персонаж, вампир, угрожает народу, спокойной, стабильной жизни всей планеты…
Капитан смолк, засомневавшись — не перегнул ли он, устрашая парня? Молодежь
пошла впечатлительная — побледнел вон, что твое приведение.
— Разболтался я. Не вздумай кому-нибудь даже спьяну рассказать, а то лишишься
дяди.
— Но почему информация о вампирах скрывается от населения? Раз они опасны
настолько, люди должны знать, быть во всеоружии…
— Как ты себе это представляешь? Сколько веков люди смеялись над триллерами про
этих тварей, сочиняли романы, снимали фильмы. И вдруг: это истинная правда,
господа! Запасайтесь осиновыми колами и чесноком! Представляешь, что будет?
— Они не помогают.
Гнездевский замер, поздравляя себя: ах, ты! А контакт-то близкий, раз уже и
средства былинные в ход пошли. Удача, капитан, редкостная удача. Только не
сорвись, племяш с кукана…
— Рассказывай, как вляпался, — приказал.
— Понравилась мне одна девушка. Не описать ее: ирреальная, такую только во сне
увидеть можно, — взгляд парня стал мечтательным, чуть тоскливым, летящим вдаль,
к неведомой мечте. Вампирше. — Странная она — неуловимая. Отвернулся — ее нет.
Я ее Чайкой назвал…
Капитан внимательно слушал откровения парня и хмурился: кого-то напоминали ему
задействованные в рассказе персонажи. Даже мысль мелькнула — неужели выжила? Нет,
не может быть. Но описание внешности и имя — Лесс. А мужчина — вылитый
Бэфросиаст граф Рицу. Ничего себе совпадения! Но если правда? Ах, Лиса, ну, до
чего живучая. Какой подарок начальству. Да, она станет алмазом в короне
Гнездевского, а если с умом провести операцию по захвату не одной, а получается
— двух особей! Это станет венцом карьеры!
Так-так-так — отстукали пальчики капитана по столешнице. На племянника
приманить Лису, на нее — Бэфросиаста. Ах, дурачок, повелся все-таки на Сталеску.