Обитель чародеев
Шрифт:
При этих словах толпа загудела.
Воодушевленный поддержкой, Леллдорин начал рассказывать о том, как меч обрел своего истинного хозяина и как присягнули на верность Белгариону из Райве олорнские короли. Се'Недра, готовая упасть в обморок, почти не слышала, что он говорит. Она пыталась мысленно повторить те слова, с которыми собиралась обратиться к молодым дворянам, но в голове все перемешалось. Затем, к своему ужасу, она услышала:
– Соотечественники, я представляю вам её императорское величество, принцессу Се'Недру… райвенскую королеву.
Головы повернулись в её сторону.
Дрожа всем телом,
Как часто бывает, выручил случай. Один из молодых астурийцев, стоявший впереди, вероятно с утра хлебнувший слишком много вина, громко заметил товарищу:
– Я думаю, её величество проглотила язык. Возмущенная его грубостью, Се'Недра отреагировала моментально:
– А я думаю, что этот господин плохо воспитан.
– Я не собираюсь больше торчать тут, – продолжал подвыпивший юноша тоном, в котором сквозила подчеркнутая скука. – Только зря теряю время. Я не райвен, как и вы все. Что может сказать иностранная королева, что заинтересовало бы астурийских дворян? – И он повернулся, чтобы уйти.
– Астурийский дворянин настолько пропитался вином, что забыл, что в этом мире существует не только этот лес! – с жаром парировала Се'Недра. – Или, может быть, он настолько невежествен, что не знает о происходящем вокруг? – Она угрожающе указала на него пальцем. – Слушай меня, астуриец, – возвышая голос, продолжала принцесса. – Ты думаешь, я здесь, чтобы произносить пустопорожние речи, но то, что я собираюсь сказать тебе, – самая важная вещь, которую ты когда-либо слышал! Ты можешь, конечно, повернуться и уйти… а через год, когда не будет Астурии, и когда ваши дома будут дымиться в руинах, и гролимы погонят ваши семьи на пылающий алтарь Торака, где уже заготовлены длинные ножи, ты вспомнишь этот день и проклянешь себя за то, что не дослушал меня.
И затем, как будто гнев, вызванный этим нахалом, прорвал плотину, слова хлынули из Се'Недры. Она обращалась к ним, отбросив заученные фразы, со словами, идущими из глубины сердца. Чем больше она говорила, тем больше воодушевлялась. Она умоляла, она льстила, она даже приказывала. Потом, конечно, она ничего не могла припомнить из сказанного, зато никогда не забудет чувство, охватившее её в тот момент. Вся страсть и огонь, присущие юности, вырвались наружу. Она говорила убежденно, не задумываясь о себе, влекомая верой в сказанное. И в конце концов победила.
Лучи заходящего солнца упали на её латы, которые вспыхнули огненно красным светом.
– Белгарион, король Райве и Повелитель Запада, призывает вас к войне! – заявила она – Я, Се'Недра, его королева, и стою перед вами как символ этого. Кто из вас ответит на призыв Белгариона и последует за мной?
Первым схватился за свой меч молодой человек, который смеялся над ней. Он отдал ей честь и закричал:
– Я последую!
Полсотни юношей, только и ждавших такого сигнала, взметнули вверх свои мечи, сверкающие в лучах заходящего солнца, и подхватили звонкими голосами:
– Я последую! Я последую! Я последую!.. Обнажив широкий меч, Се'Недра высоко подняла его и крикнула:
– Тогда вперед!! Мы идем, чтобы сразиться с дикими
Углубившись в лес, принцесса бросила взгляд на храбрых юношей, скакавших позади с экзальтированными лицами. Она победила, но сколько этих бесшабашных астурийцев она приведет назад, когда окончится война? Сколько их ляжет на бескрайних просторах Востока? её глаза вдруг наполнились слезами, но, смахнув их, райвенская королева, не сбавляя хода, продолжала скакать, спеша присоединить этих астурийцев к своей армии.
Глава 26
Се'Недра удостоилась самых похвальных слов от олорнских королей, а закаленные в боях воины смотрели на неё с нескрываемым восхищением. Она упивалась их лестью и мурлыкала от удовольствия, как котенок. Единственное, что омрачало её триумф, было странное молчание Полгары. Возможно, речь и не получилась, зато удалось привлечь на свою сторону друзей Леллдорина, и потом, что значат эти мелкие упущения на фоне полного успеха?
Но когда Полгара послала за ней в тот же вечер, Се'Недра решила, что чародейка все поняла и хочет с глазу на глаз поздравить её с блестяще выполненным заданием. Весело напевая, принцесса шла берегом моря к шатру Полгары под рокот волн, накатывавшихся на песчаный пляж.
Полгара сидела за туалетным столиком одна, если не считать спавшего Миссию. Свет свечей мягко играл на её темно синем платье и идеальных чертах лица, когда она расчесывала волосы.
– Входи, Се'Недра, – пригласила она. – Садись. Нам с тобой надо о многом поговорить.
– Вы удивлены, леди Полгара? – не в силах больше сдерживаться, спросила принцесса. – Ведь вы удивлены, не так ли? Я сама удивлена.
Полгара исподлобья взглянула на нее.
– Смотри, не переусердствуй, Се'Недра. Ты должна научиться экономить свои силы, а не тратить их безрассудно, носясь как полоумная от радости.
Се'Недра уставилась на нее.
– Вы не считаете, что я сегодня поступила правильно? – спросила она, задетая за живое.
– Речь тебе очень удалась, Се'Недра, – проговорила Полгара равнодушно.
Внезапная догадка мелькнула в голове принцессы.
– Вы знали, да? – выпалила она. – Вы все знали заранее.
Легкая усмешка пробежала по губам Полгары.
– Ты всегда забываешь, что я обладаю некоторыми преимуществами, дорогая, и одно из них – общее представление о том, что должно произойти.
– Как вы могли…
– Определенные события сами по себе не происходят, Се'Недра. Кое-что в этом мире было предопределено с самого начала. То, что случилось сегодня, – одно из таких событий. – Она протянула руку за потемневшим от давности веков свитком, лежавшим на столе. – Ты не хотела бы узнать, что говорится в Пророчестве о тебе?
У Се'Недры кровь застыла в жилах Полгара пробежала глазами хрустящий пергамент.
– Вот это место, – сказала она, поднося свиток к свече. – «И голос Невесты Света будет услышан в королевствах мира, а её слова будут подобны огню в сухой траве, и тогда поднимутся войска и устремятся за её пламенеющим знаменем».