Обет
Шрифт:
В перерывах между изнурительными тренировками, когда моё тело, казалось, готово было рассыпаться на части, а разум, уставший от потока новой информации, просто отказывался воспринимать что-либо, кроме желания лечь и не двигаться, я старался узнать как можно больше об Арантее. Меня интересовало абсолютно всё: её история, древняя и загадочная, её необычная культура, её жители, такие непохожие на тех, кого я привык видеть. Тинг, словно подслушав мои мысли, посоветовала начать с самого главного — с истории этого мира. И тут меня ждал сюрприз.
Оказалось, что весь этот мир, с его континентами и океанами, горами и пустынями, лесами и реками,
Да, существовала Арантея — королевство, расположенное на этом невероятном острове, королевство, которое когда-то давно было сердцем огромной империи, раскинувшей свои владения на весь мир. И да, это королевство, словно в память о былом величии, унаследовало самоназвание всего мира — Арантея. Но былые времена безраздельно владычества канули в лету. Бывшие провинции империи, веками находившиеся под рукой единого правителя, обрели независимость, превратившись в отдельные государства, каждое со своей историей, культурой, амбициями. И теперь между ними, словно искры по пороховой бочке, то и дело пробегали конфликты, вспыхивали войны за территории, за ресурсы, за влияние.
Мир Арантея, казавшийся сначала сказочным и безмятежным, оказался миром, где магия переплеталась с интригами, где за каждым поворотом судьбы могла скрываться опасность, а дружба и предательство шли рука об руку.
Ян с удовольствием рассказывала мне о древних легендах, о подвигах героев, о традициях и обычаях своего народа. Она показала мне дворцовую библиотеку — настоящую сокровищницу знаний, где хранились тысячи свитков и книг, некоторые из которых были написаны еще во времена древней империи. Читать, естественно, я не умел, но Ян пыталась обучить меня письму. Когда у нее заканчивалось терпение, она просто читала первую попавшуюся историю. Я с жадностью впитывал новую информацию, стараясь понять этот мир, так не похожий на мой собственный.
И чем больше я узнавал, тем яснее понимал, насколько сложна и опасна задача, которая стоит перед нами. Брат Ян, узурпировавший трон, оказался не просто жестоким тираном, но и хитрым политиком. Он укреплял свою власть, щедро награждая своих сторонников и без жалости расправляясь с противниками. И конечно, главным его оружием был лазурный нефрит. Он распределял его между своими воинами, превращая их в послушных марионеток, готовых выполнить любой его приказ.
— Нам нужен план, — сказал я Ян однажды вечером, когда мы сидели в её комнате, разглядывая карту Арантеи. — Просто так ворваться в столицу и сбросить твоего брата с трона мы не сможем.
— Я знаю, — тихо ответила Ян, проводя пальцем по изображению столицы — города с простым названием Арантея, сердца островной империи. — Но и бездействовать мы не можем. С каждым днем позиции моего брата укрепляются, а надежда народа на освобождение угасает.
— Твой дядя… — начал было я, но Ян прервала меня.
— Дядя делает все, что в его силах, — сказала она, и в её голосе прозвучала тоска. — Он ведет переговоры с правителями других городов, ищет союзников…, но многие боятся гнева моего брата. Они предпочитают отсиживаться в стороне, не желая ввязываться в чужие разборки.
Один из тех дней, что словно близнецы, похожи друг на друга, начался с теплого солнца, щедро проливающего свои лучи на город, и звонкого щебетания птиц,
Я как раз предавался любимому занятию Тинг — отрабатывал удар ногой на тренировочной площадке, когда мир вокруг словно бы замер. Птицы смолкли в одно мгновение, веселая болтовня на рынках стихла, даже ветер перестал шелестеть листьями в саду. На город легла тяжелая, зловещая тишина.
Неприятное предчувствие ледяной змеёй сковало нутро. Я насторожился, вглядываясь в лицо Тинг. Даже она, эта ходячая смелость и самоуверенность, выглядела напряжённой.
— Что это? — Я опустил ногу, прислушиваясь к внезапно наступившей тишине.
Тинг молчала, напряженно всматриваясь в сторону городских стен. Её зеленые глаза сузились, а шерсть на загривке встала дыбом.
— Беда, — прошептала она наконец, и её голос звучал глухо и тревожно. — Быть беде…
Громкий, протяжный звук трубы с стороны ворот разорвал тишину. Он прокатился над городом, словно крик раненного зверя, заставляя сердце биться чаще.
— Тревога! — донеслось до нас чьё-то испуганное крик. — Враг у ворот!
Я не мешкая бросился к стене, чтобы оценить ситуацию. То, что я увидел, заставило меня резко вздохнуть.
Равнина перед Хайганом, ещё недавно радовавшая глаз сочной зеленью трав и яркими, праздничными красками цветов, теперь напоминала огромный муравейник, охваченный лихорадочной суетой и хаосом, словно невидимый великан разворошил его своей гигантской дубиной. Бесчисленные отряды воинов в черных, мрачных доспехах, с изображениями кроваво-красных драконов, вихрящихся в яростном танце, на щитах, медленно, но неуклонно, словно волны прилива, сжимали кольцо осады вокруг города, превращая его в клетку для загнанного зверя. В лучах восходящего солнца, которое в этот миг казалось не символом надежды, а зловещим предзнаменованием, зловеще блестели отточенные наконечники копий и мечей, подобные тысячам голоных клыков, готовых вонзиться в плоть. Над их головами, как облака на грозовом небе, развевались знамена с изображением черного, как сама ночь, дракона на кроваво-красном, режущем глаз, фоне — герба узурпатора, решившего поставить на колени некогда могущественную империю.
— Порталы, — тихо прозвучал рядом голос Тинг, и в нём, в отличие от её обычной манере, не было ни капли шутки, ни тени веселья. Лицо чародейки было сосредоточенным и серьезным. — Они использовали портальную магию, чтобы так быстро перебросить свои войска. Это очень дорого, но эффективно. Похоже, братишка Ян решил не церемониться, он хочет решить всё быстро и жестоко.
— Действительно. Впрочем, я не удивлен.
Внутри все сжалось от нехорошего предчувствия. Однако уныние — плохой советчик. Сейчас главное — спокойствие и холодный расчет.
— Ян нужна наша помощь, — резко сказала Тинг, и в её глазах блеснула искра боевого азарта. — Не будем терять время!
Она рванула в сторону дворца, я — следом. Вокруг уже кипела лихорадочная деятельность. Стражники занимали позиции на стенах, кузнецы раздавали оружие горожанам, женщины и дети прятались в подвалах и молитвенных домах, умоляя богов о заступничестве.
Воздух наполнился страхом и напряжением. Надвигалась буря, и мне предстояло встретить ее лицом к лицу. Со стороны осаждающих выделилась группа воинов.