Шрифт:
Глава 1
Команда номер восемь (1 ирила)
– Почему так холодно? – Блондинка залезла в карман куртки и достала оттуда мягкие перчатки.
– Наверное, потому что осень, но я могу ошибаться. – Парень с веснушками подмигнул той и улыбнулся, отчего у него появились милые ямочки на щеках. Он вновь кинул взгляд на бледное небо, пытаясь понять, что от него стоит ожидать и в итоге, согласившись с какими-то своими мыслями, произнёс:
– Да, скоро начнётся витаминный дождь.
– И это очень здорово!
– Ну так вот, собственно говоря, к чему я это всё? Если дождик начнётся сейчас, то мы все промокнем и целый год не сможем заболеть, это, кстати, хорошая новость, а плохая, что сегодня мы таким составом последний раз. Всё идёт к тому, что вступительные на старшие курсы нас просто разделят, а кого-то даже отсеют. Мы будем видеться всё реже и реже, а потом и вовсе перестанем.
– Зачем ты такое говоришь? – сдвинула брови на переносице девушка. – Во-первых, при чём тут вообще этот дурацкий дождь? А во-вторых, как ты вообще смог соединить два разных события в одной фразе? Если боишься, что провалишься, то так бы и сказал, а не приводил и так всем известные факты.
– Эля, ну почему ты такая злая? – Он скорчил рожицу и повернулся к веснушчатому парню и остальным ребятам из своей группы. – Рем, Дим, ребят, чего вы молчите-то? Она ведь всё своё волнение на мне срывает! – Он вздохнул, понимая, что поддержки ждать неоткуда, но неожиданно на его плечо ободряюще легла рука, и парень, которого до этого назвали Димом, усмехаясь, произнёс:
– Не обращай внимания, Алекс, ты просто ей нравишься.
Алекс, сощурив глаза, недоверчиво посмотрел на друга, после чего вообще отвернулся и замолчал. Но это, ко всеобщему сожалению, длилось недолго, так как он сделал резкий поворот к Эле, чем напугал её:
– Ты не вовремя решила влюбиться в меня, начало нового года – это тяжёлое учебное время. Мы не сможем часто видеться, так что мне придётся разбить тебе сердце…
Эля в шоке посмотрела на этого странного человека, хлопая большими серыми глазами, и потихоньку попятилась от него. Но Алекс и не собирался останавливаться:
– Я понимаю, ты будешь страдать. Тебе будет больно, и вечерами твоя подушка будет мокрой от слёз, но постарайся забыть меня, – продолжал Алекс, изящно жестикулируя и вызывая смешки у своих друзей. – В твоей жизни ещё появится достойный парень, и именно с ним ты найдёшь своё счастье.
Он скосил глаза на Дима, который ответил угрожающим взглядом и еле заметно покраснел, после чего просто отвернулся. Эля же, в свою очередь, ничего не заметив, как бы сдаваясь, подняла руки и пробормотала:
– Как скажешь, всё, считай, забыла, пойду страдать.
Димир улыбнулся такому развитию событий и посмотрел
– Надеюсь, она сможет пережить мой отказ.
– Не переживай, она сильная, она справится, лучше думай о вещах поважнее. – Молчаливый до этого момента Рем ладонью пригладил свои рыжие волосы. Внезапно по толпе пролетел какой-то вопль негодования. Чуть ли не каждый третий подросток цокнул, а остальные, подхватив общий гвалт, принялись искать, в чём причина раздражения. Рема неприятно толкнули под руку, а он чуть не придавил собой миниатюрную Эллину.
– Эй! – крикнул он вслед двоим нарушителям порядка.
– Извиняй, опаздываем! – донеслось только вслед.
– Мне показалось, или это… – Алекс внимательно проследил взглядом за удаляющимися головами и переглянулся с одногруппниками для подтверждения своей догадки.
– Да, это точно они, – хмыкнула блондинка, видя, как, миновав толпу, на сцену запрыгивают два парня. – Уже не завидую тем, кто попадёт с ними в одну группу.
– Эй, народ! Как настроение? Рады снова окунуться в учёбу? – Один из оказавшихся на сцене сумел добраться до микрофона.
Толпа ответила недовольным гудением. Ведь все ужасно замёрзли. И по правде сказать, стоять на улице, зябко поводя плечами и скрывая зевоту, всё-таки не самое весёлое занятие для подростков. Осень давала о себе знать, как и всегда, появляясь вовремя, точно в срок, принося с собой обещанные холода.
– Нет, так не пойдёт! Руки выше! Ну же, давайте, размораживайтесь, и так не самый весёлый день, а вы вообще с траурными лицами стоите! – Второй парень тоже нашёл микрофон и попытался хоть немного разогреть толпу, которая, похоже, совсем примёрзла к земле и ни в какую не хотела шевелиться.
– Арк, похоже, нас плохо слышат, сыграй им что-нибудь! Иначе я просто оболью их краской, – продолжал вещать второй, обращаясь к другу. – Либо вы устраиваете жару вместе с нами, либо…! – Он многозначительно щёлкнул пальцами. Толпа притихла, и тут под ногами что-то чавкнуло. Змея синего цвета принялась ползать по обуви заспанных учеников и оставлять за собой длинный чёткий след. Все растерялись. Кто-то завизжал и отпрыгнул подальше от нарисованной гадины, кто-то принялся ругать зачинщиков беспокойства, а кто-то остался стоять на месте и просто удивлённо поднял глаза от своих грязных ботинок.
Арк, не растерявшись, прямо из воздуха вызвал золотой саксофон, который соткался за какие-то секунды из солнечных нитей и теперь сверкал в руках своего владельца. Когда всё внимание сосредоточилось на нём, выкрикнул:
– Ну что, народ! Вдарим для сердца и души?! Для вас играет великий маэстро Аркель, а за декорации и живую атмосферу отвечает многоуважаемый Рушдер! – Он набрал в грудь воздуха, чтобы начать исполнять задуманное, но сыграть так и не успел. С другого конца сцены послышался разгневанный голос, и зрители увидели гриву рыжих волос, стремительно направляющуюся к «шутникам».