Оберег
Шрифт:
– Какая кошка между вами пробежала? – спрашивали меня друзья.
Самые умные им отвечали за меня:
– Да они птицы разного полета, неужели не видно?
Сейчас, достав перстень из шкатулки, я как будто взглянул на него совершенно другими глазами. Он был достаточно прост, однако серебро крепко потемнело от времени, что свидетельствовало о его почтенном возрасте, и, присмотревшись, я вдруг различил рассыпанную по ободку истертую надпись на латинском языке «Aquila non captat muscas».
– Орел не ловит мух, – без труда перевел я ее, потому что мой покойный отец очень любил повторять эту известную латинскую поговорку.
Я
Я в изумлении поднял голову.
– Ты?..
Она сидела в кресле, грустно смотрела на меня своими глубокими карими глазами под прекрасными бровями вразлет и молчала. Я вздрогнул и проснулся в холодном поту.
В этот раз сон подействовал. Я стал носить перстень, а через некоторое время произошла описанная мною выше судьбоносная встреча с Рогожиным.
Теперь увидев кругленькую сумму на своем счету, я снова вспомнил о перстне и посмотрел на него. Серебро на нем как будто стало немного светлее, и от этого мне сделалось не по себе. Неужели этот перстень, в самом деле, оказывает какое-то влияние на мою судьбу?
Что касается предложения, озвученного Рогожиным, думал я недолго. Мой выбор пал на яхту, и на то было несколько причин.
Наверное, не нужно рассказывать москвичам о том, что такое мегаполис. Я устал от выматывающих душу дорожных пробок и чрезмерного скопления людей.
Помимо этого, мне давно хотелось посмотреть мир, набраться новых впечатлений и теперь, когда у меня, наконец, появилась такая возможность, вряд ли было разумно упускать ее. Яхта в открытом море – романтичное место, а романтика в творчестве – первостепенное дело. Певицы, композиторы и продюсеры, наверное, более охотно согласятся прибыть на палубу класса люкс, чтобы не только поработать, но позагорать и весело отдохнуть. Им, как творческим личностям, тоже нужны новые впечатления. Когда творческая группа пребывает на борту яхты, ее легче контролировать, люди невольно подчиняться расписанию, принятому на борту, и так далее.
Короче говоря, много было плюсов именно в пользу яхты, и я был рад сообщить Рогожину о своем выборе.
– Молодец, Владиленыч, выбор верный, яхта как творческая студия сослужит тебе великолепную службу!
А дальше все завертелось и закрутилось. Я улетел в Ларнаку, где представитель международной фирмы «Два коня», здоровый под два метра великан с редкой шевелюрой на массивной голове, крупными чертами лица и насмешливыми глазами, двадцать лет отлетавший в гражданской авиации вторым пилотом, и теперь севший на торговлю яхтами и самолетами, встретил меня в аэропорту, привез в морской порт Лимасола и представил капитану яхты – флегматичному невысокому бородатому греку-киприоту с красивыми большими глазами-оливками, покрытыми очаровательной грустной поволокой.
Я ожидал увидеть какую-нибудь скромную моторную яхточку, и когда мой провожатый показал на предназначенное мне судно, то вначале просто не поверил. Белая как лебедь яхта поражала своими изящными формами и размерами, – имела в длину тридцать семь метров, а в ширину – восемь, и могла развивать скорость двадцать один узел.
Прежде чем оформлять бумаги, мне дали возможность совершить своего рода тест-драйв, – выйти на неделю на моей красавице в один из многочисленных заливов
– Познакомьтесь с яхтой, присмотритесь к капитану. Если он вам не понравится, мы его заменим. Ваш экипаж, – это капитан и вы, так что вопрос серьезный, а выбор за вами. При желании вы можете нанять еще кого-то, или сами окончить курсы и получить права шкипера, однако все вопросы согласовывайте с капитаном, от этого зависит ваша и его безопасность в море, поэтому плохого он вам в любом случае не посоветует.
Глава третья
Федрос мне понравился сразу. Он был моряком не по диплому, хотя таковой, конечно, у него имелся, а по крови. Он знал русский язык, говорил спокойно, размеренно и неторопливо, и мы с ним мгновенно подружились.
Он был на яхте всем – капитаном, штурманом, боцманом, матросом, а, кроме всего прочего, – фельдшером, барменом, шеф-поваром, пожарным и спасателем. В общем, он был на яхте всем, и в самом деле мог все!
Федрос показал мне капитанскую рубку, а затем провел по остальным помещениям яхты. Теперь я понял, почему он легко справлялся с таким большим для одного члена экипажа судном. Все операции, даже швартовка, были роботизированы.
Мое внимание в первую очередь привлекла, конечно, просторная кают-компания с просто огромными солнцезащитными иллюминаторами. Помещение было разделено на две части, – в одной располагался большой круглый обеденный стол, на который обеды подавались через изящное раздаточное окно кухни, а кухня имела информационный дисплей и была соединена с рубкой капитана. Находясь на кухне, он мог без проблем одновременно следить за приготовлением блюд и с помощью интерактивного компьютерного дисплея управлять яхтой. Компьютер был для капитана старшим помощником, штурманом и рулевым.
Вторая половина кают-компании была переоборудована из зоны отдыха в звукозаписывающую студию. Здесь также все было компьютеризовано, и мне осталось лишь разобраться с сенсорными кнопками на дисплее, на что много времени не ушло.
После обеда капитан помог мне разместиться в главной каюте, это была превосходно обставленная спальня с королевской кроватью, прекрасным обзором из иллюминаторов и выходом в ванную комнату, которая предназначалась только для хозяина яхты. Каюта имела письменный и компьютерный стол, что для меня было очень кстати. Именно после того, как я увидел свою каюту, я окончательно поверил в то, что моя давняя мечта, в самом деле, сбылась. Отсюда открывался вид практически такой же, как из капитанской рубки, а наверху, на свежем воздухе, были оборудованы солярий и великолепная обзорная площадка, на которой можно было не только стоять, но и сидеть вокруг кофейного столика на удобном опоясывающем диванчике, беседовать, наслаждаться красотой и свежим воздухом, устраивать легкий перекус.
Затем мы спустились на нижнюю палубу, и капитан показал мне шесть довольно милых кают для гостей. Каждая из них имела свою отгороженную от основного помещения отделанную под мрамор огромную душевую. Когда мы спустились в моторное отделение, я с удивлением узнал, что яхта не сбрасывает отходы в море, а перерабатывает их в электричество, которое аккумулирует для своих нужд.
Буквально все на борту было экономично и эргономично, имелась даже своя теплица с овощами и зимний фруктовый сад. Яхта обслуживала себя сама, капитану оставалось лишь наблюдать и в случае необходимости нажимать на кнопки.