Оберег
Шрифт:
– В пруду с лебедями.
– Хм, а что? Давай, лучшего все равно не придумаешь.
Они нашли камень поувесистей, поясом Тандзы привязали его к ее ногам, и, таясь, подошли к краю пруда, примыкавшему к саду. С негромким плеском тело пошло ко дну.
– Ну, и что дальше будем делать?
– спросила Мила.
– А почему ты у меня спрашиваешь?
– удивилась Лидия.
– Я как-то уже привыкла, что решения принимаешь ты.
– Ну, ты самая старшая из нас троих.
– покраснела Мила.
– К тому же, я только что так опростоволосилась...
– Это ты брось!
–
– всего предугадать невозможно.
– Ладно... Что с остальными делать будем?
– Я, конечно, могу отвести им глаза, моих скромных умений на это вполне хватит, но только ненадолго, поэтому это надо приберечь напоследок.
– Они же шум поднимут!
– Значит, надо их где-то запереть. Убивать мне что-то больше не хочется. Гадкое все же это дело.
– Ладно, пошли, там что-нибудь придумаем. Фатиме пока ничего не говори, ладно? Она у нас такая впечатлительная девочка... Да!
– Мила резко остановилась.
– А если заметит Черноморд?
– Тогда надо будет начинать немедля.
– пожала плечами Лидия.
– Хотя, я слышала от этих...
– тут она употребила непонятное Миле греческое слово, - что "великий господин" намеревается весь день просидеть в одном из подвалов, где он оживляет какое-то древнее чудовище.
– Древнее чудовище?
– дрогнувшим голосом переспросила Мила.
– Да, говорят, нарыл где-то костей, и теперь собирается оживить. А в древности такое водилось... Горгоны, гидры, минотавры... всех и не упомнишь!
Датму и Нарану они нашли нежившимися в бассейне с розовой водой, источавшей нестерпимо сладкий аромат, от которого кружилась голова. Без лишних слов связали обеих, заткнули им рты и оставили возле бассейна. После этого подруги вернулись в сад, вытащили сабли из тайника, прошли в свои покои, где их давно ждала обеспокоенная Фатима. Втроем девушки стали дожидаться назначенного часа, покусывая губы от нетерпения. Даже занятные сказки Фатимы не помогали снять растущее напряжение.
Полдень миновал; медленно, словно издеваясь над затеявшими побег девушками, прополз день. До заката остается не больше двух часов, стало быть, время начинать.
– Где, ты говорила, ваши бывшие покои?
– спросила гречанка Фатиму.
– Чуть поодаль.
– Фатима взяла на себя роль провожатой.
– Я сразу узнала их, несмотря на то, что Черноморд и там многое изменил. Все-таки, я прожила там почти полгода... Видите эти двери? За четырьмя из них - комнаты, где мы жили, а пятую открывать нам было запрещено под страхом немедленной смерти. Но могучий и великий муж мой Ждан Рыбий Сын, не знающий страха, да хранит его Аллах, открыл ее и узнал, что за ней начинается длинный коридор, ведущий прямо в башню. Никто, кроме него, не смог пройти живым по этому коридору, и мы неминуемо погибнем, если пойдем. Так что воспользуемся летающим ковром...
– Фатима, милая, мы все это уже три дюжины раз слышали!
– нетерпеливо воскликнула Мила.
– Где волшебная хламовка?
– Почти сразу за этой дверью.
– улыбнулась Фатима.
Ковер они нашли сразу: он стоял с краю, так как это была последняя из хранящихся здесь вещей, которой пользовался
– Лидия, а ты уверена, что у тебя получится?
– Как я могу быть уверена? Я же никогда не пробовала!
– пожала плечами гречанка, затем нахмурила брови и жестко бросила: - Вперед!
Ковер послушно двинулся вперед по коридору, медленно разгоняясь.
– Получилось!
– восторженно взвизгнула Фатима.
– Тише ты!
– шикнула на нее Мила, - Черноморда всполошишь раньше срока!
Ковер летел в десятке вершков от пола, следуя всем изгибам коридора. Фатима испуганно повизгивала, судорожно вцепившись в край. Лидия и Мила тоже ужасно боялись этого волшебного полета, но старались не подавать виду. К тому же, если ступить на плиты коридора - это верная смерть. Кто знает, под которой скрываются страшные ловушки?
Вот и лестница. Ковер поднялся по спирали, мелькнула дверь...
– Стой!
– приказала Лидия. Ковер замер. Девушки нерешительно сошли на пол.
– Надо посмотреть, что там.
– пробормотала Мила. Остальные кивнули. Страшно было всем. Но отступать-то уже некуда, после всего, что с утра наворотили...
Мила толкнула дверь, та бесшумно отворилась. За ней оказалась небольшая устланная коврами комната. Стеллажи с книгами и свитками вдоль стен, какие-то странные посудины на столах; в некоторых сосудах - неаппетитно пахнущие жидкости. Большое зеркало в самом центре комнаты. Фатима, забыв обо всем, метнулась к нему: проверить, хорошо ли она выглядит, хороша ли? Женскую натуру не переделать... И замерла в удивлении: зеркало и не подумало ее отражать! Вместо этого оно показывало бассейн с розовой водой и двух связанных девушек рядом.
– Повезло нам, что Черноморд этого не видел...
– пробормотала Лидия.
– Еще увидит, когда вернется.
– откликнулась Мила.
– А давайте его разобьем?
– предложила Фатима.
– Все равно с этим уродом сцепиться придется... А это зеркало мне совсем не нравится... Может, оно и другие места показывать умеет?
Мила кивнула, схватила с ближайшего стола тяжелый бронзовый светильник, и, что было сил, швырнула его в зеркало. По безупречно гладкой поверхности волшебного стекла пробежала трещина. Княжна подобрала светильник, и била им по зеркалу до тех пор, пока, наконец, оно не рассыпалось сотней мелких осколков. Лидия и Фатима тем временем выбрасывали в окно все, что казалось непонятным, странным или просто опасным.
– Готово!
– победно рассмеялась Мила.
– Ну, что теперь?
– Смотрите, что я нашла.
– произнесла Лидия, и все обернулись к ней. В руках гречанка держала длинный колпак из грубой холстины.
– И что это?
– брезгливо скривилась Фатима.
– Тряпочка, чтобы пыль протирать?
– Это же шапка-невидимка!
– сказала гречанка.
– Смотрите!
– Она надела колпак на голову, и тут же исчезла.
– Ну, как?
– прозвучал ее голос.
– Потрясающе!
– в один голос выдохнули остальные.