Объект "Вихрь"

Баранников Сергей

Пролетев пару метров, мы оба рухнули на пол подземного этажа. Алмазов оказался внизу, поэтому ему досталось больше. Парень потерял сознание, но дыхание было ровным, а явных травм не наблюдалось. Я собирался откатить время назад, но тут у Юлиана что-то зашипело, а потом я услышал голос Серафимова:

— Юлик, ты нашёл ключ? У нас с Ефимом пусто. Если увидишь Чижова, дай мне знать! Пока есть возможность, устрою ему тёмную.

Вот оно что! Выходит, парни держали связь через рацию. Нет, откатывать время назад я не стану, и так много сил потерял, а они мне

могут пригодиться. Интересно, и когда это Родион успел обменяться рациями с двумя другими участниками забега? Ничего, теперь рация будет у меня, и я буду знать о передвижениях Серафимова и его компании, а что на счёт Алмазова, пусть справляется сам, когда придёт в себя. Парни решили устроить на меня охоту, ну так я им помогу, только жертвами будут сами охотники.

— Арс, ты как? — поинтересовалась девушка, выглянув из проёма в потолке.

— Я в норме, спасибо, что поинтересовалась. А ты в порядке?

— Рука задета, но там пара царапин, ничего серьёзного.

— Что вообще произошло? Я увидела, что ты летишь, как пуля, потом прыгает Алмазов, а руку обжигает болью…

Вкратце описал ситуацию, и Яна мне охотно поверила.

— Если протяну руку, сможешь забраться наверх?

— Не достану, тут метра три, да и я скорее тебя стащу вниз, чем наоборот.

— А я бы и не отказалась, — ответила девушка с явным интересом.

— Ян, у тебя ещё есть силы, чтобы использовать талант?

— Увы, но нет. Будь у меня силы, я бы уже была на финише.

— Хорошо, тогда береги ключ и пробирайся своим ходом, а я попробую выбраться отсюда.

В подвальном помещении явно не хватало света, поэтому приходилось осторожно пробираться по коридорам, стараясь не зацепить ловушки. Я слышал, как поблизости снова переместились стены, меняя проходы. Выходит, прошло ещё пять минут времени.

Насколько сложную конструкцию выдумал Платонов! Я понимаю, что стены выполнены из грубых каменных плит, а подземный этаж так и вовсе переоборудован из подвала, но даже так строительство лабиринта заняло немало усилий. Интересно как Максимычу вообще удалось привлечь такое количество техники и рабочих на строительство подобной штуковины. Нет, лабиринт явно строился не на один день, поэтому я предчувствую, что мы тут ещё побегаем. Конечно, если эта локация зарекомендует себя с лучшей стороны.

Погрузившись в мысли, я едва не пропустил очередную ловушку. Зато соседний коридор принёс мне долгожданное возвращение наверх. Теперь я оказался в совершенно другой части лабиринта и понятия не имел как выбраться наружу. Ни одной моей отметки в ближайших коридорах не нашлось, да и места эти я не узнавал. Посмотрел на небо, но оно было затянуто серыми тучами — обычная погода для осеннего Мурманска. Ни положение солнца, ни облака мне не помогут. Медленные шаги за стеной заставили меня замереть и бесшумно скользнуть за поворот.

— Родя, левый ход закончился тупиком, я вернулся обратно, где мы разошлись по сторонам. Алмазова нигде не нашёл. Иду через правый ход.

Связь оборвалась, а через пару секунд из-за поворота показался

Ефим Казанцев. Он успел открыть рот от удивления и потянуться к рации, когда мой кулак впечатался ему в лицо. Парень рухнул на землю и схватился за разбитую губу, из которой сочилась кровь.

— Чижов, ты с ума сошёл? — пробормотал он, преодолевая боль.

— Рацию дал сюда, быстро! И без глупостей, иначе я повторю процедуру, чтобы лучше соображалка работала.

Парень послушно снял с пояса рацию и протянул её мне.

— Как же так, Ефимка? Больше двух лет жили мирно, не мешали друг другу, и тут ты решил перейти мне дорогу. Некрасиво получается.

— Да пошёл ты! — отозвался парень и отвернулся, подставив спину.

Знает, что лежачего бить не буду, ещё и в спину. На самом деле, я бы не был так уверен. Окажись у парня пистолет или метательный нож, мы бы разговаривали совсем иначе.

Из переговоров по рации я понял, что влево идти смысла нет — там уже побывал Казанцев. Судя по тому, что парень вернулся обратно, разумнее выбрать правый поворот. Через минуту я наткнулся на самого Серафимова. Парень приморозил к стене Одоевскую и вырвал из её рук ключ.

— Мне это пригодится больше, малышка! — произнёс стихийник, подкинув вверх значок-ключ. — Не обижайся, мне было хорошо, когда мы встречались, но ты сама отшила меня, так что не обессудь!

— Родь, это ведь не твоя вещь! — я вышел из укрытия и направился к Серафимову.

— А! Чижов собственной персоной! — произнёс парень и незамедлительно пустил в мою сторону волну огня. Я был готов к такой реакции, потому замедлил время и укрылся за поворотом. Да, отдельные языки огня всё-таки прорвались ко мне и опалили спортивный костюм, но существенного вреда не нанесли. Выходить из укрытия нет смысла, а раскрывать свои новые умения я не хотел. Хотя… Родя ещё не был в той стороне, откуда пришла Зоя, а это значит, что я могу сослаться на обходный манёвр.

— Сеня, ты так и будешь прятаться от меня? Выйди и давай поговорим как мужчины!

— Два года и два месяца, Родь! Всего двадцать шесть месяцев тебе понадобилось, чтобы стать таким же поддонком, как Кислов. Закончишь так же, как Платон?

Серафимов разразился ругательствами и направился в мою сторону, а я использовал талант и остановил время. У меня не больше десяти секунд. Я выскочил из-за угла, промчался мимо Родиона и Зои, развернулся и побежал обратно к стихийнику. Кажется, теперь всё выглядит так, будто я действительно бегу с противоположной стороны лабиринта.

Время вернулось в привычный режим, а я в прыжке ударил с обеих ног и отправил Родю в стену. Он бессильно сполз по каменной плите и распластался на земле, держась рукой за сломанные рёбра. Я взял рацию, отобранную у Алмазова и произнёс:

— Серафимов, кусок дерьма, ты проиграл. Все твои союзники разбиты. Ещё один такой фокус, и ты надолго отправишься в больницу.

Повернулся к Одоевской и подал ей руку.

— Идти сможешь? — поинтересовался я у девушки, когда она смогла выбраться из ледяной ловушки.