Обед у людоеда
Шрифт:
Но, очевидно, в минуту опасности человеческий мозг мобилизует все ресурсы: Ада Марковна мигом нашла решение проблемы.
Они с Мариной, чуть не надорвавшись, втащили каменно-тяжелый мешок в номер люкс. Ада вспомнила про пожарную лестницу, ведущую в маленький грязный переулок. Чуточку отдохнув, она ухватила мешок снизу и велела Зудиной:
– Бери.
Но Марина чуть-чуть зазевалась, а Ада, не ожидая заминки, рванула поклажу со всей силы вверх. Плохо завязанная горловина мешка разошлась, и труп вывалился на ковер. Бедные женщины едва не скончались. Им пришлось снова запихивать тело несчастной в
Марина не помнила, как они с Адой сволокли вниз мешок. Прямо у подножия лестницы чернела чугунная крыша люка с надписью «Мосводопровод». Ада приволокла лом, и они с гигантским трудом открыли люк… Внизу с диким ревом неслась вода. «Морская» стояла почти на самом берегу Москвы-реки, а в водную артерию сливали нечистоты. А может, там протекала одна из многочисленных подземных речушек… Марина точно не знала. Брезентовый мешок упал вниз, а женщины кинулись уничтожать следы.
Железную пожарную лестницу на всякий случай протерли тряпкой. Но когда вошли в люкс, поняли, что дело плохо. На огромном красивом ковре расплывались темно-бордовые пятна, оттереть которые не представлялось возможным. Еще хуже выглядел соседний номер, тот самый, где и происходили основные события… Марину колотило, словно она голая стояла на морозе. Плохо слушающимися губами она пробормотала:
– Наверное, надо сообщить в милицию, нам этого ни за что не убрать.
– Офигела! – взвизгнула всегда корректная Ада Марковна. – Да нам первым голову оторвут! Пустили в гостиницу посторонних! Нет уж, сейчас все уладим.
Ковер скатали и отнесли в соседний номер. А затем Ада недрогнувшей рукой подожгла комнату. Предварительно она запихнула одежонку девицы в пакет. Дав пламени как следует разгореться, Ада вызвала пожарных, причем еще до их приезда открыла люкс, и они с Мариной начали набирать там в душе воду в ведра и лить ее на бушевавший огонь. В результате люкс тоже оказался здорово испачкан.
Пожарные не заметили ничего особенного, посетовали на старую проводку и уехали. Завхозу Олегу Яковлевичу, удивившемуся было, куда подевался ковер из люкса, Ада моментально объяснила:
– Да мы с Маринкой совсем головы лишились, стали воду плескать, пожарные все не едут, вот и решили ковер на огонь бросить, думали, он без воздуха задохнется, а тот как полыхнет!
– Еще хорошо, что никого в номерах не было, – качал головой завхоз, – господь упас!
Потом сделали ремонт, а заодно обновили и испачканный люкс.
Как звали несчастную, сгинувшую в водостоке, Марина так никогда и не узнала. Никакого следствия или разбирательства не затевалось. Ада Марковна была на отличном счету, а в гостинице и впрямь оказалась плохая проводка. Зина более никогда не появлялась. Марина по-прежнему убирала люкс и получала от Адуськи конверты. О страшной ночи они не вспоминали и забыли о том, что перешли тогда на «ты».
Шли годы, в 1980-м Ада Марковна предложила Марине работу в отеле «Советская». Там платили почти двести пятьдесят рублей чистыми, а от богатых постояльцев перепадали щедрые чаевые. Зудина поняла, что директриса все же хочет избавиться от ненужной свидетельницы, и согласилась.
В «Советской» она благополучно проработала
В конце 1995 года Мариночку из «Советской» выгнали. Гостиница превратилась в акционерное общество, сменились хозяева. Новый директор набрал молоденьких девчонок, а всех старперш выставил вон. Почти год Марина перебивалась случайными заработками, потом ей пришло в голову вновь пристроиться в «Морскую», но, наверное, Ада Марковна напела что-то в уши Петру, потому что тот вежливо, но категорично отказал…
Для Марины наступили не лучшие времена. Сначала она отправилась на биржу труда, потом ей, благо стаж позволял, досрочно оформили пенсию. Но прожить на подачку от государства было невозможно, и Марина лихорадочно искала выход из положения.
Неожиданное озарение пришло, когда она однажды подобрала в магазине брошенную кем-то газету «Из рук в руки». Вечером от скуки Зудина читала объявления, похихикивая над чужой глупостью. Но вскоре ее внимание привлекла колонка «Знакомства». Наутро Марина дала объявление:
«Интересная дама элегантного возраста, опытная и раскованная, без материальных и жилищных проблем, с удовольствием откроет страну любви для девушки из хорошей, обеспеченной семьи».
Конечно, в объявлении не все было правдой. Кроме квартиры, у Марины ничего не имелось, но внешне она выглядела вполне пристойно. Зудина даже не ожидала, какой обвал звонков обрушится на ее голову. Женщины и мужчины, молодые и старые, трезвые и пьяные…
С некоторыми Зудина договорилась о встрече, не сразу все получилось, как она хотела, но в конце концов ей попалась богатая, избалованная и капризная Рената.
Дочь более чем обеспеченных родителей, она томилась от безделья, не зная, куда деть прорву свободного времени. Именно Рената привела Зудину в «Розовую цаплю» и сделала членом элитарного клуба лесбиянок. Поначалу Мариночку передавали из рук в руки, и она просто расцвела. Появились деньги, новые, красивые вещи, украшения… Марина беззастенчиво бросала любовниц, лишь только на пути появлялась более обеспеченная пассия, готовая оплачивать ее счета… До 1998 года Зудина жила вполне обеспеченно, но потом одна из бабенок дала ей попробовать героин, скрыв, что на самом деле находится в шприце.
– Не боись, – ухмылялась тетка, – вполне невинный стимулятор, для пущего кайфа!
Очевидно, организм у Зудиной был предрасположен к наркотикам, потому что зависимость она приобрела сразу, с одного укола.
Вначале ей, конечно, понравилось. Голова приятно кружилась, перед глазами прыгали цветные шарики, и обострялась острота ощущений. Но потом дозу пришлось увеличивать, и деньги начали улетать, словно взбесившиеся птицы.
Марине приходилось выкладывать все большие и большие суммы, любовницы не выдерживали растущего аппетита Зудиной и убегали. Да и, честно говоря, ей самой стало не до любви, а в «Розовую цаплю» она приходила теперь только с одной целью – перехватить на дозу.