Обе Бездны

Хеллфайр

— Шеш ушёл сам… — дрогнувшим голосом ответил Сварун. — Пожалуйста, отпусти её!

— Не только сам, но ещё и под усиленной охраной, — быстро добавил Лишмир, тщетно пытаясь придумать, каким образом ему спасать Индрику, если щупальце не разожмётся в ближайшие пять секунд. Ничего, кроме самоубийственной попытки налететь на нава, в голове не приходило. — Ему ничего не угрожает.

— Вы на мой вопрос не ответили, — Амрафет передавил горло Индрики сильнее, оборвав хрипы и угрожая сломать шею. Когти самки, царапающие по щупальцу, выпускали из него дым, но нав не обращал на это внимания. — Зачем он ушёл?

— Он сопровождал Нарату Нингаль,

а большего я не знаю! Честно! Отпусти её, ты… — Сварун и сам бы бросился на нава, но крыло Жардеи, в которое он врезался, свело атаку на нет.

— Я и так это знаю, — злясь сильнее и едва соглашаясь на этот шаг, Амрафет откинул в драконов Индрику, сбив всех на пол. — Но Нарата сошла в Авваатере, а Шеш у Тескатлипоки! Мирдал не разрешает ничего, если не знает, чем это кончится. Что для него дороже жизни ученика?

— Значит, он и не собирался его убивать! — выкрикнула Жардея, выбираясь из-под Сваруна, который поспешил на помощь кашлявшей и хрипящей сестре. — И Мирдал ни за что бы не отправил Шеша, если бы тот не решил пойти сам! Твой сын уже взрослый и сильный, он сам решает, что ему делать!

— Взрослый и сильный теперь в плену у нашего врага, от которого Мирдал обещал хранить Шеша. Значит обещания своего он не выполнил и должен столкнуться с последствием. Мирдал упустил моего сына, а я упущу его сына, — зло посмотрел Амрафет на Сваруна. И тут же, без заметного перехода, все драконы, кроме него, обнаружили себя в том подземном переходе, откуда их и забрали в навь.

— Сварун… — Индрика задрожала, но Жардея быстро накрыла её крыльями.

— С Шешом всё хорошо, — уверенно сказала она. — Когда Амрафет увидит это, то он обязательно вернёт Сваруна… Надеюсь.

— Хотели вернуть одного Тагириона, но потеряли другого… — Лишмир понуро лизнул порез на лапе. — Куда вы теперь? Назад к Мирдалу, сообщать о взбесившемся наве, или дальше за Агнаром?

— Я должна срочно рассказать обо всём папе… — шмыгнула носиком Идрика.

Жардея понимающе кивнула и повернулась к Лишмиру:

— Доведи её до поверхности и пусть летит в Ликдул. А я пока пройду в города. Может, так будет даже лучше, проходить по-одному — меньше шума!

— Я не могу ещё и тебя отпустить, — Лишмир встал. — Я тебе не доверяю полностью. Кто знает, может, ты больше любишь маму, чем папу, и это всё — часть её плана? Тебе тоже придётся вернуться в Ликдул, если ты не желаешь быть изгнанной оттуда навсегда.

— Не ты принимаешь такие решения! — внезапно вступилась Индрика, впадая в истерику от пережитого.

— Не я. Но для принятия решения нужен совет всех жителей, так что в любом случае возвращаться.

— Я не собираюсь терять время зря, — жёстко бросила драконница. — Будешь делать так, как я сказала, и не смей перечить моей воле!

Прежде, чем Лишмир успел отреагировать, она сложила крылья и протиснулась в дыру, спрыгнув на пол коридора.

Рыкнув, Лишмир дёрнулся за ней, стреляя праной вдогонку, но не попал — пришлось уклониться от удара Индрики.

— После встречи с навом вы все с ума сошли!

— А ты особенно! Теперь Герусет узнает о том, как устроена наша школа, и о провалах Мирдала!

Индрика со злобой взглянула на старшего дракона, после чего развернулась, в узком проходе едва не потянув крыло, и побежала обратно по коридору — к выходу из подземелий. Слёзы зарывались в шёрстку её щёк, когти барабанили неровно и нервно.

Глава двадцать

восьмая — Не будь негативной

Пребывание в гостях у Арислодары становилось чем дольше, тем приятнее. Красота и спокойствие этого места благотворно подействовали на драконов: они безмятежно валялись в траве или переговаривали о вещах, не требующих долгих дум и не вызывающих волнений. Зареслава и Нармэла прямо-таки светились от счастья, для Светлых пребывание в этом месте явно было только в радость. Торстейн и Адора с разрешения хозяйки расположились у одной из статуй и стали играть в ходовку — передвигать по расчерченной на клетки доске высокие фигуры-башни, выстраивая из них крепости с единой целью оградить побольше территории. Похоже, сама Арислодара была не прочь заняться подобным, потому что позолота кое-где слезла с фигур, соскребённая когтями, а мягкие подушечки у их подножья пообносились. Это Хубур поняла, когда сама сыграла с Адорой, но не успели они даже довести партию до конца, как златогривый улыбчивый дракон подошёл к хаосистке и протянул ей лапу:

— Давай лучше погуляем. Я без тебя скучаю.

Хубур ещё с детства привыкла к странным просьбам и непонятным речам, но ей казалось, что с данным самцом всё было предельно ясно — это и по слишком откровенной ауре читалось.

— Я с удовольствием составлю тебе компанию. К счастью, мой особенный самец меня не видит, — как бы в шутку, но в то же время значимо сказала Хубур, поднимаясь на задние лапы. Конечно же, в этом платье она вызывала заслуженное внимание у самцов, но уводить любимца Арислодары было бы слишком глупой идей. Даже несмотря на то, что никакого самца у хаосистки не было.

— И не увидит больше, — многозначительно хохотнула прошедшая мимо Арислодара. — Мой сын куда лучше него! Впрочем, не буду вас отвлекать… — протянула белоснежная совсем уж навязчиво и с намёком, удаляясь. Соладар, не теряя времени, взял Хубур сначала за запястье, а потом и под крыло, подталкивая её и оплетая талию хвостом.

— Цель жизни — жизнь! В этом вся суть. И чем жизни больше, тем лучше! От Хаоса слишком часты смерти. Надо сохранить тот Порядок, что жизнь поддерживает. И умножает.

— Я — хаосистка, — Хубур попыталась отстраниться от приставучего дракона. Сердце её сжалось от страха, а тут ещё Торстейн и Адора сидели, как ни в чём не бывало. — И в жизни есть иные цели и другие занятия!

— Какие, например?.. — собирался было Соладар залезть своим хвостом Хубур под платье, но так раньше успела — вцепилась наглецу передней в промежность, и совсем не нежно.

— Ты знаешь, что Инанна начала нарушать "цель жизни" отнюдь ни с тирана Герусет, пусть даже она и была достойнее всего этой участи — ужесточала законы, за малейшее неподчинение отправляла подданных в пирамиды, где из них выкачивали энергию и души? Нет, Инанна начала с сар-гачтаря Эрекцара. А он всего-то попытался предложить ей "умножать жизнь" без спроса.

"Не-мирдал" даже на пальцы лап приподнялся, раскрыв пасть от явно никогда не испытываемого ощущения. Дочь Тиамат дождалась, когда хвост чересчур любвеобильного дракона опустится к земле и только потом отпустила золотого, сразу отойдя на шаг назад.

— Интересно, а осмелился ли бы ты проявить свою самцовую удаль, не отводя свою жертву в кусты, у всех на глазах? В Авваатере подобного не стесняются, как я заметила при визите в вашу столицу, — светло-зелёная вышла из густой травы в подлесок деревьев-великанов, — или ты заранее готовился к провалу?