О себе
Шрифт:
Мне очень хорошо знакомо это давление творческого импульса, требующего своего осуществления и выражения. Когда испытываешь такое давление, то ничего не остается, кроме как дать ему выход, чтобы освободить и очистить ум; иначе ум будет метаться в разные стороны и не сможет сконцентрироваться.
Вопрос: В настоящее время я слишком увлечен работой над прозой. Не удивительно, что поэзия теперь для меня невозможна. Я думаю, проза должна продолжать быстро двигаться к своей цели, пока поэтическому вдохновению не представится случай вернуться?
Ответ: Да, но с какой стати ваше поэтическое вдохновение
Вы, кажется, страдаете манией самоуничижения. Она есть у многих художников и поэтов; когда они смотрят на свою работу, она им кажется ужасно плохой и ничтожной. (Я и сам часто чувствовал это вперемежку с противоположным чувством. У Х. это тоже есть). Но думать об этом в процессе работы – это слишком мучительное чувство. Лучше избавьтесь от него, если хотите писать свободно.
Вопрос: Мне так хочется писать на бенгальском стихи, рассказы, всё что угодно!
Ответ: Такого рода намерения слишком расплывчаты, чтобы можно было преуспеть. Для успеха вам нужно ограничить поле деятельности и сосредоточиться на чем-то одном. Я не пытаюсь стать ученым или художником, или генералом. У меня были определенные вещи, которые я хотел сделать, и я их сделал, когда Божественное захотело этого; другие открылись во мне или сошли ко мне свыше благодаря йоге. Я сделал столько, сколько пожелало Божественное.
Вопрос: Пытаться стать литератором и при этом не знать, какой вклад внесли в литературу великие писатели, было бы непростительно.
Ответ: Почему непростительно? Я не знаю, какой вклад в нее внесли японские или русские советские писатели, но чувствую себя в своем неведении вполне добропорядочным и счастливым. Что касается необходимости прочитать Диккенса, для того чтобы стать литератором, то это странная идея. Он самый нелитературный человек из всех, кто добился успеха в литературе, а стиль у него – безжизненная пустыня.
Вопрос: Как вы относитесь к планам прочесть Мередита, Гарди, Шелли, Китса, европейских и русских писателей?
Ответ: Господи, сэр, хотел бы я иметь время, чтобы выполнить такую огромную программу, как ваша. У меня его нет, даже чтобы обсудить ваши планы.
Вопрос: Вы нигде ничего не говорите о Фирдоуси, создателе персидского эпоса, авторе «Шахнаме»? Ставите ли вы его в один ряд с другими великими эпическими поэтами – с Гомером, Вальмики [125] , Вьясой [126] ? Как же так – вы, изучивший столько языков, так расширив этим свое образование, допустили такой серьезный пробел, не зная персидского?
125
Вальмики – легендарный индийский автор древнеиндийской эпической поэмы «Рамаяна».
126
Вьяса – автор «Махабхараты».
Ответ: Я читал Фирдоуси давно в переводе, но перевод не давал никакого представления о поэтических качествах оригинала. Что до пробелов в образовании – что ж, я не знаю русской литературы, финской (не считая «Калевалы») и не читал в оригинале ни «Песнь о Нибелунгах» [127] , ни Пентаура [128] , сложившего на древнеегипетском поэму о победах Рамзеса, ни одного из дошедших до нас фрагментов. Я также не знаю арабского, но доволен и тем, что прочел «Тысячу и одну ночь» в переводе Бартона [129] , ставшем такой же классикой,
127
«Песнь о Нибелунгах» – древнегерманский эпос.
128
Пентаур – автор, наиболее полно описавший победы Рамзеса II. Его поэма высечена на стенах храмов в Карнаке, Луксоре, Рамессеуме и Абу-Симбеле.
129
Бартон, Ричард Френсис (1821—1890) – английский путешественник, писатель и переводчик.
Вам не нужно мешать вдохновению, изучая размеры – у вас внутри есть любая техника, какая вам может понадобиться. Я сам никогда не изучал стихосложение, по крайней мере английское: всё, что я знаю, я знаю потому, что читал, писал, следовал своему слуху и мыслям. Если кто-то интересуется изучением техники стихосложения ради самого предмета, это другое дело – но это отнюдь не обязательно.
Основное правило относительно точности перевода, думаю, состоит в том, чтобы как можно ближе держаться оригинала при условии, что текст в результате будет читаться не как перевод, а как настоящее бенгальское стихотворение, и по возможности так, будто это и есть оригинал.
Признаюсь, я не практиковал то, что проповедую – всякий раз, когда я брался за перевод, меня ничуть не заботили чувства оригинала и без всякой жалости переделывал его так, как хотелось моей фантазии. Но это тяжкое, серьезное преступление, и подражать мне тут не стоит. В последнее время я стараюсь быть в переводе более добродетельным, не знаю, насколько успешно. Но так или иначе, это как раз тот случай, когда говорят: «Делай так, как я говорю, а не делаю».
Думаю, вполне законно переводить поэтическую прозу стихами. Я сам так делал, когда переводил «Героя и нимфу», по той причине, что красоту прозаического стиля Калидасы [130] на английском лучше всего передать стихами, или, по крайней мере, потому, что мне так было легче ее передать. Ваше критическое правило кажется мне слишком абсолютным; как и все правила, оно в принципе действует в большинстве случаев, но в меньшинстве (которое составляет лучшую часть, ибо зачастую меньшее лучше большего) не действует совсем. Если распространить это правило, получится, что Гомера и Вергилия можно переводить только гекзаметром. А как насчет противоположных случаев, когда многие прекрасные прозаические переводы поэзии оказываются намного лучше и точнее передают дух оригинала, чем какая-либо существующая поэтическая версия? Не надо других примеров, кроме английской версии «Гитанджали» Тагора. Если стихи могут быть столь замечательно (и потому законно) переведены прозой, то почему не может проза переводиться (с полным при том основанием и замечательно) стихами? В конце концов, правила создаются больше для удобства критиков, нежели как ограничивающий закон для творцов.
130
Калидаса – классик древнеиндийской литературы, живший, вероятно, в IV—V веке н. э.
Вопрос: Странно, что вы постоянно забываете, что у вас есть замечательные переводы на английский язык «Викраморваши» Калидасы и поэмы «Герой и нимфа». Однажды мне уже приходилось напоминать вам об этом. Не может быть, чтобы вы хотели от нее отказаться? Кстати, вы, кажется, также перевели «Мегхадуту» Калидасы или «Облако-вестник» в terza rima [131] .
Ответ: Нет, я не отказываюсь от «Героя и нимфы». Я просто совсем об этом забыл… Я перевел «Мегхадуту», но перевод был потерян человеком, у которого хранился.
131
terza rima – в английской поэзии: терцеты, обычно написанные ямбическим пентаметром, с перекрестной рифмой (ac aba, bcb, cdc…). – Прим. пер.