О, марсиане !
Шрифт:
Говоря это, младший лейтенант пристально вглядывался в Гудаутова и был готов при малейшем движении на него навалиться. Но тот ничем себя не выдал, даже не шевельнулся, и взгляд его был по-прежнему безмятежен и добродушен.
– Фамагуста?
– пробормотал Будушкин.
– Где я слышал это слово?
"Не вооружен, - подумал Стенькин.
– Впрочем, возможно, не все марсиане налетчики. Среди них тоже могут быть разные, нельзя всех стричь под одну гребенку".
Гудаутов между тем не только понятия не имел о космическом оружии, но и был занят разработкой очередного тактического маневра. "Один марсианин,
– У меня важное заявление, - с достоинством сказал он младшему лейтенанту.
– Прошу занести в протокол.
– Что еще?
– Довожу до вашего сведения, гражданин начальник, эти двое...
– он кивком указал на Будушкина и Сарафаненко, - из моего отряда.
– Как это понимать?
– Марсиане. Сами не видите?
– Что?!
– завопил Сарафаненко.
– Я марсианин? Да меня весь город знает, я гитарист, в филармонии на концертах выступаю.
– На Марсе каждый второй гитарист, - отпарировал Гудаутов.
Стенькин посмотрел на Будушкина, свою последнюю надежду.
– Может быть, он прав и мы все действительно марсиане, - философски заметил Будушкин, пребывавший в глубоком раздумье. И добавил: - В известном смысле.
Гудаутов развел руками и, обратившись к своим вновь обретенным соотечественникам, произнес фразу на чистейшем марсианском языке. Уголком глаз он наблюдал за произведенным эффектом. Рука Стенькина невольно потянулась к кобуре. Лютикова тихо охнула и, уцепившись за стену, поползла к выходу.
Задребезжал телефон. Не спуская глаз с марсиан, младший лейтенант взял трубку.
– Милиция?
– спросил мужской голос. Обладатель его был явно на грани истерики.
– Слушаю, дежурный по городу.
– Давай на выручку, браток! Марсианец у нас побывал! Украл тело! Поспешайте!
– Адрес!
– крикнул Стенькин. Но в трубке уже загудело.
Сомнений не стало: Заборьевск подвергся массированному нападению марсианского десанта. Возможно, пришельцы успели уже захватить жизненные центры и кинулись мародерствовать. Но его они так просто, за здорово живешь, не возьмут. Сукины сыны, комедию ломают, потешаются.
Младший лейтенант вскочил на стол и, выхватив пистолет, заорал:
– Руки вверх, ложись!..
ЛЮБОВЬ ПО-МАРСИАНСКИ
Едва Гвоздика выскочил вслед за грабителем, как пивная наполнилась шумом и сумятицей. Сбросив оцепенение и мигом протрезвев, посетители первым делом принялись обследовать свои карманы. Послышались недоуменные возгласы.
– Деньги целы!
– Странное дело, у меня спички взял.
– Немного-то их было, копеек 70, да все тут.
– И у меня спички.
Вскоре выяснилось, что марсианин не взял ни медяка, зато экспроприировал с десяток спичечных коробков.
– Что бы это значило? На кой ему спички?
– Нет, вы лучше скажите, почему он на деньги не польстился?
– Может быть, затеял спалить город?
– предположила хозяйка заведения, оправляясь от страха.
– Если так, разве нельзя было накупить спичек в киоске?
– усомнился кто-то.
– Много брать подозрительно.
– Выходит, меньший риск грабить? Это, товарищи, несерьезно, -
– А что за машинка у него была?
– Похоже на парабеллум.
– Ничего подобного, я ближе всех к нему стоял, успел разглядеть: такая блестящая штучка, вроде небольшой гранатки.
– Бластер, он говорил, бластер.
– Что это?
– В научно-фантастических романах, - пояснил Звонский, - так называют обычно космическое оружие.
– А фамагуста?
– Честно: не знаю, никогда не приходилось слышать.
– Надо бы в милицию заявить, - догадалась вдруг хозяйка.
– Не тревожьтесь, - сказал полный с очень уверенными движениями.
– Тут среди нас находился весьма опытный оперативник, так он уж пошел по следу.
Все поглядели на полного с уважением. И вспомнили о его поступке.
– Молодчина, - похвалил Гаврила, - быстро скумекал, как его утихомирить. Не то он бы нас всех в тартарары отправил.
– Кто знает, возможно, и не только нас.
Полный не без удовольствия принимал комплименты.
– Кто все же это был? Неужто настоящий марсианин?
– Вполне даже похож на того, что по телеку выступал.
– По какому телеку?
– Эх ты, самое интересное прошляпил! Ну-ка, мать, плесни нам по кружке.
– Я, пожалуй, побегу домой, товарищ Звонский, - сказал Гаврила. Что-то на душе свербит.
– И мне пора.
Они распрощались и отправились восвояси.
Гаврила поторапливался, пугливо озираясь по сторонам. Пожаров вроде пока не замечалось, но атмосфера ночи, сгустившаяся перед летней грозой, была насыщена тревогой. Все встречавшиеся на его пути нечастые прохожие до удивления походили на марсианина. Время от времени Гаврила вздрагивал от случайных звуков, необычно гулких в безлюдной поздневечерней тишине. По мере приближения к дому напряжение в нем нарастало. Уже почти на месте, когда он пересекал внутренний двор, ужасная мысль мелькнула в его голове. Обожженный ею, он рванулся к подъезду, мигом взлетел на четвертый этаж, распахнул дверь и, упав на колени у самого порога, начал торопливо шарить под паркетной плиткой.
"На месте, целехоньки родимые!" Гаврила сел на пол и постарался унять охватившую его мерную дрожь. На какой-то момент ему даже стало стыдно за свой страх, он мысленно себя укорил: "Вот ведь что делает жадность с человеком!" И успокаивающе сам себе улыбнулся: "А ведь есть чего жалеть. Не у каждого в загашнике такие деньжата. И все собраны собственным трудолюбием, да хитростью, да бережливостью".
Уже пришедши в себя, Гаврила рывком поднял с пола свое крупное, грузное тело и шагнул в маленькую уютную кухоньку, обставленную своими руками, точь-в-точь по модному западногерманскому журнальчику. В укромном местечке за шкафчиком надежно хранилась от жены, не проявлявшей особого рвения к хозяйству, бутылка спиртного. Прикладывался Гаврила не часто, очень гордился своей воздержанностью и смотрел свысока на приятелей-мастеровых, охочих до зеленого змия. Но временами принимал. Сейчас это ему было просто необходимо, чтобы окончательно успокоиться. Он ловко вытолкнул пробку, налил себе с полстакана, степенно выцедил, как лекарство. Упрятав бутылку, Гаврила открыл продуктовый шкаф, обнаружил там тарелку с какой-то снедью, поковырял вилкой, пожевал чуть и отставил.