О любви
Шрифт:
Через полчаса девушка с трудом допила травяной настой и мучительно соображала, будет ли приличным покинуть стол прямо сейчас. От раздумий её избавила Вианиша, которая встала и, глядя прямо на наагасаха, спросила:
– Могу я забрать Дариллу?
На лице наагасаха появились сомнения. Сразу он не ответил, видимо, размышляя, стоит ли так рисковать? Но потом всё же неохотно кивнул и освободил стул Дариллы от хвоста. Та тут же вскочила и с готовностью последовала за оборотницей.
– Как мне плохо!
– страдающе простонала Вианиша, едва они
– Почему после распития вина всегда хочется умереть?
– После неумеренного распития вина, - поправила её Дарилла.
Девушка только поморщилась.
– Ну хоть не наказали. Вахеш сказал, что в этот раз меня помиловали, потому что я ничего не натворила. В прошлый раз, два года назад, я случайно выпустила ездовых драконов городской стражи. А их там было штук тридцать. Разнесли два квартала, но мне влетело так, словно весь город был стёрт с лица земли.
Вианиша явно не испытывала никаких угрызений совести за свой давний поступок. Это немного покоробило Дариллу. Но оборотница почти тут же всё прояснила:
– Но я не уверена, что это я выпустила их. Видишь ли, я вообще ничего не помню из произошедшего. Я и сейчас не помню, что вчера было.
Дарилла испытала острый укол зависти. Ей бы тоже очень сильно хотелось ничего не помнить.
– Даже не помнишь, как Низкана целовала?
– вероятно, Дарилла спросила об этом из желания немного досадить Вианише. А то что она одна стыдом мучается.
– Я?!
– искренне поразилась Вианиша, круто разворачиваясь.
– Ты, - ехидно подтвердила гостья.
Оборотница глухо застонала и закрыла лицо руками. Но не успела Дарилла испытать злорадство, как сквозь стоны до её слуха донеслось:
– Почему я этого не помню?!
От души пострадав над собственной беспамятностью, Вианиша набросилась на гостью с расспросами.
– Как это было? Я хочу знать всё в мельчайших подробностях!
– Да какие там подробности, - смутилась гостья.
– Ты его поцеловала, когда он нёс тебя на руках, и он тут же тебя уронил.
– О, а я-то думаю, откуда у меня синяк на заднице, - Вианиша потёрла левую ягодицу.
– Но, похоже, он был очень впечатлён, раз у него даже руки ослабли. А раз руки ослабли, то, значит, впечатлён был в самом приятном смысле этого слова.
Дарилла с сомнением посмотрела на неё, но мысли свои озвучивать не стала. Вианиша же, забыв про недомогание, кружила по коридору и напевала: «Он будет мой! Он будет мой!». Её незатейливую песенку прервало покашливание. Девушки обернулись и увидели наагасаха.
– Рад, что вы не успели далеко уйти. Госпожа Вианиша, прошу прощения, что забираю у вас свою невесту, но мне необходимо с ней поговорить.
Желудок Дариллы протестующе сжался.
– Конечно, - Вианиша солнечно улыбнулась наагасаху и, зачем-то подмигнув Дарилле, направилась обратно в трапезную.
Риалаш прополз немного вперёд, заглянул за первую попавшуюся дверь и поманил Дариллу за собой. Та, еле передвигая ноги, направилась за ним. Когда они оба
– Я что-то вчера натворила?
– осторожно поинтересовалась Дарилла.
На губах Риалаша появилась ехидная улыбка. Так он и думал! Кое-кто, видимо, решил разыграть непонимание и полное отсутствие памяти. Что ж, он напомнит. Ему это будет даже в радость.
– Неужели вообще ничего не помнишь?
– мужчина всё же решил дать девушке шанс выбраться из сложившейся ситуации с минимальными потерями.
– А говорила, что память как капкан...
Дарилла стыдливо опустила глаза.
– Извините, похоже, я вчера наговорила много лишнего. Если я вас чем-то оскорбила, то простите меня.
– Наговорила?
– Риалаш подполз ближе и с улыбкой посмотрел в пристыженное лицо девушки.
– Скорее, натворила.
Дарилла едва смогла сдержать удивление. События вчерашнего вчера опять промелькнули в её голове, но она вроде бы ничего совсем плохого не сделала. Она действительно в основном только болтала. На поступки она явно не была способна.
– А что я... сделала?
Риалаш наклонился и улыбнулся так сладко, что девушка моментально ощутила озноб.
– То есть того, что ты провела эту ночь со мной и больше не являешься невинной девушкой, ты не помнишь?
– голос его звучал очень ехидно.
Дарилла поперхнулась воздухом и закашляла. Мысли её пустились вскачь, голова заработала, пытаясь отрыть в памяти то, что было после того как она уснула. Она же действительно уснула? Ведь не было же ничего? Руки её затряслись.
– Н-неправда, - дрогнувшим голосам заявила девушка.
– Быть того не может! Вы бы так не поступили!
Риалаш изумлённо изогнул брови и распрямился.
– А я не мужчина?
– удивлённо протянул он.
– В моих руках находилась соблазнительная девушка, которая к тому же сама требовала, чтобы её соблазнили. Как я мог устоять? Я не жрец Богини-Матери, не святой и не каменный.
Дарилла едва сдержала стон. Про требование соблазнить её она помнила, но всего остального точно не было!
– Но я проснулась одетая!
– Ну да, в одной рубашке, - проявил осведомлённость ехидный наагасах.
Дарилла вспыхнула. Ещё в купальне её немного озадачило отсутствие панталон. Она не помнила, чтобы наагасах снимал с неё эту деталь одежды, так что предположила, что сама стащила её с себя.
Риалаш же едва сдерживался от желания расхохотаться, глядя на испуганное и растерянное лицо Дариллы. Она явно боролась с желанием заявить, что точно ничего не было и что она всё помнит. Но также её глодали сомнения: а вдруг это правда! На самом деле панталоны с неё мужчина осторожно стянул уже под утро. Должен же он был достойно подготовиться к возможному заявлению девушки, что она-де ничего не помнит.