О чем молчат подростки..

БРАЙН АЛАН

– Чем вы ещё занимаетесь кроме того, что работаете в адвокатской конторе?

– Я обожаю бейсбол. Помню, в школьные годы, у нас даже была своя команда, называлась «Красные львы». Неплохо мы тогда играли с парнями..

– А сейчас?

– А сейчас то времени нет, то желание пропадает, то колено болит после травмы.

– Что за травма?

– Заработанная по глупости и неосторожности. Во время тренировки перед самым важным матчем для нашей школы, мы как обычно

тренировались на улице, но именно меня тогда тренер поставил на скамейку запасных. В мои семнадцать лет меня это очень задело, ведь я был ведущим игроком в своей команде. Я настолько хотел показать тренеру, что я готов к матчу, что прямо во время их игры, я ворвался на поле, сбивая с ног своих товарищей, бежал за этим мячом как сумасшедший и в итоге на последних минутах игры, я спотыкаюсь об свою же ногу, пару раз кувыркаюсь в песке, пытаюсь встать на ноги, но понимаю что что-то не то..

– Какой кошмар!

– В итоге меня увезли в больницу и поставили там диагноз: перелом коленной чашечки. Перенос сложнейшей операции и месяцы хождения в гипсе наказали меня, и всё-таки я получил по заслугам.

– Ну и жесть! – говорю я.

– Поэтому я теперь всегда себе твержу: не стоит делать того, о чём тебя не просят, иначе это может плохо кончится для самого себя.

– Джон, а у вас есть семья? Я имею в виду жена, дети..

– Реджина!! – возмущается мама.

– Что-о? Я всего лишь продолжаю нашу беседу..

– Ничего-ничего, Бетти, всё нормально. Да, у меня была жена и маленькая дочь. Они погибли два года назад в Атланте, штат Джорджия, когда возвращались домой.. Помню, мне тогда ещё надо было готовить ужин к их приезду, я ещё боялся, что не успею, но… не успели именно они к ужину..

– Джон, я.. сожалею..

– Я навсегда запомню ту картину, когда я приехал к ним, на место аварии и увидел их бездыханные, окровавленные тела, накрытые простынёй, которая насквозь вся была пропитана кровью.

– Их убийца найден?

– Да, им оказался двадцатиоднолетний Том Кристман, наркоман, гуляка и, поговаривают, держал свой наркопритон. Он ехал со скоростью 160 миль... у них просто не было шансов выжить…

– Так, хватит о грустном! – прерывает нас мама. –Джон, давай лучше расскажем Реджине о том, что мой развод с Дейвом подходит к концу.

– Правда?

– Да. В пятницу у нас вновь суд, и там уже нас точно разведут! Всё благодаря Джону…

Отужинав мы распределились в гостиной. Мама и Джон сели на диван, а я же на пол, около телевизора.

– А где сейчас находится Элизабет?

– Она у Алисии, моей сестры.

– Думаю, что со следующей недели её можно возвращать обратно.

– Отлично, я как раз на днях собиралась позвонить им и рассказать о разводе. Кто хочет молочный коктейль перед сном?

– В другой раз, – говорю я.

– Джон..?

–

Нет-нет, спасибо..

– Как хотите.

Мама уходит на кухню. Я продолжаю сидеть с Джоном и ловить неловкие паузы..

– Извините, если что не так спросила за ужином..

– Всё хорошо, Джина. Просто.. хотел сказать тебе одну вещь перед тем, как ты уйдёшь спать: никогда не ругайся с мамой, потому что не знаешь какой день её или твой может стать последним днём в жизни. Я не хочу, чтобы ты потом жалела о броских словах, сказанных в ссоре с ней, и также не хочу, чтобы она винила себя в твоей смерти..

Я встаю с пола и тяжело вздыхаю.

– И вы туда же со своими учениями..

– Пойми, я это делаю не для того, чтобы показать тебе, что я весь такой умный и жизнью наученный, просто я хочу уберечь тебя от многих неприятностей..

– Вы знаете, что я употребляю наркотики?

– Да..

– Спасибо, что ничего не сказали по этому поводу.. Спокойной ночи..

– Спокойной ночи, Джина..

Медленными и уставшими шагами поднимаюсь по лестнице прямо в свою комнату. Пройдя мимо зеркала, я косо бросаю взгляд на него. Мои красные волосы при тусклом свете кажутся чёрными. Я смотрю на своё отражение. Мои тёмные круги под глазами увеличились вдвое, скулы стали выпирать наружу и делать лицо уродливее, как у мертвеца.

Ложусь в кровать и достаю свой дневник.

«Привет дневник!

Сегодня я покрасила волосы в красный! Представляешь? Я до сих пор не могу поверить в то, что какие-то изменения в себе я сделала без разрешения мамы. Мистер Гиннесс (видимо новый ухажёр мамы) заценил мой новый цвет, сказав, что он мне очень идёт. Я думаю, что мы с ним подружимся, ведь он ещё и адвокат моей мамы. Помогает ей как можно скорее развестись с папой.

О чём ещё написать? Да больше и не о чем, кроме того факта, что я стала королевой осеннего бала! Да, я выиграла корону у Алекс, но та пообещала мне не обижаться на меня! А ещё у меня появился новый друг Чакки. Дурацкое имя, но если постоянно называть его Чак, то это выглядит менее ущербно. Он даже подрался с ведущим на балу, а затем подговорил всех присутствующих, чтобы они аплодировали, свистели и кричали громче, иначе бы я не победила.. Не знаю что это у него.. влюблённость в меня или просто дружеская симпатия..

День двадцать первый, Джини.»

День 22

– Доброе утро, Реджина! – мама отдёргивает шторку и лучи солнца моментально ослепляют мне и без того больные глаза.

– Ай! Что ты делаешь?!

– Как видишь бужу тебя.

Я поднимаю голову и недовольно смотрю на часы.

– Мам, сейчас только шесть утра! Мне как минимум спать ещё целый час!

– Не играй с огнём, особенно тогда, когда этот огонь сильнее тебя!