О чем молчат подростки..

БРАЙН АЛАН

Не плохо, он близок к истине.

– Да, – улыбаюсь я, – всё пройдёт..

– Я тоже так думаю. Ты сильная, ты справишься.

Он рукой пару раз проводит мне по голове. Я встаю с пола. Обнимаю его и медленными шагами направляюсь в свою комнату. Включаю бра и в чём есть, ложусь на безумно холодную постель. Это помогает мне снять стресс и полностью расслабиться. Я моментально засыпаю.

Глава 2.

День 4.

– Джини, доброе утро, детка, – папа с осторожностью будит меня, потому что знает, если меня напугать, дело может кончиться переломом.

– Ты? А разве ты .. не должен быть на работе?

– Я остался специально для того, чтобы подвести тебя до школы, поэтому, у тебя есть всего лишь десять минут на то, чтобы умыться, одеться и привести себя в человеческий вид.

– Поняла.

Я с радостью поднимаюсь с постели и принимаюсь бегать по комнате в надежде, что в таком бешеном состоянии я что-то успею. Из рук падает телефон. Я как можно быстрее складываю в портфель свои листы с домашней работой, и пару книг, на случай, если в школе будет опять скучно. Одеваюсь, и бегу в ванну. Как можно скорее чищу зубы, умываю лицо и наношу незаметный слой тональной основы, чтобы хоть как-то скрыть свои синяки под глазами.

– Я готова! – кричу я.

– Отлично! Ты прямо как солдат, только не за сорок пять секунд, а за восемь.

Я смеюсь.

– Я старалась.

Беру свой портфель и спускаюсь вниз.

– Ну, что, пошли? – спрашивает меня папа.

– Стоять! Я для кого готовила завтрак? – мама останавливает нас на половине пути и смотрит в глаза каждому.

– Бет, я перекушу на работе.

– А я возьму свой завтрак с собой, – говорю я и достаю из холодильника вчерашнюю еду.

– Совсем совесть потеряли. Я встаю в такую рань, чтобы приготовить им еду..

Я не знаю, что она говорила дальше, потому что мы уже давным-давно сели в машину и мчались по дороге в школу. Сумасшедшее утро. Хотелось бы, чтобы и день был таким же.

****

В школе всё как обычно. Все ходят парами, а Джина ходит одна. Чувствую себя какой-то одинокой и брошенной. Даже, может быть, никому и ненужной.

Урок математики обещает быть напряжённым и злым. Математичка, миссис Гиберсон, уже с самого моего прихода смотрит на меня косо.

Раздаётся звонок на урок. Все заходят в класс.

О, да, забыла вам сказать,

у меня теперь есть новое и почти постоянное место в кабинете математики. Место с Ошером. Тем парнем, что прямо-таки течёт от того, что что-то считает, вычитает, делит и умножает. Больной придурок.

– Присаживайтесь! – говорит Гиберсон. – Попрошу всех вас показать мне домашнюю работу, которую я поручила раздать Реджине МакАльпин и Риду Ошеру.

Все уставляются на меня, а точнее не все, а только та половина, которая не получила домашнего задания от меня.

– Миссис Гиберсон, – говорю я, – я передала листы вон тем парням.

– Почему? Задание было поручено тебе, а не Риджинту и Клинту.

В классе проходит гул.

– Ну, хорошо, в этот раз я тебе прощаю, но чтобы в следующий раз, когда я поручу раздать тебе листы с домашней работой, ты обязана будешь это сделать. А вам ребята, предстоит распечатать листы друг у друга с предыдущей работой, я уверена, что у большинства у вас, в тех листах ничего не написано…

Все начинают гудеть и косо смотреть на меня.

Время уравнений. Я всегда ненавидела их. Вообще ненавижу математику. Считать, умножать, делить в уме... Такое чувство, что этот предмет вообще не для меня создан. Мне бы на историю или хотя бы посидеть на литературе, а математику я и так не знаю, да и знать не хочу. Что за дураки в ней разбираются? Я погружаюсь в свои мысли и не замечаю, как меня вызывают к доске.

– ..Реджина МакАльпин, ты совсем оглохла? – спрашивает меня математичка.

– А?

– Иди к доске!

Я перевожу глаза на доску и вижу огромнейшее уравнение. Мои ладони холодеют. Я знаю, что сейчас конкретно облажаюсь, но я облажаюсь в два раза сильнее, если откажусь выходить. Я неуверенно поднимаю своё тело из-за парты.

– Давай.. – поторапливает миссис Гиберсон, – давай быстрее..

– Хорошо..

Делаю шаги к доске. Беру мел. Сердце бешено стучит.

– «Успокойся, Джина, всё будет хорошо. Наверняка в этом классе найдётся тот, кто тебе поможет..» – пытаюсь успокоить себя этой мыслью, но мои незнания в математике берут верх.

– Ну, Реджина МакАльпин, – говорит математичка, – я долго буду ждать от тебя ответа? Посмотри, все дети уже давно решили и ждут, пока ты что-то начнёшь делать…

Я не обращаю внимание на её глупые реплики, более того, я всем телом пытаюсь абстрагироваться от всего этого напряжения.

– «Так, Джини, просто действий по плану: решай что-нибудь до тех пор, пока кто-то не устанет от твоего присутствия около доски или не умрёт от твоей тупости..»