О-3-18
Шрифт:
— Сразу видно, профессионал, — едко высказывается, глядя на струйку полетевшего дыма.
Шайль выдыхает. Оставляет руку с сигаретой болтаться между полом и плечом. Несколько раз сонно моргает. Боль начинает возвращаться.
— Мне нужна ваша помощь, — тихо признается. — В городе…
— «Помощь»?! — Гэни смеется. — Еще недавно ты была нюхачом, а теперь стала попрошайкой?
— Тц, — Шайль морщится, затягивается сигаретой. Дым попадает в глаза, и теперь девушка моргает совсем не сонно. —
— Говори.
— В городе хаос. Скоро здесь будет армия…
— Армия? — мальчишка наклоняет голову к плечу. — Пока еще рано об этом думать. Или у тебя есть информация?
— Только логика. Мэр не дурак, — Шайль стряхивает пепел на столешницу. — Либо так, либо власть окончательно рухнет. Понимаешь?
— Понимаю. Но все случится до того, как армия придет, — Гэни пожимает плечами. — Меня не волнует.
— А стоило бы заволноваться. Ты говорил, что вы ни при чем. Но что-то вы знаете.
— Знаем. Что дальше? — лидер «ВолкоЛЮДЕЙ» расплывается в улыбке. — Мне просто интересно, что ты напридумывала. Я заметил, что ты сначала делаешь вывод, а потом находишь для него информацию.
— О да. Ты прав. Я нихрена не знаю. Но это моя работа: думать, делать вывод и находить ему подтверждение.
Кажется, Шайль возвращается в мир живых. Жаль только, что в этом мире ее ждут боль и усталость. Их удар скоро настигнет мозги детектива в полной мере.
— Да, Рерол говорил, что ты один из детективов Освобождения, — Гэни кивает, задумчиво поглядывая в угол комнаты. — Я потому с тобой и говорил. К нам приходили тупые полицаи, а с детективами я еще не встречался. Честно говоря — разочарован. Вы еще тупее.
— Вот как?.. — пока что сил хватает только на этот ленивый вопрос.
— Да! — мальчишка активно кивает, тычет пальцем. — Ты приходишь сюда второй раз и второй раз, я уверен, не скажешь ничего путного. От полицейских можно услышать громкие слова, а от тебя, видимо, только сигаретную вонь и несколько странных вопросов-обвинений. Детективша.
Девушка неопределенно качает головой. Вряд ли ей слишком интересно мнение Гэни. Надо склонить его к разговору, нащупать ниточку, которая позволит дойти от одной темы до другой. И заплывшие от обезболивающего мозги — не лучший помощник.
— И поэтому я пришла к вам. Потому что я тупая.
Шайль поднимается со стула слишком медленно, чтобы Рерол напрягся. Мужчина смотрит на потуги девушки со странной жалостью. Гэни ждет дальнейших слов.
— Видимо, мне лучше самой заняться спасением города. Если уж всем жителям похер на будущее этих улиц, — Шайль стоит, опираясь на спинку стула, и смотрит на Гэни.
Сверху вниз. Мальчишкам такое не нравится. Взрослая девушка, которая стоит над ними и говорит так, будто те — самое большое разочарование в жизни. Это всегда вызывает эмоции.
— Я не говорил, что мне плевать, — спорит… нет… оправдывается Гэни, тактично избегая мата.
Попался.
— Кажется, тебе плевать. Просто пофиг, — устало вздыхает девушка, и ее сильная фигура приосанивается. — Ничего страшного, я понимаю. Очень сложно организовать общину волколюдов. Было действительно глупо ждать, что ты сможешь помочь. Я попробую справиться своими силами, чтоб не напрягать такого занятого мальчика.
Во взгляде Рерола виднеется веселье. Матерый хищник видит, какую игру затевает Шайль. А вот Гэни — не видит. Ему стоило позвать на переговоры старшего брата.
— Слушай, Шайль, сядь, — раздраженно просит мальчишка.
Девушка продолжает стоять. Курит. Тяжело смотрит на Гэни. Пытается понять, какие впечатления остались у малявки после их последнего разговора. Тогда Шайль грубо «распрощалась». Зацепило ли это мальчугана? Может, ему это понравилось? Иначе бы он сейчас не церемонился.
— Сядь, — повторяет Гэни. — Пожалуйста. Мы можем поговорить.
Стул жалобно скрипит, чувствуя вес девушки. Все ее мышцы устало разваливаются на куски, прямо тут, прямо на сидении. И стулу очень неприятно.
— Тогда говорим, — кивает Шайль. — В прошлый раз мы обсуждали препарат, и ты меня послал.
Нет. Это ты его послала.
— Теперь препарат делает из людей безобразное месиво, — продолжает девушка. — Оно почему-то похоже на наш звериный облик. Лично меня это задевает. Вас — нет?
— Нас тоже задевает, — кивает Гэни. — Это плевок в лицо каждому волколюду. Но мы стараемся держаться своего: на улицах и без нас хватает хаоса.
— И тем не менее, если бы в прошлый разговор ты дал хоть какую-то информацию, сейчас ситуация могла бы быть не такой плачевной. Я детектив, Гэни, я могла вовремя предупредить кого надо, — Шайль говорит тихо, мягко, словно со старым другом.
Или кем-то другим. Мальчишка слушает каждое слово. Он вмиг растерял всю свою крутость, и это забавляет не только Рерола, но и уставшую девушку.
— Я ведь не знал, что слухи на самом деле правдивы.
«Слухи»? Любопытно. Шайль слушает тишину. Окурок уже лежит на столе, а рука тянется к карману с «Нитро»: без него боль скоро станет совсем сильной.
— Если с этими слухами приходит детектив, это скорее всего не слухи, — девушка замолкает, чтобы сделать несколько глотков лекарства.
Взгляд Рерола становится недоумевающим. А вот Гэни почему-то не реагирует.
— Но что имеем — то имеем, — подытоживает Шайль, запихивая бутылку в карман и утирая после этого губы. — Кто-то заварил дерьмо, и оно сейчас бурлит. Как думаешь, что будет дальше?