o 2cb5a07abd7d1c8f
Шрифт:
вроде бы он есть, а вроде бы и нет. Вагончик же закрыт, откуда запах
спрашивается? А мне все равно чудится. И покойник того... портиться
начал... и двигаться понемножку...
– Как двигаться... куда двигаться?
– Кажется, к двери он двигался. Сантиметра на два точно сдвинулся -
абсолютно серьезно ответил я - Наверное, мне показалось с перепугу. Но
дверь я скрести перестал и даже подпер пустой бочкой из-под дизельного
топлива. На всякий
двенадцать, Никитич местами стал на тушенку похож. Или на кильку в
томате. Ну, понимаешь, когда тело разлагается...
– Не надо, Рос! В задницу такие подробности! Что дальше то было?
– Вертолет прилетел - бледно улыбнулся я - С отцом. Только не через
одиннадцать дней как я ожидал, а через семнадцать с половиной. Я к тому
моменту голодный как собака был, только консервы остались, а я их хоть
убей жрать не могу. Как в банку загляну, так Никитича вспоминаю. Потому
уже узнал, что отец специально вертолет задержать попросил, чтобы вместе
с ним прилететь и с блудным сыном серьезно поговорить. Шесть дней не
критично же, а у него в адмиралтействе дела какие-то важные были, не мог
раньше вырваться. Но прилетел. Вертушка села, он вышел весь важный
такой из себя, смотрит сурово из-под бровей, как я к нему ковыляю.
Дождался пока между нами два шага осталось и серьезно так говорит:
"Сын". Я кивнул и как врезал... прямо в глаз.
– Отцу?
– А кому еще? Ему. Врезал и орать начал, у меня как припадок начался -
невесело усмехнулся я - Трясет всего, слюной брызжу, руками-ногами машу.
Раза два в него попал, если не считать первого раза, а потом он меня скрутил,
мордой в снег сунул, еле держит. Остальные из вертолета выскочили, лица у
всех ошалевшие - еще бы, прямо на их глазах какой-то салага целому контр-
адмиралу в морду засадил. Я реву как бешеный, всех склоняю в различных
родах. Извернулся, отца скинул, пилота душить кинулся - реально. Руками
ему в глотку вцепился, он хрипит, меня три мужика еле отодрали. И опять
мордой в снег. Ты чего замолк, Влас? Выпьем еще по одной?
– Давай... выпьем - как-то заторможено кивнул он - Не помешает. А пилота
за что?
– Ну, вертолет он водит - пожал я плечами - А вертолет вовремя не
прилетел. Поэтому, наверное. Да я просто немного не в себе тогда был. В
принципе больше и рассказывать нечего. Связали меня как редиску, влили
грамм сто коньяка, я немного очухался. Рассказал что случилось. И на этом
моя полярная одиссея закончилась.
– Домой отвезли?
– Ага. Только
кажется, подводников на профпригодность проверяет. Беседует там с ними,
расспрашивает. Меня к нему первым делом. Знаешь, как доктора зовут? Не
поверишь! Андрей Никитич! Никитич! Я как услышал, так хихикать начал и
минут сорок остановиться не мог. Но мужик хороший, добрый. Я сам не
заметил, как всю свою жизнь рассказал, начиная с самого детства. А потом
он меня порадовал на прощание.
– В смысле?
– Ну, он после того как со мной пообщался, вежливо так извинился и в
другой кабинет вышел, к отцу моему, а стенки там тонкие. Как он орал! Это
надо было слышать! Я матерных слов штук пять новых выучил. А потом
меня уже домой. К маме. Такие вот дела, Влас. Я несколько месяцев дома
покантовался, таблетки попил, а как в себя пришел, так и свалил. Отец денег
дал, мать добавила и я сюда. А что о себе не дал знать, так-то извини. Сам не
знаю почему. Правильно ты мне в челюсть дал. Можешь еще раз двинуть.
– Прекрати, Рос. После твоего рассказа... - качнул головой Коготь.
Помолчал и неожиданно широко улыбнувшись, рыкнул - Хотя... Раз уж ты
предлагаешь. Давай я тебе еще раз в кочан тресну!
– Только попробуй!
– в дверях нарисовалась Кира в пижаме и с полотенцем
на голове - Я тебе так двину!
– Оппа... И как давно ты нас слушаешь, радость заразная? -
поинтересовался Влас.
– Все тебе расскажи!
– Ты же в ванне должна быть!
– Что я там целый час плавать должна? Рос...
– Давайте выпьем - поспешно перебил я девушку - А затем я в ванну пойду.
– Зачем?
– удивился Коготь.
– Мыться! Зачем еще?
– Нет, брат - не согласился со мной Влас и авторитетно добавил - Ща тебя в
горячей воде развезет до овощного состояния. Нет уж. Мыться будешь после
ресторана. Никто тебя нюхать не собирается. А вот выпить можно! Кира,
тебе чего плеснуть? Опять вина или чего покрепче?
– Водки - отозвалась девушка, опускаясь рядом со мной.
– Вот это по нашему - обрадовался крепыш - Кира, чипсы это не еда - это
закуска! Убери ручонки!
Проигнорировав вопль Власа, девушка ткнула пальцем в висящую на стене
железяку и спросила:
– Так что это такое? Или опять страшный и ужасный секрет?
– Да какой там секрет - недовольно отмахнулся я - Просто старая железяка,
которую давно пора отправить на помойку. Откуда ее собственно и взяли.