Ныряльщица
Шрифт:
Глаза Лайтнера сверкнули, он повернулся ко мне спиной. Теперь я не могла видеть его глаза и не представляла, как чувствует себя его сила. Судя по напряженной спине и перекатывающимся под рубашкой мышцам, чувствовала она себя не очень.
Дыхание сбилось, когда очередная атака с силой вспорола землю, комья грязи взмыли ввысь и на миг застыли, запечатанные под энергией, а потом волна ударила в разные стороны, швырнула назад и Чара, и Лайтнера, я видела, как из-под подошвы ботинок въерхов полетели искры.
— Что здесь происходит?! — раздался за спиной гневный окрик.
Я отвлеклась
— Ректор! — охнули за моей спиной.
Ректор?!
Я увидела, как Чару помогают подняться, как Лайтнера пытаются перехватить за плечо, и как он резко сбрасывает руку, награждая охранника таким взглядом, что тот пятится. Как делает шаг, пошатнувшись, как снова расправляет плечи. После чего меня буквально снесло от окна потоком пришедшей в движении толпы.
— Кто стукнул ректору? — донеслось справа.
Звонок перекрыл возбужденные голоса, все устремились к своим аудиториям. Я удержала сумку, растерянно озираясь по сторонам, не представляя, куда идти. К выходу с полигона? Я даже не представляю, где он. О том, чтобы идти на занятие, и речи не шло. Я должна была узнать, что с Лайтнером, что с его силой. Он говорил о том, что об этом не должны знать. Что случится, если узнают?
В эту минуту я поняла, что почти не дышала, и что сейчас существенно ничего не изменилось. Глубоко вздохнула, впуская воздух в легкие.
Снова.
И снова.
И снова.
Медпункт. Да, наверняка они сейчас идут туда, им нужна помощь. Я вытащила тапет, загружая карту Академии, вглядываясь в кратчайший проложенный навигатором маршрут.
Так, сейчас мне налево, и… вниз.
Кажется, мне предлагали возвращаться той же дорогой, что я бежала от столовой.
А, нет… там, где нужно было подняться, навигатор увел в небольшой коридорчик и посоветовал воспользоваться подземным транспортом, чтобы сэкономить время. Я вылетела на станцию в тот момент, когда вагончики скрылись в туннеле. Глянула на часы и выругалась: расчетное время прибытия следующего перевозчика через двадцать минут. Во время, когда идут занятия, интервалы в движениях большие.
Метнулась обратно, вылетела в коридор, перестроила маршрут.
Как раз в то время, когда на тапет упало сообщение:
«Синеглазка нужна помощь, женские раздевалки».
Женские раздевалки?!
Думать особо было некогда, я снова загрузила карту и спустя десять минут бега, одышку и покалывающую боль в боку вылетела к раздевалкам, где оставляла одежду и брала форму.
Лайтнер стоял, прислонившись к моему шкафчику, руки в карманах, глаза скрыты под солнцезащитными очками.
— К’ярд! — шагнула к нему, он ко мне.
Я успела только открыть рот, чтобы спросить, как он, когда Лайтнер словно споткнулся, а потом начал оседать на пол.
Глава 27
На
Вирна Мэйс
Я едва успела его подхватить: за спиной раздались голоса девчонок. С силой толкнула К’ярда в сторону шкафчиков, отозвавшихся возмущенным лязгом, после чего впилась поцелуем в губы.
— Говорят, он сцепился с ним из-за…
Девушка за моей спиной осеклась. Я слышала их осторожные шаги, перебивающие пульс в висках, и только когда все стихло, поняла, что ладонь К’ярда лежит на моей талии, а вторая вплетается в волосы. Честно говоря, сейчас я уже сама была не уверена, кто кого целовал, и что сумасшедшие рывки сердца в груди спровоцированы исключительно адреналином.
Осознание этого заставило рвануться назад, позволяя холодному воздуху обжечь горящие губы.
— Ты…
— Знаю, ты меня спасала и все такое. — Лайтнер облизнул губы, и у меня потемнело перед глазами.
То ли потому, что несмотря на наш поцелуй они по-прежнему выглядели потрескавшимися, то ли потому, что я все еще чувствовала их на своих.
— Вытирать будешь, когда я этого не увижу, идет?
— Идиот, — прошипела я.
— Это уж точно. Мне сейчас нужно дойти до эйрлата. — Голос его был настолько глухим, непохожим на привычную силу Лайтнера К’ярда, что мне стало по-настоящему страшно. — Но это проблема, сама понимаешь. Потому что я могу вырубиться по дороге, и тогда…
— И тогда я потащу тебя за ногу, Лайтнер К’ярд, — хмыкнула я. — Представь, как это понравится всем в Кэйпдоре? Калейдоскопница тащит сына правителя Ландорхорна, а тот считает головой облетевшие листья и ступеньки. Круто, да?
С его губ сорвался смешок, но мне точно было не до смеха. Меня трясло.
— Тебе надо в медпункт!
— Мне нельзя в медпункт.
— Знаю! Поэтому сейчас ты обнимешь меня за талию и сделаешь вид, что мы идем к твоему эйрлату.
— Ага.
Я по-прежнему не видела его глаз, но видела, как тяжело и медленно вздымается его грудь, и как дыхание вырывается то длинными, то короткими вздохами, через раз. Я не представляла, как мы пройдем до стоянки, если честно, я вообще не представляла, что буду делать, если он просто свалится к моим ногам.
— Давай. Руку, — скомандовала я, устраивая его ладонь на своей талии.
Выждала еще немного, пока его дыхание стало более ровным, потом обняла его и шагнула вперед. Сколь бы ни была вероятность зависнуть здесь надолго, я понимала, что сейчас мы теряем время и силы. Он теряет. И я тоже. До сих пор не представляю, как мне удалось его удержать и швырнуть к шкафчикам, потому что сейчас все тренировки Лайтнера легли на меня тяжестью.
— Пошли.
Шли мы на удивление быстро, и в ходьбе он даже не сильно на меня опирался. Подозреваю, что на это уходили все его силы, а те, что оставались — проваливались в легкость и небрежность походки, напоминавшей ничего не значащую прогулку. На нас теперь не просто косились, на нас откровенно пялились, и мне стоило невероятных усилий удерживать на лице выражение беззаботности. Для достоверности я еще переплела пальцы свободной руки с его и улыбалась так, как не улыбалась никогда в жизни.