Шрифт:
Юрий Дружников
Няня в венчике из роз
Няню поэта мы знаем с детства, будто не только поэта, но и нас самих она выходила. Ей принадлежит почетное место в любой биографии поэта. Стоит ли приниматься за такую банальную тему? Что нового удастся сказать? В очередной раз перебирая материалы, накопленные за долгие годы в толстой папке с ее именем, мы решили попытаться взглянуть на няню, так сказать, как на историко-литературное явление, может быть, как на одну из нерешенных загадок биографии Пушкина.
Исходные материалы о няне скудны, но, судя по всему, извлечено максимум возможного и интерпретировано по-разному, иногда не в лад с историческими
Няня. Но какая?
Прежде всего само ставшее традиционным термином выражение "няня Пушкина", принятое в пушкинистике, требует уточнения. При жизни ее звали Арина. Под старость некоторые именовали ее Родионовна, как делается иногда в деревнях. Сам Пушкин ни единого раза не назвал ее по имени, а в письмах писал "няня" (один раз даже с заглавной буквы). В научной российской и западной литературе она именуется чаще как Арина Родионовна, без фамилии, либо, реже, под фамилией Яковлева.
Арина -- ее домашнее имя, а подлинными были два: Ирина и, в других документах, Иринья. Ее фамилия, судя по податным спискам, Родионова. Под этой фамилией она была похоронена. В одной из поздних публикаций говорится: "Появление в современной литературе о няне А.С.Пушкина фамилии Яковлева, будто бы ей принадлежавшей, ничем не обосновано. Как крепостная крестьянка няня фамилии не имела. В документах (ревизские сказки, исповедальные росписи, метрические церковные книги) она названа по отцу -- Родионовой, а в быту -- Родионовной. Никто из современников поэта Яковлевой ее не называл".
Это вопрос спорный, считают, однако, другие, ибо детей называют по отцу, а фамилия ее отца -- Яковлев. Мейлах называет ее Арина Матвеева (по мужу). Так или иначе, крепостные у Пушкина и Гоголя называются Савельич, Селифан, Петрушка, а величание по имени и отчеству Арина Родионовна и без фамилии, широко принятое в литературе, сразу выводит няню на определенный уровень. Ведь начиная с фольклорных имен (скажем, Микула Селянинович), так принято именовать в печати только героев, царей, великих князей (например, Николай Павлович, Константин Павлович) да общеизвестных лиц (Александр Сергеевич, Иосиф Виссарионович).
Согласно метрической книге Воскресенской Суйдинской церкви, няня родилась 10 апреля 1758 года в Суйде (теперь село Воскресенское), а точнее -- в полуверсте от Суйды, в деревне Лампово. Это так называемая Ижорская земля в Петербургской губернии, на территории Ингерманландии, принадлежавшей когда-то Великому Новгороду, потом Швеции и отвоеванной Петром Великим. На малонаселенной этой местности насаждалось православие, лютеранство, затем снова православие. Мать ее, Лукерья Кириллова, и отец, Родион Яковлев, имели семерых детей, причем двух -- с одинаковым именем Евдокия. Ребенком Арина числилась крепостной графа Ф.А.Апраксина. Суйду и прилегающие деревни с людьми купил у графа Апраксина прадед поэта Абрам Ганнибал. Арина (Ирина, Иринья) Родионова-Яковлева-Матвеева прожила долгую по тем временам, за 70-й рубеж, жизнь.
В 1781 году Арина вышла замуж, и ей разрешили переехать к мужу в село Кобрино, что неподалеку от нынешней Гатчины. Через год после рождения Пушкина бабка его Мария Ганнибал продала Кобрино с людьми и купила Захарово под Москвой. Арину с семьей и домом, в котором они жили, бабушка исключила
Арина от вольной отказалась. Это утверждает в своих воспоминаниях сестра Пушкина Ольга Сергеевна Павлищева. Няня осталась дворовой. Кстати, толковый словарь объясняет слово "дворовый" как "крепостной", а именно "взятый на барский, господский двор (о крепостных крестьянах, оторванных от земли для обслуживания помещика, его дома)". Дочь Арины Родионовны Марья вышла замуж за крепостного и, таким образом, осталась крепостной. Арина сказала: "Я сама была крестьянка, на что вольная!".
Биограф няни А.И.Ульянский утверждает, что дети вольной не получили. Всю жизнь Арина считала себя рабой своих господ; "верной рабой" называет няню в "Дубровском" сам Пушкин, хотя это, конечно, литературный образ. "Отпустить на волю семью няни, -- полагает Грановская, -- Мария Алексеевна, видимо, собиралась... но не отпустила". Если это так, то отказ няни от вольной теряет смысл. В Михайловском, судя по спискам, Арина и дети ее снова проходят крепостными. От рождения до смерти она оставалась крепостной: сперва Апраксина, потом Ганнибала, наконец, Пушкиных. И Пушкина, заметим мы, ситуация вполне устраивала. Никогда, ни одним словом он не затронул этой темы применительно к няне, хотя рабство в общем виде возмущало его гражданские чувства не раз.
Важно, что сама Арина Родионовна и дети ее оказались на некоем особом положении. Арина то оставалась прислуживать у Пушкиных, то возвращалась в деревню, и мы не знаем точно, куда. По надобности ее привозили прислуживать в барском доме, но и возвращали обратно, по-видимому, в Михайловское. Она некто вроде ключницы: стережет усадьбу, выполняет поручения господ, ей доверяют, убедившись в ее честности, кое-какие денежные дела. Она house keeper (домоправительница), по определению В.В.Набокова, старавшегося объяснить западному читателю ее роль. В 1792 году Арина была взята Марией Ганнибал в дом опекуна ее дочери, то есть матери Пушкина, кормилицей сына этого опекуна. Дядя поэта А.Ю.Пушкин пишет про этого сына, что "Ганнибалова дала ему в кормилицы из Кобрина вышеописанную Арину Родионовну". Она "оставлена была у него в няньках до 1797 года".
Как соотносится рождение собственных детей няни с рождением детей Пушкиных? Вопрос не праздный, ибо кто выкормил поэта грудью? Когда Пушкин родился, Арине был 41 год, через два года она овдовела и больше не рожала. Детям Арины Родионовны от Федора Матвеева в год рождения Пушкина было: Егору 17 лет, Надежде -- 11, Марии (оставившей нечто вроде примитивных воспоминаний) -- 10 лет. Последний сын Арины, Стефан, родился, скорей всего, в конце 1797 года, тогда же (20 декабря 1797) родилась старшая сестра Пушкина Ольга, и из деревни в дом Пушкиных взяли Арину, потому что у нее было молоко. Пушкин родился через полтора года, когда она уже выкормила или кончала кормить его сестру. Скорей всего, у Арины молока уже не было, и ее отправили в деревню. Грудью тогда кормили долго. Дочь Арины Марья вспоминала: "Только выкормила Ольгу Сергеевну, а потом к Александру Сергеевичу была взята в няни". Свидетельство неточное. Для Александра Сергеевича привезли другую кормилицу.