Нянька для дракона
Шрифт:
– Крестьяне говорят, его в лесу видели, - продолжала лаборантка, переведя дух.
– Злой, на глаза лучше не попадаться. Из Берестницы гонца на лошади послали, только что приехал, просит кого-нибудь из магов отправить, чтобы медведя успокоили, а то на деревню напасть может.
Хеиван молча сорвался с места и скрылся в конюшне. Я бросилась за ним, лаборантка семенила следом. Хеиван собрал какие-то травы в сумку и повесил ее через плечо. Потом вывел из стойла казенную лошадку, я с волнением подала ему уздечку, потник и седло.
– Ты верхом ездить умеешь?
– поинтересовался
– Не лучше, чем в прошлом году.
На первом курсе я выпросила у Хеивана возможность покататься на лошади пару раз, но уроки верховой езды не входили в программу обучения, а редкие советы пробегающих мимо студентов-бестиологов не слишком помогали. Да и ноги потом разводило в стороны пару недель, так что я бросила попытки научиться.
– Ничего, со мной на Рыжке поедешь, - успокоил Хеиван.
– Кто, я?
– На последней гласной голос сорвался на писк, и я закашлялась.
– А кто же еще?
– хмыкнул профессор.
– Мне помощь не помешает.
– Да какая от меня помощь...
– Ну, вот у тебя что по физкультуре?
– Четыре, - осторожно ответила я.
– А у меня пять было, - обрадованно ответил Хеиван.
– С медведем-то что главное? Бежать не быстро, а быстрее, чем остальные.
– Так вы меня в качестве наживки берете?
– Я возмущенно уперла руки в бока.
Хеиван захохотал и запрыгнул на оседланную Рыжку.
– Да пошутил я, не кипишуй. Подумаешь, медведь - и не с такими справлялись. Залезай, давай, я сам с ним управлюсь, а тебя за компанию приглашаю. Ну, не хочешь - оставайся, стойла еще раз почистить не мешает...
Я взвесила открывшиеся перспективы и вскарабкалась на седло позади Хеивана. Охотиться на дикого медведя - сомнительное удовольствие, но раз приглашают не участие принять, а только поглазеть, я только за. Когда еще такой уникальный опыт получишь.
– А вы конюшню, пожалуйста, закройте, - обратился к лаборантке Хеиван. Та с энтузиазмом закивала, довольная, что ее на это опасное предприятие не тащили.
Мы выехали из конюшни шагом, на мощеных дорожках поскакали рысью, а когда камень перешел в утоптанную северную дорогу, Хеиван пустил Рыжку галопом. Меня нещадно трясло, и я вцепилась в преподавателя, как клещ, - наверняка он уже пожалел, что взял меня с собой. Я пыталась держаться коленями, как мне подсказали в прошлом году, но все равно потихоньку сползала то в одну, то в другую сторону.
Сзади послышался топот копыт, и нас нагнал крестьянин средних лет на подуставшем коне. Хеиван поинтересовался:
– Это вы - гонец из Берестницы?
– Я, - ответил крестьянин.
– Покажу вам, где медведя видели.
Домчалась я с ветерком и отбитой попой. Не доезжая до деревни, мы спешились и углубились в лес, ведя коней на поводу - Рыжку доверили мне. Крестьянин довел нас до небольшого овражка, где видели медведя, и умчался в деревню, оставив нас вдвоем.
– Как мы его найдем?
– спросила я, озираясь кругом и держась поближе к преподавателю.
– По следам.
Хеиван побродил вокруг, я следовала за ним по пятам. В лесу было тихо, только под ногами хрустели ветки, да где-то свистели редкие птицы. Наконец, профессор
– Вы что-то нашли?
– Я старалась не отставать и следить, чтобы Рыжка не угодила ногой в какую-нибудь яму.
– Следы медвежьи.
Я прищурилась и вперила глаза в землю, но хоть убей, никаких следов не увидела. Ладно, Хеивану виднее, он же преподаватель бестиологии и опытный лесник.
Мы молча продвигались по лесу, пока впереди не мелькнула большая коричневая шкура. У меня замерло сердце. Хеиван вытащил из сумки пучок ароматной травы и вручил его мне.
– Маши этим вокруг себя и Рыжки. На всякий случай. И близко не подходи.
– Я бы предпочла, чтобы «всякого случая» не произошло, - проворчала я, но траву взяла и принялась усердно размахивать ей.
Хеиван осторожно двинулся к медведю. Я пошла следом - раз уж я здесь, нельзя все пропустить. Но шла медленно, отставая от профессора, чтобы не подойти слишком близко. Так, на расстояние видимости.
У медведя, судя по всему, день не задался. Он был таким злым, словно работал без устали целый день, а супруга забыла приготовить ужин, медвежата схлопотали двойки по медоведению, да медвежья команда проиграла в лесной футбол енотам. Царь леса неспешно шел по своим делам, прихрамывая на одну лапу, но остановился, услышав шаги Хеивана, и обернулся, смерил нас кровожадным взглядом. Я усиленно замахала пучком.
Хеиван, тем не менее, приближался без опаски, хотя и медленно. Он поднял руки, зажав в одной ладони амулет, и тихо забормотал заклинание, проникающее в сознание медведя, успокаивающее его душу. Я пыталась запомнить слова на всякий случай. Зверь поддавался неохотно, зарычал, дернул когтистой лапой в сторону Хеивана, отчего я вздрогнула. Профессор не отступил, продолжая повторять заклинание, подавляя волю зверя своей. Мало-помалу медведь успокаивался, он перестал рычать и, в конце концов, улегся на землю. Хеиван подошел ближе, коснулся бурого меха, погладил огромного зверя - и убрал амулет.
– Вот так, потапушка, все хорошо, - приговаривал он, почесывая медведя за ухом, и тот в ответ довольно заурчал.
Любопытство подстегнуло меня подойти ближе, но в какой-то момент Рыжка уперлась и задергала головой. Пришлось привязать повод к ветке.
– Можно подойти?
– спросила я Хеивана, медленно приближаясь.
– Можно, - хмыкнул преподаватель.
– И погладить можешь, он не опасный. Позлился чуток, и будет с него.
Я протянула руку и погладила мишку по голове.
– Я бы тоже злая была, если бы меня посреди спячки подняли, - сказала я, и медведь согласно зарычал. Встретив такое понимание, он проникся к нам обоим симпатией.
– Сейчас я твою лапу подлечу, - сказал Хеиван.
– Рита, а ты успокой его, больно будет.
Он вытащил из сумки рулон бинта, тряпку и бутыль с раствором. От души смочив тряпку, приложил ее к больной лапе, и медведь взвыл и задергался. Я прижала его к земле, понимая, что, вздумай он уйти, моя хилая тушка задержала бы его не больше, чем меня - повисший на плече Буран.