Нумерат. Число Консула
Шрифт:
– А он – ходит! – опять пробасили за спиной.
Денис обернулся. Позади стояло человек семь. И все, не скрывая показного раздражения, пялились на него, застрявшего у билетного киоска и застопорившего продвижение очереди.
– Спасибо, – выдохнул Денис в окошко и поспешил на сеанс.
Каждый его шаг отдавался в висках током, щёлкающим, как при коротком замыкании. Денис до сих пор не отошёл от полёта с балкона и чудовищного падения. Тень его не убила, но дала понять, кто главный. Опять наговорила кучу философской
Очнулся Денис только часов через пять-шесть, уже к вечеру. На собственной кровати, без переломов и ран, лишь ссадина алела на плече. Кое-как поднялся, сходил в душ – не помогло. Но ждать, пока самочувствие придёт в норму, не стал, поэтому переоделся, натянув джинсы и любимую, но порядком вытянутую майку, прихватил толстовку и отправился на поиски Вики. На звонки та не отвечала. Как и Арсений.
Ну, а звонить Асель Денис не решился. Лишь черкнул для неё пару строк в блокноте. Важных строк. Этот словесный набросок, выведенный обычной шариковой ручкой, мог стоить ему жизни, но Денис всё равно его написал. Потом вырвал листок из блокнота, сунул в карман и постарался забыть о нём, как можно быстрее.
– Опоздали всего на шесть минут, – оповестила контролёрша и впустила Дениса в тёмный зал.
На экране мельтешили лица. Противный женский голос вопрошал с придыханием: «Не может быть! Ты любишь Монику, а не меня?».
Ну, что за очередная слезливая чушь?
Денис приостановился у входа, водя взглядом по полупустому залу кинотеатра. Как вообще в непроглядной, почти осязаемой, темноте можно отыскать нужного зрителя? Денис прищурился, вглядываясь в ряды занятых сидений. Осмотрел все. Все, кроме самого заднего ряда, погружённого во тьму, – до него почти не доставали отблески экрана.
Ну, нет. Вика не могла позволить себе сесть с Арсением на заднем ряду. Это против её правил.
«Конечно, Моника ведь лучше, чем я! – нервно бормотала тем временем девушка с экрана. – Почему ты променял меня на неё?».
Какая же это комедия? Это настоящая мелодрама.
Денис прошёл к заднему ряду с удобными диванчиками вместо стандартных кресел. Глаз зацепил парня и девчонку, притаившихся в дальнем углу. Просмотр фильма – последнее, что их интересовало. Парочка была занята жарким поцелуем.
Наблюдать за чужими лобызаниями Денису было неприятно, но он во что бы то ни стало должен найти Вику, а та сказала, что пойдёт сегодня в кино на комедию. Это – единственный кинотеатр, в который она изредка ходила, а это – единственная комедия на сегодняшний вечер. Так что Вика определённо должна быть в зале. Если, конечно, не отменила просмотр кино.
Денис очень надеялся, что видит сейчас не Вику в нетерпеливых объятиях какого-то удальца. Вика скорее удавится, чем пойдёт на такие отчаянные меры, чтобы скрасить одиночество.
Он
Точно не Вика. Вика не носит платья.
Естественно, парочка не заметила, что за ней кто-то наблюдает, продолжая процесс поцелуя. Руки девчонки обвили плечи парня, а тот явно решил, что можно позволить себе больше: ладони его полезли девчонке под кофту.
Как-то неловко стало… Естественно, что это не Вика и не Арсений, а Денис пялится на них, будто он из полиции нравов. Но как бы он ни уговаривал сам себя, что-то заставило его приблизиться. Наконец, экран вспыхнул ярче и осветил целующихся.
Чёрт возьми! Денис шумно выдохнул и вдохнул носом, подскочил к парочке и положил руку Макарову на плечо.
– Ты, я смотрю, времени зря не теряешь? – спросил громко, чтобы Арсений уж наверняка его услышал.
Тот вздрогнул и отлип от Вики. Обернулся. Взгляд удивлённый и грозный: ну, конечно, от такого приятного процесса оторвали.
Макаров не успел возмутиться бесцеремонному вторжению Дениса. Его опередила Вика.
– Ты чего припёрся, Тимошин? – Она вскочила. Ведёрко с нетронутым попкорном упало с её колен на пол. Раздутые зёрна кукурузы рассыпались по истоптанному ковру. – Следишь за мной, что ли?
– Может, выйдем отсюда? – как можно спокойнее предложил Денис. – Вы всё равно кино не смотрите, так хоть поговорим. – Он наклонился к уху Арсения. – Я просил тебя к ней не лезть. А ты лезешь. Руками причём. Я тебе эти руки выдерну…
– Пошли, Тимошин, выйдем, раз просишь. – Макаров поднялся с диванчика, прожигая Дениса глазами и давая понять, что теперь тому несдобровать.
Вика же смерила его таким взглядом, что стало страшно за собственную карму.
– Порой убила б тебя, опекун паршивый, – прошипела она. – Надо будет, я Сене сама руки выдерну. Без твоей помощи.
– Я понял. Потом выскажешься, пошли, – бросил ей Денис.
На Вику он, между прочим, тоже злился: нашла же, с кем связаться. Куда подевались её хвалёные мозги и благоразумие?
Из тёмного зала вышли гуськом, в молчании. Так же молча покинули здание кинотеатра, остановились в ближайшем пустом сквере, у памятника Пушкину. Классик, как всегда с бакенбардами и загадочной полуулыбкой, всматривался в плотный поток машин, постепенно образующий пробку. Субботний вечер был в самом разгаре, и люди стремились попасть в места развлечений, сосредоточенных в центре города.
– Вик, позвони Асель, – попросил Денис, первым нарушив нервное молчание.
– Сам звони, – тут же огрызнулась Вика, усаживаясь на скамью прямо с ногами и обнимая колени.