Новик
Шрифт:
Но имелось и другое оружие, употребляемо в охоте. Больше, конечно, развлекательной, чем промысловой. Это лук. Типичный для степи биокомпозитный лук, клееный из рогов, сухожилий и дерева. В разные эпохи он был разным. Неизменным оставалось одно – его приличная стоимость и капризность.
Такой лук – штучное ремесленное изделие, требующее не только высокой квалификации мастера, но и оборудованной мастерской, в которой он может спокойно работать на протяжении длительного времени. За день ведь и даже за неделю подобное оружие не сделать в условиях Средневековья. Из-за
Кроме того, к такому луку требовались еще и стрелы. Тоже недешевое ремесленное изделие, проходящее по категории «расходник», ибо выходили они из строя очень часто. Ведь сражение или охота – это отнюдь не стрельба по вязанкам соломы. Поэтому повторное использование стрел в такого рода мероприятиях бывало скорее исключением, чем правилом.
Из-за всех этих нюансов лук в степи хоть использовался активно, но ограниченно и крайне незначительным контингентом профессиональных военных. В том числе и для охоты. Вот этим делам Ахмет и пожелал заняться…
Они, наверное, полдня лазили по лесу и его округе с луками, пытаясь обнаружить и уничтожить волков. Те уходили, не желая связываться. Так, отступая, они и выбежали на открытое пространство, пытаясь перебраться в соседний лесной массив…
– Может вылазку сделаем? – спросил Петр. – Вон – ушли же татары.
– Не спеши. – возразил Андрей.
– А чего не спеши? Ценное что в лагере у них возьмем. Тех же пленников.
– А ты уверен, что это не ловушка? Что татары нас специально не выманивают, привлекая этим соблазном? Они же явно лагерь свой не бросили. Вон сколько вещей осталось лежать. Сколько всякого имущества. Да и коневоды с заводными меринами никуда не делись. Соблазн. Не так ли?
– Соблазн, - согласился с ним Петр.
– Вот выскочим мы. Бросимся к лагерю. А они, допустим, вон там стоят, - указал он рукой на опушку. – Обошли по кругу и теперь прячутся за деревьями. Ждут своей удачи.
– А если они куда отошли по делам? – не унимался Петр.
– Всей толпой? Оставив лагерь на коноводом-пастухов? Лагерь с ценными пленниками?
– Ну…
– Очень странно. Похоже на ловушку.
Так они и переругивались, «обсасывая» со всех сторон факт коллективного отхода татар куда-то. Под внимательным наблюдением остальных обитателей крепости, также перешептывавшихся. И так продолжалось до тех пор, пока эти всадники не вышли из леса. Как раз с той самой опушки, на которую Андрей указывал Петру.
– Видишь! Я же говорил! – довольный собой, заявил парень.
Татары же молча подъехали к границе предполья. Благоразумно не заезжая в траву, полную колышек и ямок. И, проезжая мимо дороги, ведущей к крепости, просто отцепляли от седел и бросали тушки волков. Не приближаясь.
Первый волк, второй, третий.
Они уже выросли и заматерели. И возможно по осени смогли бы найти себе волчиц, чтобы создать пары, а потом и стаю возродить. Но не судьба.
Андрей же, когда понял, что сделал неприятель, в лице переменился. Он к ним привык. И воспринял это все так, словно
Да, бывали случаи, когда они подводили. Но не по их вине. Просто их мало из-за чего эти волки не могли быть всюду. Там же, где они могли помочь – всегда помогали. В бой, понятно, не вступали. Но это и не требовалось…
Он молча сжал до боли в побелевших пальцах эфес сабли. И не говоря ничего только играл желваками, смотря на эти трупы волков. Ахмет что-то кричал, насмешливое или обидное. Но Андрею было без разницы. Просто потому что он не разбирал слов.
– Милый, - тихо коснулась его плеча Марфа. – Ты только не делай глупостей. – а потом она его обняла и прижалась. Сзади. Со всей возможной нежностью.
Андрей же, казалось, вообще этого не замечал.
Минута.
Две.
Татары уже уехали, встали у лагеря и начали ждать развития событий. Ахмет явно провоцировал Андрея. Да и отомстить за ночной провал требовалось. Хоть кому-то. И если до защитников крепости добраться не удавалось, то волки были на виду.
– Марфа, скажи мне, как художник художнику, ты рисовать умеешь? – После нескольких минут ступора, спросил парень у своей жены.
– Скетчи, - как-то неуверенно произнесла она.
– Сойдет.
– А зачем тебе?
– Сможешь волка Старков нарисовать? Герб.
– Ну… - задумалась она, - наверное. Надо пробовать. Голову?
– Да. Только голову.
– Какие размеры?
– Фут на фут или около того. Для знамени…
Марфа молча кивнула, хотя Андрей и не мог видеть его кивка своим затылком, и удалилась. И за пару минут на земле начертила палочкой нужное изображение. А потом позвала мужа:
– Такой?
– Сойдет, - почти сразу кивнул он. И Марфа пошла рисовать этот герб уже угольком на тряпице, чтобы можно было вырезать его фрагменты и пришить их на флаг как аппликацию.
– Зачем тебе это? – тихо спросила она, когда заметила, что Андрей молча за ней наблюдает, стоя невдалеке.
– Я чувствую, что так будет правильно.
– Старкам не везло.
– Ты разве забыла, что получилось в самом конце?
Тишина. Марфа повернулась и посмотрела на него округлыми от удивления и ужаса глазами.
– Ты серьезно?!
– Откуда я знаю? Я просто чувствую – так надо.
– Ты простой поместный дворянин. И поднимать свое собственное знамя… свой собственный герб… Не жирно ли будет?
– Хуже не будет.
– Не по Сеньке шапка.
– Посмотрим.
– Ну смотри. Я предупредила…
Часть 3. Глава 7
Глава 7
1553 год, 8 сентября, Тула
Агафон вышел на крыльцо и недовольно скосился на ворота подворья. Там стоял Афанасий.
– Какой черт тебя принес в столь ранний час? – хмуро спросил уставший купец.
– Не богохульствуй! – воскликнул священник, а потом подошел ближе и очень тихо добавил: - Нужно поговорить.