Новенькая
Шрифт:
Подарок
Домой я шла в очень плохом настроении, хотя Ася и не отходила от меня весь день. По сути, ничего не произошло.
Мы сидели на парах, общались с одногруппниками на переменах, пили кофе и ели шоколадные батончики (всё как обычно). Ася не соврала, когда сказала, что большинство ребят забросили ту группу. Пост о "студентке месяца", кажется, обсуждала только Катина свита. На остальных же новость никак не подействовала (ну, или они старались быть дружелюбными).
Мальчики, эти идиоты,
На первый взгляд, поводов расстраиваться не было, но гнетущее настроение, в плен которого я попала перед первой парой, никуда не ушло. Я так злилась, что эти парни позволили себе спор! Не могла толком объяснить, почему пари задело меня настолько сильно… Но задело. Буквально утром я позволила себе понадеяться, что в ФГУ у меня всё сложится нормально, что люди не станут мне мешать учиться, а все эти сплетни, интриги и страсти обойдут меня стороной.
Я приказала себе дышать медленнее, успокоиться, и перешла дорогу на светофоре.
Едва я ступила на тротуар, как позади послышались торопливые шаги, а потом мою повседневность прорезал голос:
— Эй, новенькая, ты за мной шпионишь?
От неожиданности я едва не споткнулась, за секунду успела столько всего передумать, захотеть испариться, но двинулась вперёд в прежнем темпе. Надо же, Вишневецкий, по всей видимости, решил не терять времени, и сразу же приступить к выполнению пари. Выследил меня, увязался, чтобы пофлиртовать. Он был настолько уверенным в своей харизме?
— Лер, ну, подожди…
Надо же, он запомнил моё имя. Ещё немного и назовёт правильно мою фамилию.
— Чего тебе? — бросила я, так и не обернулась.
— Ты за мной следишь, — хмыкнул он.
— Вообще-то, я иду впереди.
— В любом случае, мы идём в одном направлении, мне… нравится.
— Катастрофа.
Вишневецкий догнал меня, окутал тем же ароматом, что и на стадионе, а пижонская улыбка прилипла к его лицу.
Я бы с удовольствием стёрла её своими пальцами. Или словами. Но не хотела переживать все те эмоции, которые терзали мою душу после инцидента на стадионе, ещё раз. Рядом с Вишневецким буду прятать злость и обиду в тайные карманы, а демонстрировать — равнодушие.
— Ты живёшь на Лапинской? — спросил он.
Я обернулась:
— Откуда ты знаешь?!
— Успокойся, я не слежу за тобой, посмотрел в журнале академгруппы.
Я кивнула, давая ему один балл за находчивость. Буквально вчера Ася дала всей нашей группе заполнить журнал. Мне, человеку, который никогда добровольно не раскрывал свои конфиденциальные данные, пришлось вписать в него адрес, контактный телефон, ФИО и дату рождения.
— А я ещё я узнал, что у тебя день рождения был недавно…
К чему это он?
Я промолчала, сверля взглядом многоквартирный
— Мы тогда ещё не были знакомы, — продолжил Женя. Он прекратил заглядывать мне в лицо, жестом велел подождать, а сам снял со спины рюкзак и, придерживая его за ручку, расстегнул один из карманов.
Я застыла на месте, не зная, что сказать или предпринять. До дома осталось десять шагов. Ладно уж, я потерплю, позволю ему сделать то, что он собирался, чтобы избавиться от дальнейшего преследования.
— К счастью, подарки можно дарить и задним числом, — улыбнулся он.
— Что ты…
Он осторожно выудил из кармана подвеску и протянул мне. Такого я не ожидала. Даже растерялась. Но если приму подарок, значит, соглашусь на игру, которую вёл Вишневецкий. Наверняка он использовал этот приём много раз, и видел на лицах девушек неподдельное восхищение.
— Бери, чего ты, — улыбнулся он ещё шире. — Это оникс, твой камень. Я загуглил. Ты же родилась 30 августа, Дева.
— Я не…
— А оникс защищает от стресса и депрессии, незаменимая вещь на журфаке.
— Ты веришь в такие вещи? — выдала я.
— Ну, я верю в то, что у каждого должен быть амулет на счастье.
Подмигнув мне, он галантно взял меня за руку и вложил в ладонь подвеску.
Она была красивой, оникс пускал солнечные зайчики и приковывал к себе взгляд. А я даже "спасибо" выдавить не смогла, всё думала и гадала, что крылось за этим жестом, делал ли Вишневецкий в жизни хоть что-то искренне? Да и нуждался ли он в моей благодарности или лишь выполнял спор, строя из себя отличного и понимающего парня?
— Если эта вещица принесёт мне успех, я дам знать, — кивнув, я почти побежала вперёд, не оглядываясь.
Глава 9 Марина
С этого дня в моей жизни появился нежелательный поклонник, который не давал свободно вздохнуть, буквально душил симпатией.
Вишневецкий действовал не так прямолинейно, как я предполагала, однако не позволял забыть о нём и на несколько часов.
Он заступался на меня на парах, если преподаватели высказывались слишком резко, оставлял на партах подарки, на которых писал красивым почерком с завитушками "Лере А.", и не прекращал попытки провести меня домой.
С последним пунктом ухаживаний Жени мне удалось справиться с помощью мифических дополнительных занятий по теории массовой коммуникации. Пришлось вывалить на Женю самоуверенную речь о том, что я готовлюсь к написанию курсовой работы (хотя любой вменяемый студент начинал её уже после Нового года) и каждый день уверенно идти к кабинету Лидии Степановны и ждать у дверей. Поскольку Вишневецкий после учёбы сразу ехал на секцию по теннису, то это небольшое театральное представление с лёгкостью избавило меня от его компании.