Ноттингем
Шрифт:
Райли:
Я ни за что на свете не хочу, чтобы ты вылетел из школы из-за меня.
Сойер:
Если вдруг вылечу из школы, то не из-за тебя, а из-за своих действий. Не надо брать на себя ответственность за мои поступки, Райлс.
Райли:
Но я первая вспылила, ты же меня знаешь. Не трать на Каллума время. Он того не стоит.
Он пишет дольше обычного, и я с волнением жду ответ.
Сойер:
Мне плевать, кто первый начал. Брайт –
Сердце в груди тяжелеет, больно и гулко ударяясь о ребра.
Затаив дыхание, я дважды перечитываю сообщение.
Райли:
Сойер?
Сойер:
Райли?
Пальцы сами пишут ответ, прежде чем я успеваю подумать.
Райли:
Я люблю тебя.
Прикусив ноготь на большом пальце, я, не моргая, смотрю в экран телефона. Сообщение прочитано, но Сойер ничего не печатает в ответ. Эта пауза длиною в несколько секунд кажется мне вечностью.
Решаю обезопасить себя от нервов и использую прием «сарказма безответной любви», добавляя:
Райли:
Но твою сексуальную задницу все равно люблю больше.
Проходит около минуты, прежде чем прилетает новое сообщение.
Сойер:
Готов поспорить, если я покрашу ее в лаймовый цвет, у тебя напрочь снесет крышу.
Райли:
Уже!
Заблокировав телефон, я сжимаю горящие щеки прохладными ладонями. Идиотка! Ну какая же я идиотка! Мы с Сойером не раз говорили друг другу «люблю тебя», но именно сейчас мне стало до жути неловко. Сейчас это было настоящее «люблю», не в стиле: «спасибо за то, что помог мне с рефератом, я люблю тебя».
Телефон вибрирует снова, и я с опаской заглядываю в экран.
Сойер:
Эй, Райлс?
Райли:
М?
Сойер:
Как там топинамбур, купила?
Рассмеявшись, отправляю ему стикер с Гомером Симпсоном, который кричит: «Уходи!»
Сойер:
Кстати, и я тебя.
После такого сообщения я должна воспарить над землей от счастья, но настроение портят мысли о Каллуме. Я слишком сильно боюсь, что, разозлившись, он мог сболтнуть лишнего. И затянутый ответ Сойера на мое «люблю» только сильнее подпитывает страх. Надо будет поговорить завтра с Каллумом.
Глава 6
Следующие два дня я не видела Каллума в школе. Пару раз порывалась позвонить ему, но в последний момент сбрасывала вызов. Мне слишком страшно узнать, сказал ли он что-нибудь Сойеру или нет. Но как спросить об этом бывшего?
Фелисити все так же сидит за ланчем вместе с нами, что жутко не нравится Ви. Зная прямолинейность подруги, она запросто может сказать, что Фелис тут не место, но сейчас она слишком занята, прожигая
Уилл делает вид, что Ви нет за столом, и пропускает все едкие комментарии в свою сторону.
– Отгадайте, кто принес хорошие новости? – На стол опускается поднос, и напротив меня садится Каллум. Не помню, когда у меня в последний раз так екало сердце при виде этого парня. – Капитан «Торнадо» из школы Трентона сломал ногу.
Парни за столом бурно аплодируют и присвистывают.
– Им конец, – делает вывод Уилл. – Они в прошлый раз попали в полуфинал только благодаря капитану.
– Как будто у нас иначе, – как бы невзначай бросает Ви, уставившись на свои ногти.
Сжав челюсть, Уилл расправляет плечи. Вообще, Уилл – добряк, но Ви во время ссор частенько умудряется разбудить в этом парне Халка.
– Хочешь сказать, что наша команда плохо играет?
– Хочешь сказать, что в прошлом году «Северных звезд» из раза в раз вытягивал не Каллум? Черт, да вы и одной игры без него не продержитесь.
– Еще чуть-чуть, Ви, – отзывается Каллум, широко улыбаясь, – и я сделаю тебя президентом своего фан-клуба.
– Ого! – Разыграв на лице притворное удивление, я с хрустом откусываю морковную палочку. – Сместишь с поста свою маму?
– Райли-Майли, шутки про маму? – Цокнув языком, Брайт драматично вздыхает. – Как же это плоско.
– Какая грудь, такие и шутки, – бросает Лайнел, который на всех матчах вечно сидит в запасе.
Услышав это, Каллум громко смеется, а я лишь закатываю глаза.
Меня просто поражает, как парни каждый раз готовы смеяться над пошлыми темами. А еще они искренне считают, что если добавить в предложение слово «член», то оно автоматически становится смешной шуткой. Вот что по-настоящему плоско. Придурки.
– Срывайтесь на нас сколько угодно, девочки. – Каллум прикладывает ладонь к груди. – Мы все понимаем: у вас стресс, остались без капитана, а тренер Кинни в ужасе, потому что ей не из кого выбирать нового лидера.
– Простите, что вмешиваюсь, – подает голос Фелисити и тут же краснеет, потому что все взоры за столом устремляются на нее. Кажется, половина ребят только сейчас заметили, что она вообще сидит здесь. – Группа поддержки работает вместе со спортсменами? Вы в одной команде?
– Конечно, – тут же отвечаю я. – У нас ведь даже названия команд одинаковые.
– Тогда почему вы обзываете и обижаете друг друга?
Вопрос ставит меня в тупик. Что тут ответишь? Что мы здесь живем, как в сериале «Сплетница», где все друг с другом спят, выясняют отношения и просто не могут жить без абьюза?
Ноттингем – боевая арена или симулятор реалити-шоу. Мы зарабатываем очки славы и популярности, а в роли зрителей и судей выступают остальные ученики. Если ты популярен в школе, то у тебя есть влияние: ты задаешь моду, тренды, ходишь на лучшие вечеринки и сидишь за привилегированным столиком с такими же популярными людьми. Все хотят с тобой дружить и встречаться, ты нравишься людям по умолчанию. Главное – не оступиться, потому что публика всегда с жадностью ждет провала, чтобы накинуться на слабого и съесть его с потрохами.