Нопилей

Каутц Хельге Т.

— Чинн? Ты в порядке?

Снаружи неумолимо приближалось кольцо стартовых ворот.

— Да, — отрывисто произнесла Чинн и замолчала. «Но это ненадолго, — подумала она. — Я ни за что не соглашусь произвести на свет моего ребенка на теладинской планете!» — Что-то в ней шевелилось, толкалось, требовало свободы.

— Мы приближаемся к сектору Ианама Зура, — сказал Нопилей, затаив дыхание.

Колышущиеся энергетические поля стартовых ворот поглотили крохотную лодку.

Еще на борту «ФЛ Дракон Дождя» теладинец прямо-таки буравил носом окно кабины пилота, когда корабль в спешке пересекал внешние зоны этого таинственного сектора.

Тогда ему удалось увидеть планету, имя которой носила вся эта солнечная система, только в виде крохотной белой точки. Сейчас все было по-другому: далеко впереди медленно вырастала родная планета всех теладинцев.

Никто не рискнул бы утверждать, что маленький баркас является образцом скоростного корабля, а его двигатели — самые современные, но все моторы работали безотказно. Длина за длиной подбирался он к некогда исчезнувшей планете. Уже совсем скоро придется выключать двигатели, и обратная тяга замедлит движение баркаса по отношению к положению планеты.

«Некогда исчезнувшей», — думал Нопилей, который, как и обе женщины, был погружен в свои мысли.

Повторно Ианама Зура открыли совсем недавно. И открыл планету не кто-нибудь, а его подруга Елена! Благодаря компьютерному совмещению данных из древних звездных каталогов с современными картами Елене удалось, пусть сначала даже чисто теоретически, обнаружить исконную теладинскую планету, давно считавшуюся потерянной. Найти сначала на карте. В то время еще не было возможности добраться до нее.

Теладинец очнулся от размышлений, когда компьютер открыл над центральной консолью прямоугольную проекционную плоскость. Он толкнул в бок Елену, сидевшую справа от него:

— Сестра!

— Что? — Елена несколько раз моргнула. Похоже, ей все-таки удалось хоть немного вздремнуть.

Девушка быстро взглянула на Чинн. Женщина-сплит тоже очнулась, но выглядела слабой и уставшей. Потом глаза Елены устремились на проекцию над консолью.

На них кто-то смотрел с видеоэкрана. Этот «кто-то» выглядел более чем странно: коренастое туловище было покрыто пятнистыми узорами мрачного красного цвета, и эти хаотично нанесенные узоры напоминали искаженные цветные фотографии пятнистого аргнуса. Все, что не было красным, сверкало начищенным до блеска темно-зеленым цветом и, совершенно очевидно, было панцирем с мощными чешуйками с широкими утолщениями на концах. Два больших светлых глаза светились оранжевым светом на — Елена сначала не поверила своим глазам — ярко-голубой морде с приоткрытым ртом, выражавшей живейший интерес. Светло-розовый язык периодически облизывал ноздри, а глаза были защищены часто мигающими очень светлыми мигательными перепонками. Но самое главное — и от этого не только Нопилей, но и Елена потеряли дар речи — это существо, вне всякого сомнения, было теладинцем. Спустя какое-то время пестрый теладинец с экрана, судя по всему, увидел достаточно для того, чтобы раздуть чешуйчатый плавник над головой. Несомненный признак того, что он получал явное наслаждение от увиденного.

— Тшшш, — выдохнул Нопилей.

Все его соплеменники были, как правило, либо зелеными, либо коричневыми, за исключением ногтей и глаз. Конечно, различные оттенки существовали, но в основном преобладали эти два цвета, включая и чешуйчатый плавник. А у теладинца на видеоэкране этот плавник сиял самыми яркими красками всего теладинского спектра. Нопилей не знал, что ему думать и чувствовать по этому поводу, — такого смятения он еще ни разу в жизни не испытывал.

Но прежде чем Нопилей успел что-то произнести, Елена первой пошла в наступление.

— Hajime mashite Elena Kho desu, — произнесла она приветливо.

Морда чужого теладинца чуть не выпала из проекционной плоскости, когда он придвинулся поближе к камере. Он прошипел несколько предложений и исчез. И почти сразу же на экране появился второй, не менее пестрый теладинец.

— Что он сказал? — требовательно спросила Елена у Нопилея.

Нопилей смотрел на нее широко открытыми глазами.

— Я не совсем уверен, — пробормотал он, запинаясь, — но мне кажется, что это очень старый диалект.

Его потрясло то обстоятельство, что в праязыке его народа существовал диалект. Самые важные слова были известны любому теладинцу сразу же после того, как он вылуплялся из яйца. Естественно, большая часть словарного запаса приходила позже, но способности к языкам и язык как таковой были присущи каждому теладинцу с рождения. Откуда мог взяться диалект? Его просто не могло быть!

Второй ящер тоже начал шипеть и одновременно делать когтями что-то, чего на экране не было видно. На одной из консолей мигнул предупреждающий сигнал, и Елена наклонилась, чтобы прочесть сообщение. На компьютер поступила последовательность координат, казавшаяся, однако, какой-то искаженной. Бортовой мозг баркаса, который обладал гораздо более низким логическим уровнем, чем Марк, компьютер Елены на «ОКО Гетсу Фун», был не в состоянии верно интерпретировать полученные данные. Елена уже хотела указать на это Нопилею, но тут снова произошло нечто странное: большая плоская чешуйка на лбу молодого теладинца слегка вздулась, образовав своеобразную бороздку. Что-то вроде складки на лбу человека. Такого Елена не видела еще ни у одного теладинца. Она озабоченно осведомилась у своего друга, как он себя чувствует.

— Просто замечательно, о звездная воительница, — ответил Нопилей с отсутствующим выражением на морде. — Мне кажется, он сказал: лечь и съесть.

— И что бы это могло означать?

— Не знаю, Елена, — Нопилей колебался, — но я знаю его имя. Его зовут Лиимит Овумелохес Петуленас Девятый. Насколько я сумел понять. Это очень похоже на язык наших только что вылупившихся малышей, только звучит совсем по-другому.

Елена покачала головой:

— А для меня это звучит как совершенно нормальное имя для теладинца.

— В общем-то да, — не мог не согласиться с нею Нопилей, — но ты его видела?

Елена тихо рассмеялась.

— Думаю, мы кажемся ему не менее странными, чем он нам. — Она кивнула второму теладинцу.

Нопилей хотел что-то сказать, но замолчал, так как ящер снова заговорил. Елена слегка вздрогнула, потому что на этот раз пестрый теладинец говорил агрессивно, и его речь напоминала шипение сразу нескольких разозленных гадюк. Это уже было больше похоже на современный теладинский язык!

— Мы должны либо проявить свое восхищение красотой Вселенной, либо улететь обратно, — перевел Нопилей. — Странный акцент, но я его немного понимаю. Просто содержание как-то… — Теладинец возмущенно засопел. — Елена, что все это может означать?

Космолетчица была в таком же недоумении, как и ее молодой друг. Она пожала плечами:

— Чинн, ты что-нибудь понимаешь?

— Следовало бы скрестить теладинских и боронских тварей, — насмешливо сказала супруга Патриарха, впервые заговорившая после последнего взрыва ярости.