Нопилей
Шрифт:
Елена напряженно размышляла. До сих пор она не была знакома лично ни с одним боронцем. Но какой боронец мог знать ее? Ответ напрашивался сам собой: предположительно каждый. Существа-амфибии славились тем, что были всегда хорошо информированы обо всем, что их касалось.
В этот момент в зал вошла переводчица Газели Хорт и приветливо поздоровалась со всеми присутствующими.
— Вначале, — сказала она, обращаясь к Елене, — я хотела бы представить вам наших гостей. — Тут она украдкой взглянула на старого теладинца.
— О да, прошу вас! — ответил тот
— Это — досточтимая и… — сказала Газели Хорт и слегка замялась, как будто не была уверена в том, что ей предстояло сообщить, — и веселаяБала Ги, — и продолжила, подчеркивая каждое слово, — госпожа министр по делам прогрессивной этики, а также министр внешних и внутренних сношений. Кроме того, она занимает пост сенатора по вопросам внутренних сношений.
— О мужественная, веселая Еле На с далекой планеты Земля, — пропищала боронка.
Елена зачарованно наблюдала за тем, как в нижнем конце хобота рот двигался совсем не в такт произносимым звукам. Голос Бала Ги был хрустально-чистым и походил на голос маленькой девочки, которая недавно плакала. Иногда слова прерывались серией щелкающих звуков или отдельными прищелкиваниями.
— Пожалуйста, прости и извини нас за то, что мы не изъявили свое намерение и желание вкусить твое общение на Хеве.
Елена поклонилась:
— О, не беспокойтесь. Мое удивление было мимолетным, и я не вижу никаких проблем в том, что все произошло именно так.
Для нее так и осталось загадкой, уловили ли боронцы легкую иронию в ее словах.
— А это Нола Хи, специалист по проблемам этики и советник палаты представителей, — сказала Газели Хорт.
— Мира и счастья, Еле На, — прожурчал он голосом, который был похож на голос Бала Ги, но на квинту выше. — Насколько мы слышали, читали и вкушали, твоя планета должна быть местом, где находится множество чудесных, освежающих, обворожительных, голубых, глубоких, великолепных, веселых океанов! Я бы с удовольствием совершил туда прогулку, поплавал бы вместе с тобой в один из грядущих дней!
— Большое спасибо! Если представится хоть какая-нибудь возможность вернуться назад, на Землю, я охотно приму это предложение.
Боронец посмотрел на Елену своими прозрачными глазами и произнес целую фразу, состоявшую из непонятных прищелкиваний. При этом он подплывалк ней! Целую сезуру Елена ошеломленно смотрела на него, пока не поняла, что так смущало ее в его внешнем виде: эти удивительные существа не носили защитных костюмов! Щупальца, антенны и усики свободно колыхались вокруг тщедушных светло-голубых тел, которые двигались с какой-то почти сверхъестественной элегантностью и грацией, будто находились в своей природной стихии.
Газели Хорт проследила за взглядом Елены.
— А, это… — сказала она. — Взгляните сюда!
Переводчица, зеленые волосы которой на эту миттазуру не были собраны в тугой пучок, а свободно спадали на плечи, подошла к боронцам, безуспешно пытавшимся впихнуться в приготовленные для них скамьи. Она вытянула указательный
Газели Хорт опустилась на скамью рядом с Цео.
— Теладинцы могут без труда вести переговоры и с другой стороны, — объяснила она, — но они, однако, предпочитают сухую сторону, так как в воде им сложно говорить.
Елена кивнула. Какое-то время она думала о том, не стоит ли ей перемахнуть через стол и приземлиться прямо рядом с Цео Иземадой, но потом передумала, не желая нарушать протокол. Ей, как посланнице Земли — пусть даже и неофициальной, — следовало вести себя прилично. И поэтому она чинно обошла длинный стол конференц-зала и благовоспитанно заняла свое место напротив Цео. Теладинские скамьи были не слишком удобны, но для людей вполне приемлемы, а вот боронцам, судя по всему, приходилось сложнее.
— О уважаемая госпожа министр Королевввства Борон, я рад приветствовать вассс на ссегодняшшней миттаззуре, — заговорил Цео, и в его речи отчетливо слышались резкие шипящие звуки. Его морда находилась на расстоянии половины вытянутой руки от спокойной, почти незаметной стены воды. — То, о чем мы недавно разговаривали, обещает большой профит и долгосрочное сотрудничество, которые пойдут на пользу обоим народам, — продолжил он и обернулся к Елене: — Вам, уважаемая аргонка Елена Кхо, я благодарен за то, чччто вы откликнулись на приглашшшение руководства фирмы.
Елена кивнула.
— Быть здесь — большая честь для меня, Цео Суфандрос Микимада Иземада, — сказала она. — Я бы очень хотела рассказать вам о судьбе вашего внука Иземады Сибазомуса Нопилея. Если бы не его самопожертвование, меня не было бы здесь сегодня. — (Теладинец тихонько зашипел.) — Конечно, было бы замечательно, если бы при моем рассказе присутствовал его яйцебрат Сизандра, — добавила Елена и посмотрела прямо в глаза теладинца, которые пылали в глубоких глазницах, как красные угли.
Ящер никоим образом не выглядел стариком. Чем дольше Елена наблюдала за Цео, тем сильнее становилось впечатление, что в нем горел яркий юношеский огонь. Она положила скрещенные руки на поверхность стола и бросила взгляд на боронцев, которые пока помалкивали.
— Конечно, Елена Кхо, обязательно, — ответил Цео. — В этой связззи вам наверняка будет интересно узнать, что, насколько мы можем предполагать, мой внук Иземада Сибазомус Нопилей Четвертый жив и отлично себя чувствует!