Ноль
Шрифт:
Жестокая необходимость оставить силу – именно в тот момент, когда я только-только начинаю в полной мере осознавать представляемые ею возможности, – явилось жесточайшим ударом судьбы. По причинам, все еще сокрытым, мне было дано отодвинуть – пусть и немного – завесу, отделяющую наш до отвращения знакомый мир повседневных банальностей
С этим мучительным вопросом в голове я открыл напоследок сейф. Мой блокнот, где почти не осталось уж чистого места, содержал на своих страницах едва ли не самый удивительный – пусть и неопубликованный – текст в истории словесности. Вот уж где воистину было установлено главенство пера над мечом!
В момент одинокого наслаждения этой мыслью меня внезапно посетило ослепительное озарение. Я придумал оригинальнейший, а вместе с тем и предельно простой способ сохранить силу в ее самой безличной и убийственной форме, способ, не связанный с необходимостью прибегать к ней раз за разом, перечисляя имена все новых и новых жертв.
Вот в чем заключался мой замысел. Я напишу и непременно опубликую простой по языку, явно вымышленный рассказ, где с предельной откровенностью поведаю читателю обстоятельства проявления силы и весь ход дальнейших событий, методично перечислю имена жертв, образ их смерти, постепенное заполнение блокнота и серию проведенных мною опытов. Все это будет изложено с предельной откровенностью, без малейшей утайки. Далее я сообщу о своем решении отказаться от силы и опубликовать подробный, беспристрастный отчет о связанных с ней событиях.
В полном соответствии с этим замыслом рассказ был написан и попал на страницы широко известного журнала.
Вы удивлены? Ничего удивительного – будь все именно так, я бы попросту
Ибо этот рассказ содержит в себе мое последнее задание неведомой силе, последний смертный приговор, выносимый не мне, но мною.
Кому? Да кому же еще, если не читателю! Да, – согласитесь вы, – весьма оригинально. До той поры, пока все экземпляры журнала не исчезнут из обращения (тираж и близость к предполагаемым жертвам небывалого мора позволяют надеяться, что на это потребуется значительное количество времени), сила будет неустанно сеять смерть и опустошение. И только автор рассказа может ничего не бояться, ибо ни один суд не примет во внимание информацию, полученную свидетелями понаслышке, – а кто, скажите на милость, сможет выступить с показаниями, основанными на личном опыте?
Но где же напечатан этот рассказ? – спрашиваете вы в опасении купить по случайности этот журнал и прочесть его.
Я отвечаю: здесь! Это именно тот рассказ, что лежит перед вами. Наслаждайтесь им напоследок, его конец – ваш конец. Сейчас, когда вы читаете эти немногие заключительные строки, на вас внезапно нахлынут ужас и отвращение, мгновение спустя вас охватит слепая, животная паника. Ваше сердце болезненно сжимается, пульс слабеет… мысли туманятся… вы чувствуете, как из вас вытекает жизнь… Вы тонете, исчезаете, еще несколько секунд, и вы сольетесь с вечностью… три… два… один…
Все!
Ноль.