Ноги из глины
Шрифт:
Так, нужно срочно выпить. Мир встал с ног на голову. А если посмотреть на него сквозь дно стакана, все снова вернется на свои места.
— Вы сегодня кушали, сэр? — спросила Ангва.
— Чуть перекусил на завтрак, — промямлил Ваймс.
— Помните то слово, которое так нравится сержанту Колону?
— Какое? «Голимо»?
— Именно так вы сейчас и выглядите. Если уж вы здесь, давайте хоть выпьем кофе и пошлем кого-нибудь за фиггинсами.
Ваймс задумался. Он не раз пробовал представить себе, что означает
Ангва взяла старую кофейную банку, она же Копилка, в которой хранились общественные деньги. Банка оказалась на удивление легкой.
— Эй? Здесь должно быть по меньшей мере двадцать пять долларов, — сказала она. — Шнобби только вчера собирал взносы…
Она перевернула жестянку. Оттуда высыпались лишь какие-то крошки.
— Что, даже расписки нет? — спросил Моркоу.
— Какая расписка? Это же ШНОББИ.
— А. Ну да.
В «Залатанном Барабане» было очень тихо. Счастливый час, когда наливали на халяву, прошел достаточно мирно — случилась лишь одна драка. Теперь приближался несчастливый час — когда денег уже нет, а выпить еще хочется.
Перед Шнобби стоял лес из пустых кружек.
— Я вот думаю, какой во всем этом смысл? Правильно говорят: суета суёт… — едва ворочая языком, пробормотал он.
— А че ты мучаешься? Загони кому-нибудь свои рыгалии, и делов-то, — предложил Рон.
— Отличная идея, — согласился сержант Колон. — Есть полным-полно богатеев, которые выложат за твой титул мешок монет. У них уже есть большие дома и все такое, а рыгалий нету. Да они все на свете отдадут, лишь бы стать такими же благородными, как ты, Шнобби.
Девятая кружка застряла на полпути ко рту Шнобби.
— Это может стоить тысячи долларов, — ободряюще сказал Рон.
— Не меньше, — уверенно кивнул Колон. — За твой титул такая драка будет…
— Если правильно разыграешь карты, можешь выйти на пенсию и больше ни о чем не беспокоиться.
Кружка неподвижно висела в воздухе. Судя по перекосившемуся лицу новоиспеченного графа, обещанная драка уже началась, но пока что она велась внутри Шнобби.
— Что, правда? — наконец уточнил он.
Сержант Колон неуверенно отклонился. В голосе у Шнобби прозвучала нотка, которую он прежде никогда не слышал.
— И ты сможешь быть просто богатым человеком, прям как сам хотел, — еще раз подтвердил Рон, не заметив, что концепция изменилась. — Точно говорю, за твоими рыгалиями местные богатеи в очередь выстроятся.
— Поменять на какие-то кругляшки свое, это… свой первородный грех?! — возопил Шнобби.
— Право на первородство, — поправил сержант Колон.
— Право на первородный грех? — подсказали из-за
— Ха! Но я вам ск'жу, — покачиваясь, объявил Шнобби, — есть кое-что, чего НИЗЯ ПРОДАТЬ! Ха-ха! Вы можете украсть мой кошелек. Но что в нем? Ничего!
— И правда, там ничего нет, я проверял, — подтвердил кто-то.
— Кто с кем грешит-то?
— И вообще… что толку в деньгах?
Данный вопрос не на шутку озадачил клиентов «Барабана». С таким же успехом можно было спросить что-нибудь типа: «А спиртное — это хорошо?» или «Тяжелая работа, добровольцы есть?»
— …А в чем, собственно, проблема?
— Ну-у-у, — неуверенно протянул какой-то храбрец, — на деньги ты можешь купить большой дом, полно жрачки и… выпивки, и… женщин, и всякого такого.
— Но в этом ли счастие человеческое? — со стеклянными глазами вопросил Шнобби.
Собутыльники непонимающе уставились на него. Этот вопрос уводил спор в метафизический лабиринт.
— Так вот, не в этом! — воскликнул Шнобби. Он раскачивался с таким постоянством, что все больше походил на метроном. — Все это ничто, НИЧТО! По сравнению с гордостью заев… ев… свое гене… гини… гиникологическое дерево.
— Какое дерево? — переспросил сержант Колон.
— В общем, за предков, — сказал Шнобби. — У меня-то есть предки, а вот у вас, у вас они есть?!
Сержант Колон даже пивом подавился.
— У всех есть предки, — возразил трактирщик. — Иначе бы нас тут не было.
Шнобби смерил его остекленевшим взглядом, попытался сфокусироваться, но у него ничего не вышло.
— Правильно! — наконец вскричал он. — Правильно! Только… только у меня их БОЛЬШЕ! Вишь? В этих венах течет кровь королей!
— Пока еще течет, — выкрикнул кто-то.
Все засмеялись, но эта реплика была предупредительным звоночком, который напомнил сержанту Колону о двух вещах сразу: 1) что до пенсии ему осталось всего шесть недель и 2) неплохо бы отлучиться в туалет.
Шнобби сунул руку в карман и вытащил свиток.
— Вот это вишь? — спросил он, с трудом раскручивая его на стойке. — Вишь? Я могу обвассалить всех, кого захочу. Вишь здесь? Здесь написано «граф» — прально? Это — я. А хочешь, меня у тебя повесят?
— Как раз этого я и не хочу, — ответил трактирщик, краем глаза следя за остальными посетителями.
— Ну, то есть мой п'ртрет? Ты поменяшь название, назовешь свой тр'ктир «Граф Анкский», а я буду п'ст'янно приходить и пить тута. А, че скашь? — предложил Шнобби. — И все будут говорить, что здесь пьет граф, и бизнес у тебя сразу п'йдет. Я даже ничего не в'зьму с тебя за это. Ну? Трактир высшего класса, сразу скажут все, ведь тут пьет сам граф де Шноббс, а граф — это вам не хухры-мухры…