Ночные игры
Шрифт:
— Какого плана? — прошептала я.
— Я убедил вас участвовать в «ночных играх», — объяснял он. — Я знал, что вы не откажетесь. Теперь была моя очередь поиграть с вами со всеми. — Спенсер закружил в воздухе. Потом неожиданно остановился. — Мне было очень весело, — задребезжал он. — Я с удовольствием наблюдал, как вы все больше и больше боитесь моих звонков и записок.
— Почему же ты просто не убил нас? — полюбопытствовала я.
— Разве это была бы игра? —
Я попыталась освободиться, но он был очень сильный.
— Ты — моя любимица, Дайана, — сказал Спенсер. — Поэтому ты умрешь первой.
Я закричала. Но вскоре уже не могла издать ни единого звука. Его костлявые руки сдавили мое горло.
Я пыталась убрать их, но они давили все сильнее и сильнее.
Повернувшись, я стала бить Спенсера кулаками, но, казалось, он не чувствовал моих ударов.
— Теперь это смешно. Действительно смешно, Дайана, — злорадствовал Спенсер.
Я схватила его сильные пальцы и попыталась убрать их от моей шеи.
Но мне не хватало сил. Не хватало воздуха. Мои легкие готовы были взорваться.
А потом мне вдруг стало все безразлично.
Я погрузилась в мир тьмы.
Глава 30
«Нет, Дайана! — услышала я собственный голос. — Нет, Дайана. Ты не можешь сейчас умереть. Держись, Дайана! Держись!» Эта мысль посетила меня в глубокой-глубокой темноте. И тогда из последних сил я обхватила Спенсера руками.
Ужасное ощущение от прикосновения к его гниющему телу заставило меня содрогнуться, но я обняла его еще крепче.
Я не обращала внимания на запах разлагающегося трупа, обнимая его все сильнее и сильнее.
Его глаза расширились от удивления. Он ослабил пальцы на моем горле, и я сумела вздохнуть.
Скрипучий голос Спенсера наполнил комнату.
— Что ты делаешь? — спросил он.
Через силу я произнесла:
— Обнимаю тебя. Ты мне нравишься, Спенсер. Ты мне всегда нравился.
Его пальцы на моем горле еще больше ослабли. Я сделала еще один вдох.
— Ты сказал, что я твоя любимица, — прошептала я. — Вот я и обнимаю тебя, Спенсер.
Он почти отпустил меня, и я сумела повернуть голову, чтобы подать сигнал своим друзьям.
Кейси быстро приблизилась к Спенсеру. И тоже его обняли.
— Что ты делаешь? — завизжал он, стараясь оттолкнуть нас.
— Мы обнимаем тебя, Спенсер, — повторила я. — Ты нам нравишься.
— Нет! — заскрипел он. — Отойдите от меня! Отойдите! Мне нужна
Я еле дышала, но продолжала его обнимать. Попыталась погладить его по спине, дотронуться до волос. Это было отвратительно. Меня тошнило, но я заставляла себя.
Ленни и Джордан присоединились к нам и тоже стали обнимать Спенсера.
Мы все крепко его обнимали.
— Нет! — завопил он. — Нет! Отойдите от меня! Мне нужна моя ненависть!
Я еще крепче сжала его в объятиях.
— Мы соскучились по тебе, Спенсер. Мы очень сильно соскучились по тебе, — шептала я.
— Ты наш друг, — шептал Ленни, крепко обнимая его за плечи.
— Ты наш друг, и мы любим тебя, — повторила я. — Мы любим тебя.
Когда я произнесла эти слова, то почувствовала, что плечи Спенсера стали мягче, а холодная кожа — теплее. Потом она стала влажной, как тающий снег.
По всему моему телу пробежала дрожь, но я продолжала обнимать Спенсера, ощущая, что он становится все мягче.
Да, Спенсер постепенно таял. Таял, как снег весной. Таял… Таял…
— До свидания, Спенсер, — прошептала я и отошла, когда его тело совсем стекло на пол.
Мы все отступили, глядя на синеватую лужу на темном полу. Мокрое пятно блестело в сером свете луны. Но вскоре оно тоже исчезло.
Мы все смотрели на пустой пол. Затем радостно подняли глаза.
— Он исчез, — пробормотала Кейси.
— Его больше нет! — воскликнул Ленни.
Джордан издал крик радости и облегчения.
Кейси и Ленни присоединились к нему. Они стали прыгать, кричать, смеяться и исполнять какой-то дикий танец.
Я тоже хотела принять участие в общем веселье. Но чувствовала дикий холод.
Мои зубы стучали. Я обхватила себя руками, пытаясь согреться, попробовала сделать глубокий вдох.
Но не смогла. Потому что была мертва.
В тот момент, в тот холодный момент я поняла, что мертва.
Спенсер все-таки убил меня. Спенсер меня задушил.
Мои друзья веселились, а я была мертва.
«Это нечестно, — думала я, наблюдая, как они танцуют и обнимают друг друга. — Почему они должны быть живы, а я мертва?»
Ленни подошел ко мне, сияя широкой улыбкой. Обнял меня, но я почувствовала только холод. Горький холод. Несколько минут назад он стоял там и видел, как Спенсер меня душил. Они все трое стояли и наблюдали, как я умираю. Но не двинулись с места, не помогли.
А теперь они празднуют его исчезновение.
Я смотрела на Ленни. Я позволила ему меня обнимать, но ничего не ощущала.