Ночные игры
Шрифт:
Грифф щелкнул пультом и выключил телевизор.
– Мне трудно поверить, что мы оба любим вестерны.
Ник прижалась к нему.
– Это просто-напросто подтверждение теории, что мы – половинки единого целого. – Эта фраза теперь стала их постоянной шуткой.
– Пожалуй, я пересмотрю список своих дел и останусь здесь еще на недельку.
– Нет.
– Почему? Если я останусь…
– Если ты останешься, то окончательно избалуешь меня. Ты следишь за каждым моим шагом. Ты подавляешь меня.
– А если я пообещаю тебе не…
Ник поцеловала его и прижалась носом к его носу.
– Я люблю тебя, Грифф. Я люблю заниматься
– Обещай мне, что не будешь гулять одна. Никогда.
– Обещаю, пока мы не поймаем Эверхарта, я не буду гулять одна и всегда буду носить с собой оружие и сотовый телефон. И не буду подвергать себя неоправданному риску.
– Надеюсь, твои обещания облегчат мою жизнь, – вздохнул Грифф. – Но я все равно буду волноваться за тебя, если ты отойдешь дальше, чем на десять шагов.
– Я буду звонить тебе каждый день. Дважды в день. А по субботам и воскресеньям даже трижды.
Обняв, Ник нежно поцеловала его.
Очень быстро наступило второе января. Грифф убедил Ник позволить ему остаться на весь день и улететь домой ночью. Ему так не хотелось оставлять ее одну! Он не мог отделаться от мысли, что с ней может что-нибудь случиться. Знай Ник, что он придумал, она спустила бы с него три шкуры, но иногда мужчина должен идти против желания женщины, которую любит. Для ее же блага. Итак, Грифф поручил одному из своих агентов следить за Ник двадцать четыре часа в сутки. Он выбрал для этой цели Люка Сентелла по двум причинам: Ник никогда не видела его, и он являлся бойцом диверсионно-десантного отряда «Дельта» [7] .
7
Особое подразделение американской армии для выполнения сложных и рискованных заданий.
Если накануне они веселились и расслаблялись, то в последний день были тихи и серьезны. Ник рассказала Гриффу о бывшем муже, Греге, который покончил жизнь самоубийством.
– Грег казался мне замечательном, потому что он совсем не был похож на моего отца. Я видела только то, что на поверхности, и не замечала, насколько слабым человеком он был.
Они поделились друг с другом своими ощущениями, испытанными в плену, и Грифф сказал:
– После казни Йорка нам пришлось расправиться и с его охраной. Это были наемные бандиты, готовые на все ради денег.
– Сколько их было?
– Десять. Тишина.
Ник сидела, устремив глаза в пол, ее дыхание было тихим и ровным. Затем она посмотрела на Гриффа. В ее глазах он увидел жалость и сострадание.
– Ты чувствуешь их кровь на своих руках, – сказала Ник. – Но ведь у тебя не было выбора.
– Тогда нам казалось, что иного выхода нет. Но, оглядываясь назад, я в этом сомневаюсь.
– А что хорошего в том, что ты смотришь в прошлое? Сделай выводы и иди дальше. Не это ли советует Иветта?
– Иветта – мудрая женщина.
– Очень. Красивая, мудрая, душевная и богатая.
– Богатая? – переспросил Грифф.
– Она же вдова Йорка, а он был миллионером…
– Миллионами Йорка владею я, а не Иветта.
– Как так? Почему?
– Шесть лет мы пытались получить наследство Иветты, легально и нелегально. Частично финансы Йорка были в законных корпорациях,
В первый год после того, как мы покинули Амару, Иветта оставалась с нами, но потом продолжила учебу в медицинском колледже, поступила в интернатуру и обосновалась в Лондоне, пока Сандерс и я боролись за ее наследство. В конце концов почти все, что принадлежало Йорку, отошло Иветте.
– Что же случилось потом? – спросила Ник. – Вы поделили деньги между вами троими или…
– Ни Сандерс, ни Иветта не захотели владеть кровавыми деньгами Йорка.
– Но ты думал иначе.
– Да. В то время мне казалось, что я заслужил это. Мы все заслужили это. Иветта все переписала на меня. Я открыл счет на нее и Сандерса. Но ни один из них не прикоснулся к этим деньгам. Когда наконец через десять лет я вернулся домой, в Теннесси, Сандерс предпочел остаться со мной в качестве слуги и вскоре стал моей правой рукой. Сперва я транжирил деньги, покупая все, что хочу. Но потом я понял, что мне нужно нечто большее, чем деньги.
– И поэтому ты организовал свое агентство, – сказала Ник. – Ты решил помогать людям, которые пострадали из-за других, попытался остановить преступления и…
Он взял ее за руку:
– Не важно, чего я хотел, сколько пожертвований я сделал, какое количество преступлений я помог раскрыть, ведь это не изменило ни меня, ни того, что я совершил.
– Конечно, ты не идеален, – сказала Ник. – И твое прошлое отличается от прошлого большинства людей. Но ужасные события, произошедшие с тобой на Амаре, сделали из тебя того, кем ты являешься сейчас. Ты же не стал таким, как Йорк? Ты и не мог таким стать, потому что внутри ты очень хороший и добрый человек. Справедливый и честный.
– Я никогда не думал… – Грифф помолчал. – Господи, я так сильно тебя люблю, что сам удивляюсь.
Ник взяла его руки и положила себе на талию. Зазвонил телефон. Она вскочила.
– Пусть работает голосовая почта.
Зазвонил телефон Гриффа.
– Черт, – выругался он.
– Возьми трубку. У меня плохое предчувствие. Грифф потянулся за трубкой, которая лежала на кофейном столике.
– Гриффин Пауэлл слушает.
– Привет, Гриффин.
– Привет, Россуолт.
Смех.
– Мистер Эверхарт. По имени я позволяю называть себя только друзьям.
– А мы не друзья, сукин ты сын?
– Успокойся, успокойся. Будь хорошим мальчиком, или я не дам тебе подсказку.
– Как я понимаю, ты начал новую игру? – сказал Грифф. – Тело Латаши Дэвис не было найдено висящим на дереве.
– Обстоятельства поменялись. И правила тоже. Я избавился от Латаши другим путем. Я вообще сомневаюсь, что ее тело когда-нибудь найдут.
– Но ты убил ее, снял скальп и теперь готов к новой охоте и новой жертве?
– Что-то вроде того. И хочу, чтобы ты и Николь поиграли вместе со мной. Может, в этот раз вы разгадаете мои подсказки до того, как спасать бедную девочку, которую я выбрал, будет уже слишком поздно?