Ночные игры
Шрифт:
– Он явно помешан на терминологии. Зная, что он сделал с теми женщинами, мы можем называть его Стрелком, Палачом, Мучителем, Похитителем, да как угодно, но он не ассоциирует себя ни с одним из этих понятий. По его мнению, в этой игре он Охотник. Потому что для него это охота. Психологически он играет столь же хорошо, как и физически. Один Бог знает, что включает в себя каждый день охоты, каким правила и должны следовать его жертвы.
– Каждый день охоты? – переспросила
– Мне он сказал, что выбрал следующую жертву, что она особенная и что каждый день охоты будет незабываемым.
– Ты думаешь, он устраивает охоту за ними каждый день в течение трех недель?
– Возможно. – Грифф сделал паузу, затем откашлялся. – Держу пари, что он выпускает жертву в какой-то охотничий заказник, потом преследует ее, потом… Ну, мы знаем, что происходит потом. Он стреляет в жертву снова и снова. В ноги, руки, плечи и наконец в голову.
Ник прижала ладони к щекам, затем провела кончиками пальцев по вискам и начала массировать их.
– Болит голова? – спросил Грифф. Ник прикрыла глаза и кивнула.
– Если позволишь, я могу…
Стук в дверь прервал Гриффа. Ник облегченно вздохнула. Если он хотел предложить ей массаж, она не была уверена, что смогла бы отказаться.
Вошел официант с большой загруженной тележкой и быстро переставил привезенное на стол.
– Разрешите открыть вино, сэр?
Грифф кивнул.
Официант открыл бутылку, налил немного в бокал и подал Гриффу. Тот вдохнул аромат, сделал глоток, посмаковал его и проглотил. Затем кивнул официанту, вернул бокал на стол и выписал счет.
– Ужин готов, – объявил Грифф, когда официант ушел.
Ник прошла через гостиную к столу и позволила Гриффу поухаживать за ней. Он снял серебряные крышки с тарелок, на которых оказались бифштекс, креветки, печеные томаты и спаржа, обильно политые густым сырным соусом.
– Надеюсь, тебе понравится, – сказал Грифф.
– Боже мой, это чудесно. До этого момента я и не подозревала, как голодна.
Усмехнувшись, Грифф сел напротив нее, развернул салфетку, положил ее на колени, взял вилку и нож и взглянул на Ник.
– Я не заказал салат, потому что боялся, что ты съешь его и заявишь, что сыта. Я знаю, что женщины хотят выглядеть благопристойно во время еды.
– Только не я, – сказала Ник, хватая нож и вилку. Грифф засмеялся:
– Я не был уверен насчет десерта, поэтому заказал поднос всякой всячины.
Часом позже, когда все было съедено, перепробованы шесть десертов и выпиты две трети вина, Ник прошла в гостиную и села на диван. Грифф снова разлил вино и подал ей бокал. Он сел рядом и положил ноги на кофейный столик.
– Почему мы не можем отложить дела
– Я думала, вечер носит абсолютно деловой характер.
– Да. Дела помогают Николь Бакстер восстанавливать силы. – Он положил руку на спинку дивана. – Ты не жалеешь себя. Зачем, дорогая? Что ты пытаешься доказать?
Ник уставилась в бокал, нарочито избегая взгляда Гриффа.
– Ты считаешь меня злой воинствующей феминисткой, не так ли?
– Я никогда этого не говорил…
– Я не такая. – Она вскинула голову и посмотрела на него. – Ты не знаешь меня. Ты не имеешь ни малейшего представления о том, что я думаю и чувствую.
– Ты права.
Их взгляды встретились.
– Все было намного проще, когда я на дух не переносила тебя, – сказала Ник. – Я жестко судила о тебе, впрочем, как и ты обо мне, но, как ни трудно это признать, ты ошибался насчет меня, а я насчет тебя.
– Осторожно, специальный агент Бакстер, ты становишься слишком добра ко мне.
Ник улыбнулась:
– Спасибо за ужин.
– Не за что, – сказал он и спросил: – Как твоя головная боль?
– Какая головная боль? Это от голода… или от напряжения. Как бы там ни было, сейчас все прошло благодаря чудесному ужину, – она отсалютовала Гриффу бокалом, – и вину.
– Ты не можешь сейчас ехать в отель, – сказал он.
– Не хочешь ли ты предложить мне провести ночь здесь?
– Не здесь. Это одноместный номер. Но я могу заказать номер для тебя в этом отеле или…
– Или я могу взять такси до своего отеля.
– Оставайся. Мы сможем допить вино, поговорить и узнать друг о друге чуточку больше. Может быть, освободимся от предвзятых суждений. А утром позавтракаем, и, если позволишь, я присоединюсь к вашей работе.
– Ага. Вот она, настоящая, причина. Вот почему ты так любезен со мной.
– Ты подловила меня.
Ей следовало бы быть с ним посуровее, но она не могла. Надо было встать прямо сейчас и уйти. Но Ник не сделала этого.
– Я остаюсь, – сказала она, – в отеле, а не в твоем номере.
Грифф кивнул и поднялся, чтобы сделать телефонный звонок.
Ник зашла в туалетную комнату, и когда она вышла, он ждал ее, устроившись на диване. Она заметила, что он допил их вино.
– Комната готова, на этом же этаже, чуть дальше по коридору.
– Спасибо.
– Сядь. – Грифф кивнул на диван. – Поговорим.
– Я не знаю, сколько еще я смогу продержаться без сна. Может, я лучше пожелаю тебе доброй ночи и уйду?
– Портье скоро занесет сюда твой ключ, и я провожу тебя до номера.