Ночные гости
Шрифт:
– Пап, мне тоже нужна новая мебель, – сказала младшая агрессорша Катерина. – Мой гарнитур детский.
– А ты уже выросла? – без красок в голосе поинтересовался папа.
– Ты что, не видишь?
– Не вижу.
– И еще мне нужна машина.
– А самолет не нужен?
– Как я добираться в институт буду? – надрывно бросила Катя.
– Маршрутки и автобусы ходят.
Катя убежала, рыдая, словно у нее кто-то умер. Впрочем, умри папа, ей было бы не до истерик, она высчитывала бы свою долю, алчно клацая беленькими зубками. Валерьян Юрьевич украдкой пробежался взглядом по домочадцам… Ба! Они
– Значит так, – весомо и спокойно сказал Валерьян Юрьевич, уложив кулаки на стол. – Прекратите строить из себя господ. Кому не нравится – зарабатывайте на новую мебель сами и ставьте куда хотите. А мне старая сгодится. И вообще, отныне свои проблемы будете решать тоже сами, я вам не нянька.
Все разом заморгали – просто какой-то злобный аккомпанемент веками! Да ну их к лешему! Он не намерен тратить свои нервы и здоровье, а им еще покажет, в чьем кармане шоколадка тает.
– Теперь… – поднялся он, – всем по норам, завтра на работу.
– Завтра же воскресенье, – робко напомнил Гена.
– Начался сезон, – рявкнул тесть. – Выходные отменяются до поздней осени.
И оставил семейство мыть ему кости без него.
Гертруда Викторовна жалась к стене, обхватив щеки ладонями и выпучив глаза до невозможности. Если учесть, что в гостиной горела всего одна свеча, которую держала Лиля, а больше света не было, то можно лишь приблизительно представить, в каком состоянии пребывала хозяйка дома. Алик, налаживающий фонарь на штативе, говорил бесстрастно:
– Не переживайте, Гертруда Викторовна, вы не одна. Когда он покажется нам, не кричите, а то уйдет – жди его тогда сутками напролет.
– Он появится?! – водила она безумными глазами по сторонам.
– Конечно. Мы постараемся до появления пугнуть его, иначе он начнет стонать – это будет действительно… мм… скажем так – неприятно.
– Вам не страшно? – шепотом спросила она. – Все-таки… призрак.
– Всякое бывает, – ответил Марат. – Когда попадаются агрессивные призраки, нам тоже достается на орехи, но такова наша работа.
– А вдруг он не оттуда появится, откуда вы ждете?
– Исключено, – сказал Алик. – Так, я готов. Тишина в студии. Лиля, свечу погаси.
Комната погрузилась в темноту, но свет падал в окна со двора, об освещении сталкеры позаботились заранее, ведь им необходимо видеть, что происходит в гостиной. Сидя на стуле у стены, Гертруда Викторовна зажала обеими ладонями рот и в этой изматывающей тишине боялась пошевелиться, даже дышать. А как назло: то нос зачесался, то в горле запершило, то воздуха перестало хватать. Гертруда Викторовна мужественно терпела неудобства, поглядывая на силуэты охотников за привидениями в разных концах комнаты. Долго же пришлось ждать, у нее онемело все тело, в глазах стало рябить, она не понимала, как
Вдруг раздалось нечто, похожее на жужжание, Алик предупредительно поднял руку вверх, задвигалась фольга на веревках, словно от ветерка, а Гертруда Викторовна едва в обморок не упала. Лиля шепнула:
– Идет.
Марат яростно замахал на нее руками, мол, замолчи. В этот миг вспыхнул яркий красный свет и погас, снова вспыхнул… Гертруда Викторовна зажмурилась, слыша жуткое шипение и голос Марата:
– Еще раз, Алик! Еще удар! Прибавь мощности!
Протяжный свист, шипение, стон и – тишина.
– Включите свет, – приказал Алик.
Все жмурились от электрического света, но Алик перелез за границу веревок с фольгой, постоял, глядя на компас, и улыбнулся:
– Гертруда Викторовна, подойдите. – Она несмело приблизилась, он показал ей компас. – Смотрите, стрелки в покое. Все, портал закрыт.
– Да? – У нее не было сил радоваться, ноги подкашивались. – Вход закрыли? А как вы закрыли?
– Когда он появился, мы ударили по нему инфракрасным излучением, для призраков это как удар высоковольтным током. Вы слышали шипение, свист?
– Слышала.
– Это была его реакция. Вы бы полезли туда, где вас ударило током?
– Нет.
– И он больше не полезет.
– А он не может другое место найти?
– Не пустят его. Мы ведь били по порталу, а на той стороне, когда обнаруживают проход, закрывают его.
– Спасибо, – растрогалась Гертруда Викторовна. – Сегодня я переночую у подруги, а завтра приглашена на новоселье, на ночь там останусь, мне трудно под впечатлением…
– Да не бойтесь, все в порядке, – успокоил ее Марат.
– С вас три тысячи, – скромно напомнила Лиля.
Получив деньги и собрав скарб, охотники за привидениями запрыгнули в машину, Лиля тронулась по извилистой дороге.
– Мощно поработали, – прищелкнул пальцами Марат. – А к ее подружке когда поедем?
– Гертруда больше не упоминала о ней, – ответила Лиля, неплохо управляя автомобилем.
– Чего ж ты не напомнила? – изумился Марат. – Или у тебя от успехов голова закружилась?
– Дай бедной женщине опомниться от покойника, – огрызнулась Лиля. – А подруга сама к нам придет.
– Э, не гони, Лилек! – вступил Алик. – Кстати, куда ты едешь? Город в другой стороне.
– Завтра у нас выход в свет, хочу к местности присмотреться.
– Что ты надеешься в темноте разглядеть? – пожал плечами Марат. – Мы же изучили местность.
– Днем изучили, – возразила Лиля, съезжая на обочину. – А надо и ночью осмотреться, чтобы случайно не оступиться. Дальше идем пешком, прогуляемся.
Он привык спать мало, легко встал рано и отправился с удочками к причалу, где его уже ждал новый приятель. Странно, Валерьян Юрьевич никогда бы не подумал, что ему будет интересно проводить время с удочкой под болтовню Панасоника. Может, так произошло потому, что в этом бесхитростном мужичке имелось нечто давно вымершее, не встречающееся в современных людях, нечто из детства, когда было все просто и понятно. Точно, Панасоник понятен и прост, как портянка, оттого нет нужды при нем напрягаться, контролировать себя, вычислять, что он имеет в виду, говоря ту или иную фразу.