Ночной снайпер

Незнанский Фридрих Евсеевич

— Принесете от спикера справку. С печатью. О том, что были заняты на внеурочных работах, — невозмутимо сказал Турецкий, по-прежнему оглядывая ближние дома.

— Ты что, забыл, с кем так разговариваешь? — сощурился Кольчугин.

— Помню. Потому так разговариваю… — буркнул Турецкий. — А сейчас идите выспитесь. Вы мне будете нужны со свежей головой.

Вот о ком бы написать, подумал Игорь, с восхищением глядя на Турецкого и его помощника. Как они ставят на место этих надутых от собственного величия

индюков, к которым настоящий профессионал быстро теряет интерес.

— Там у нас что? — спросил Турецкий, указав на жилой двенадцатиэтажный дом на противоположной стороне улицы. — Вроде там есть чердак, если не ошибаюсь? Не из квартиры же стреляли? Если он был убит наповал и упал вниз лицом… — Он вопросительно взглянул на Шестакова.

— Он мог перекрутиться на месте, до того как упасть, — ответил тот.

— Точно, — кивнул рябой охранник, которого Игорь про себя назвал «мамонтом». — Повернулся вбок и охнул, будто всхлипнул…

Он, похоже, до сих пор был потрясен случившимся.

— Прежде чем мы встретимся с вами, Александр Борисович, думаю, вам предстоит встреча с вашим руководством, — сказал Кольчугин, открыв дверцу ожидавшего его депутатского «ауди».

Он не мог уехать просто так, чтобы последнее слово не осталось за ним. Уже сев в машину, он оставил дверцу открытой.

— Тамара, ты едешь? — спросил он жену убитого. — Могу подбросить.

— Меня Паша подвезет, — сказала она, не оборачиваясь. — Не беспокойтесь… Вы бы ехали, Петр Авдеевич! А я еще подожду.

Она пьяно растягивала слова. Послышался шум мотора, и «ауди» с Кольчугиным и его охранниками рванул с места.

— Продолжим… — равнодушно сказал Турецкий, по-прежнему ни на кого не глядя. — А там что, школа? — спросил он, ни к кому не обращаясь.

— Похоже, школа, — сказал кто-то из оперативников.

— Если стреляли с чердака жилого дома, то угол входа пули в череп погибшего должен быть больше, — выразил предположение медэксперт Бугаев. — И скорее всего, она попала бы в район темени. Это в первом приближении.

— Все у тебя примерно да приблизительно, — ворчливо сказал Турецкий.

— Вы сами просили сказать… — недовольно сказал Бугаев.

— Я хочу понять, где сидел снайпер! — сказал Турецкий. — Чтобы знать, откуда начать искать по горячим следам… Вот смотри, он вышел из казино, правильно? И получил пулю в лоб. Ты мне твердо скажи: могли стрелять с крыш этих жилых домов или с чердака, чтобы попасть ему в лоб под этим углом? Куда нам идти искать огневую точку?

— Наверняка ниже… — покачал головой Шестаков, потом внимательно взглянул на Игоря Залогина. — Сделаем эксперимент… Вот вы, Игорь, примерно одного роста с погибшим. Если позволите, встаньте сюда.

Игорь пожал плечами, встал на очерченное мелом место.

— Теперь вы ответьте, — обратился Шестаков

к молодому охраннику убитого по имени Паша, которого Игорь теперь разглядел получше, стриженному под ноль и стройному, как спортсмен. — Он шел к своей машине, ведь так?

— Ну, — кивнул тот и обратился к «мамонту»: — Толян, расскажи, он же с тобой шел и разговаривал…

— Значит, он находился лицом к машине? — спросил у него, вернее, встрял Бугаев.

— Володя, не отбивай у Геры хлеб, — вполголоса сказал Турецкий.

— Так мы можем забрать труп или нет? — недовольно спросил один из санитаров.

— Еще несколько минут… — остановил их Турецкий.

— Значит, он шел, глядя на машину, или с кем-то разговаривал? — продолжал Шестаков. — Вспомните, не торопитесь.

— Да, разговаривал, — вспомнил рябой Толян-«мамонт».

— Он при этом поворачивался лицом в вашу сторону? — спросил Турецкий. — Понимаете, да? Нам важно знать, куда он смотрел в тот момент, когда в него попала пуля.

— Ну… — засопел тот. — Верно. Повернулся ко мне.

— Вы это точно помните?

Тот коротко взглянул на жену погибшего Артемова и промолчал.

Турецкий перевел взгляд с него на нее, взял охранника под руку и отвел в сторону.

— Говори, — сказал он, перейдя на «ты». — Время не терпит, понимаешь?

— Вон, говорит, гляди, какая телка идет, — пробубнил Толян. — И еще кивнул в ее сторону… А там действительно девка шла клевая. И здорово поддатая. Правда, не одна. Только что с каким-то чуваком из такси вылезли… Может, в казино приехали… Серега говорит, мол, беру ее с собой… Вы, пацаны, только чувака придержите.

— Да чего ты там секретничаешь! — громко сказала новоиспеченная вдова. Похоже, она была на хорошем взводе. — Думаешь, не слышу?.. Думаешь, ничего не знаю? Козел он был и кобель, хоть и покойник! — Она даже занесла свою длинную ногу из-под распахнутой норковой шубки, чтобы ударить неподвижное тело мужа. Но Толян вовремя перехватил ее и оттащил в сторону.

— Вообще-то… О мертвых мужьях либо ничего, либо только хорошее… — хмыкнул Шестаков.

— Да все вы — козлы! — Она толкнула кулаком Толяна, постаравшись вырваться. — Все вы хороши, когда одни спите!

И, оттолкнув предложенную руку Шестакова, пошла прочь, покачиваясь.

— Паша… — вполголоса сказал Толян, кивнув в ее сторону. — Не стой, отвези Томку домой, чтоб все нормально, понял, да?

Паша кивнул, залез в джип, которым не успел воспользоваться его хозяин, завел двигатель, догнал ее, приоткрыл дверцу. Она какое-то время шла рядом, потом махнула рукой, залезла в салон, не без труда поместив туда свои необыкновенно длинные и почти открытые ноги. Все некоторое время завороженно наблюдали, пока она это совершала. Потом еще смотрели вслед.