Ночной рейд
Шрифт:
— Сколько электрической энергии дает каждый генератор?
Персиваль Стаки, генеральный директор, сделал шаг вперед:
— Пятьсот тысяч киловатт, господин премьер-министр.
Сарве кивнул, и на его лице появилось едва заметное выражение удовлетворения. Это умение было подобно жесту одобрения и обеспечило ему хорошие результаты во время избирательной кампании на пост премьер-министра.
Красивый мужчина, по мнению мужчин и женщин, Сарве, возможно, мог выиграть в состязании с Джоном Ф. Кеннеди или Энтони Иденом. Его светло-голубые глаза оказывали гипнотическое воздействие, резко очерченные черты лица подчеркивались
Компромиссный кандидат либералов, партии независимой Канады и франкоязычной партии борцов за независимость Квебека, он прошел по политическому канату первых трех лет на посту премьер-министра, обеспечив сохранение единства страны, не допуская ее развала. Это было нелегко: только военная сила сдерживала радикальных сепаратистов. Призыв Сарве к созданию сильного централизованного правительства тонул в расширяющемся море глухих.
— Возможно, вы пожелаете посмотреть центр управления, — предложил директор Стаки.
Сарве повернулся к главному секретарю:
— Что у нас со временем?
Ян Джеффри, тридцатилетний человек с серьезным лицом, посмотрел на часы:
— Мы едва успеваем. Через тридцать минут должны быть в аэропорту.
— Полагаю, что можно немного сжать график, — улыбнулся Сарве. — Будет жаль, если пропустим что-нибудь стоящее и важное.
Стаки кивнул и направился к двери лифта. Поднявшись на десять этажей выше генераторной, Сарве и сопровождающие его лица оказались перед дверью с надписью: «Только для служащих с удостоверением отдела безопасности». Стаки снял с висящего на шее шнурка пластиковую карточку и вставил ее в щель под ручкой двери. Затем повернулся лицом к остальным.
— Прошу прощения, джентльмены, но из-за того, что в центре управления пространство ограниченное, могу разрешить войти вместе со мной только премьер-министру.
Служащие из охраны стали протестовать, но Сарве жестом попросил их замолчать и последовал за Стаки по длинному коридору, в конце которого повторилась процедура с карточкой.
Центр управления электростанции был действительно небольшим и отличался спартанским видом. Четыре инженера сидели перед пультами управления, заполненными морем огней, внимательно глядя на панель датчиков и циферблатов, смонтированных на стене перед ними. За исключением телевизионных мониторов, свисающих с потолка, в помещении были лишь кресла, занятые инженерами.
Сарве оценивающе осмотрелся.
— Считаю недопустимым, что такое грандиозное количество энергии контролируется всего четырьмя операторами и довольно скромным количеством приборов.
— Вся электростанция и передающие подстанции управляются компьютерами, установленными в помещении на два этажа ниже этого, — объяснил Стаки. — Весь проект автоматизирован на девяносто девять процентов. То, что вы видите здесь, господин Сарве, — система ручного мониторинга четвертого уровня, которая может заменить компьютеры в случае их отказа.
— Таким образом, люди всё ещё играют определенную роль, — улыбнулся Сарве.
—
— Куда же будет направлено это изобилие электроэнергии?
— Через несколько дней, когда проект полностью вступит в строй, мы будем полностью обслуживать Онтарио, Квебек и северо-восточные регионы Соединенных Штатов.
В разуме Сарве зарождалась новая идея.
— А если произойдет невозможное?
Стаки посмотрел на него:
— Сэр?
— Поломка, стихийное бедствие, саботаж?
— Ничто, кроме землетрясения огромной силы, не может полностью вывести электростанцию из строя. Отдельные неполадки или повреждения можно обойти с помощью двух резервных систем безопасности. Если откажут и они, в этом помещении у нас сохраняется ручное управление.
— А как с нападением террористов?
— У нас всё запланировано на случай такой угрозы, — уверенно сказал Стаки. — Наша электронная система безопасности является чудом передовой технологии. На нее работает охрана в составе пятисот человек. Элитное подразделение войск не сможет попасть в это помещение в течение двух месяцев.
— Тогда кто-то один из работающих здесь сможет вырубить электричество.
— Не кто-то один из служащих, — Стаки решительно покачал головой. — Для отключения электричества должны действовать все служащие, находящиеся в этом помещении, включая меня. Двое или даже трое не могут сделать это. У каждого из нас имеется описание независимой процедуры, которая неизвестна остальным и встроена в эту систему. Ничто не упущено, всё учтено.
Сарве не был настолько уверен.
Он протянул руку.
— Самый впечатляющий осмотр. Благодарю всех.
Фосс Глай был очень точным и осторожным в выборе средства и места убийства Шарля Сарве. Он учел каждую деталь, какой бы маловероятной она ни казалась, и предпринял соответствующие меры. Самым тщательным образом был измерен угол набора высоты самолета, его скорость. Фосс провел много долгих часов, тренируясь в стрельбе, пока не добился безупречной точности.
Выбранным местом была площадка для гольфа, расположенная в одной миле от юго-западного конца главной взлетно-посадочной полосы аэропорта Джеймс-Бей. В этой точке, согласно тщательным расчетам Глая, самолет премьер-министра поднимется на высоту 1500 футов при скорости 180 узлов. Для нападения предполагалось использовать две ручные пусковые установки ракет земля-воздух британского производства, украденные в арсенале Вал-Джалберт. Они были компактными, весили всего тридцать фунтов каждая вместе с зарядом. В разобранном виде их легко было спрятать в рюкзаке.
Весь план, просчитанный от начала до конца, был классическим по эффективности. Требовалось не более пяти человек, включая троих, ожидающих на площадке для гольфа, переодетых лыжниками, и еще одного, наблюдающего с балкона здания терминала аэропорта со спрятанным радиопередатчиком. После запуска ракет по цели нападающая группа должна на лыжах добраться до заброшенного здания клуба и уехать на машине-вездеходе, охраняемой пятым человеком, ожидающим на парковке.
Глай осмотрел небо в бинокль, пока его группа собирала пусковые установки. Шел небольшой снег, поле зрения было ограничено одной третью мили.