Ночной пленник
Шрифт:
Все каналы, как и дорожки, вели к одному единственному дому, больше напоминающему административное здание в авангардном стиле, а также к большому пруду перед ним. Белоснежное асимметричное строение в три этажа, легкое и полупрозрачное из-за огромных панорамных окон, идеально вписывалось в воздушность ландшафта и в пронзительную голубизну неба с белыми яркими облаками. Берега пруда были вымощены тем же белым мрамором, которым был облицован дом. Под огромными каскадными навесами, украшенными белыми, чуть трепещущими на ветерке занавесками, были установлены кожаные диваны, кресла и лежаки для отдыха. Между ними тоже благоухали
Совсем оробев, Марьяна притихла и следовала за двумя сопровождающими ее людьми, молча рассматривая окружающую ее роскошь. Зона отдыха под навесами незаметно переходила в огромную веранду, совмещенную с крыльцом. Когда все они прошли в дом через широкие стеклянные двери, навстречу им выбежало три огромных немецких дога. В какой-то момент Марьяне даже показалось, что они их снесут, но те ловко и легко увернулись от столкновения, процокав когтями по мрамору мимо. За собаками, по-видимому, вышел кто-то из сопровождающих.
Обведя глазами гигантский холл, который мог бы посоперничать в роскоши и размерах с каким-нибудь концертным залом средней величины, девушке невольно вспомнились язвительные слова Барона: «Когда ж ты уже, блядь, просечешь, что мы тут не на курорте отдыхаем?» Странным образом данное место очень уж напоминало элитный курорт, но разве этот избалованный и упивающийся богатством и властью тип когда-нибудь признает, что удача не обошла его стороной? Такая роскошная жизнь, сотни людей в подчинении и вседозволенность кого хочешь сделают тем, кем он есть – бесчувственным наглецом, который с легкостью будет вершить судьбы. Девушка недобро стиснула руки в кулаки, пока их вели по снова и снова открывающимся перед ними помещениям. От великолепного убранства, изящности и элегантности комнат слепило глаза, да еще по спине бежали мурашки от робости, будто она явилась на прием к президенту, не меньше. Это чувство ей совсем не нравилось…
Наконец перед ними раскинулась еще одна зала, сияющая золотом и ослепительной голубизной на фоне матового блеска стен и кожаной мебели цвета слоновой кости. Пронзительная лазурь пола, будто ковер из тонкого стекла, завораживала и манила. Из тонированных окон с улицы шел приглушенный бело-лунный свет, который отражался от пола и тысячами солнечных зайчиков переливался на потолке, усыпанном зеркальной мозаикой.
Где-то на другом конце залы располагалась зона отдыха. Несколько огромных круглых диванов-лежаков, усыпанных подушками, удобные кресла и журнальные столики с напитками и какими-то угощениями выстроились там в таких количествах, будто готовились принять несколько десятков самых взыскательных гостей. Правда, сейчас Марьяна видела только троих мужчин, вольготно устроившихся в креслах с бокалами в руках.
– А, волчонок! – привычный приветственный возглас Виктора разнесся по зале со странным эхом, будто они находились в пещере. – Присоединяйся к нам! Разбавь немного нашу скучную мужскую компанию.
Марьяна выдохнула и оглянулась через плечо. Ее сопровождающие молчаливо остались стоять в проходе. Им, кажется, не так повезло, их сегодня никто не пригласил к барскому столу. Стараясь не слишком демонстрировать полнейшую растерянность и удушающее волнение, девушка напрямик через весь зал направилась к Барону. Она уже
– Совсем сдурела? Не видишь бассейн? Глаза разуй! – грозно пробурчал все еще больно сжимающий ее предплечье громила, а она с полнейшим ужасом и стыдом осознала, что чуть не свалилась в воду. Вот была бы потеха для отдыхающих! Впрочем, по залу и так тут же разнесся дружный мужской ржач. Румянец обжог щеки, уши, кажется, всю кожу, а ноги стали совсем ватными. Охранник отпустил ее руку, подтолкнув в нужную сторону, и она инстинктивно потерла больно нывшее плечо. Расстояние, которое ей предстояло пройти, показалось непреодолимым, да и идти вдруг совершенно расхотелось. Правда, отступать уже было поздновато… Что ж, несколько минут позора она, пожалуй, сможет выдержать… Не сахарная, не растает…
Приблизившись к троим развалившимся перед ней в креслах мужчинам, Марьяна лишь бросила на них беглый взгляд исподлобья и тут же опустила глаза. Этого взгляда оказалось достаточно, чтобы заметить, что на Викторе был махровый халат, а на двоих его гостях – дорогие деловые костюмы. Все трое взирали на нее с противными ухмылками и облапывали бесцеремонными взглядами. Оставалось только надеяться, что простая девчонка без макияжа и лоска, в дешевых китайских шмотках, да еще работающая продавцом-мерчендайзером в супермаркете ничуть их не заинтересует.
– Так и не скажешь, что ловкая воровка, да? С виду так просто милашка-отличница из педагогического… – довольно заметил Барон, обсуждая ее со своими дружками в ее же присутствии и ничуть не смущаясь. – Как думаешь, волчонок, не нужно ли мне прятать от тебя в надежные места все дорогие побрякушки? А то вдруг у тебя это уже профессиональное?
Мужчины негромко рассмеялись. А у Марьяны столь унизительное оскорбление вдруг вызвало вспышку гнева. Девушка быстро поправила выпавшие из прически тонкие пряди волос, которые щекотали лицо, и выпалила, толком не дав себе поразмыслить:
– Лучше спрячьте, – холодно посоветовала она. – Уверена, я в этом плане далеко не самая ненадежная из ваших гостей.
На несколько секунд зависла пауза, от которой противно зазвенело в ушах. Сейчас Марьяна поняла, что эхо и странная акустика были вызваны наличием в комнате бассейна. Все также не поднимая головы, она, тем не менее, заметила какое-то движение впереди. Один из мужчин вдруг прыснул, а потом дружно загоготали все трое. Смеялись долго, до слез, чуть не покатываясь в своих удобных мягких креслах, а она от всей души пожелала, чтобы они и вовсе свалились на пол.
– А она смелая и языкатая… – заметил один из гостей тоном ценителя.
– Да, иногда… Поэтому я и прозвал ее волчонком. Бывает, кусается, а, бывает, жалко поджимает хвостик и просто смотрит зло. Видимо, приворожить хочет… – Виктор хохотнул еще раз, сверкнув белоснежным оскалом.
– И где ж ты такую откопал?
– Мои люди заметили и выследили. Весь свой район обобрала и ни разу не попалась. Просто звезда… Так что я не шучу – берегите карманы… и то, что в штанах… – последний намек вновь вызвал грубый хохот, а девушка лишь стиснула зубы и огляделась по сторонам, ища, куда бы сесть. Как на зло, все ближайшие кресла располагались слишком далеко от общей компании. А стоять тут перед ними, как на сцене, было более чем неуютно.