Ночной гость
Шрифт:
Фрида накрыла участок перед наружной дверью брезентом, прижав его к полу ведрами с водой. Вода пахла ржавчиной и, когда Рут окунула в нее палец, оказалась цвета ржавчины. Она не могла поднять ведра, чтобы заглянуть под брезент, но, открыв наружную дверь, увидела что-то большое, лежавшее в траве на краю подъездной дорожки. Вокруг была грязь. Должно быть, ночью Фрида несколько часов подряд наполняла ведра водой и выливала их на дорожку, проделанную телом тигра. Она не позволила Рут выйти из комнаты.
Когда появилась Фрида – в белой форме, с туго стянутыми в пучок волосами она еще больше
– Вставай, лежебока, – сказала Фрида. – В десять пятнадцать автобус.
– Какой автобус? – Рут, прищурившись, недоверчиво смотрела на нее.
– Чтобы ехать в город. В банк.
– А разве Джордж за нами не заедет?
– Я же сказала тебе, дорогуша, что Джордж сбежал. А теперь поторапливайся, или мы опоздаем.
– Мы пойдем в банк?
Фрида помахала книгой перед лицом Рут. На книге было написано: ВЕРЬ ФРИДЕ.
– Знаю, знаю, – немного раздраженно проговорила Рут.
– Раз, два! – крикнула Фрида, хлопнув в ладоши.
Она вытащила Рут из реклайнера, отвела в спальню и занялась ее одеждой. Рут молча сидела на краю кровати. Прическа Фриды была такой аккуратной, а форма такой белоснежной, что невозможно было представить себе окровавленную Фриду прошлой ночи, не считая синяков на руках.
Фрида возилась в открытом гардеробе Рут.
– Что-нибудь строгое, что-нибудь строгое… Попробуй вот это. – Она протянула элегантный серый костюм с юбкой.
– Он слишком официальный, – сказала Рут.
– Просто примерь его. Справишься? – Фрида приблизилась к Рут и стала стягивать с нее ночную рубашку.
– Я сама! – Мысль о том, чтобы стоять нагишом перед Фридой, была ужасной. Перед гордой, решительной Фридой с налаченными волосами, которая убила тигра.
Фрида подняла руки вверх:
– Тогда поторопись. – Она отвернулась, но осталась в комнате.
Рут сражалась с юбкой. Когда она надевала этот костюм в последний раз? Несколько лет назад, и он был немного велик. Когда ей удалось застегнуть юбку, она осталась настолько довольна собой, что отважилась спросить:
– Фрида, а где тигр?
– Теперь тебе не о чем беспокоиться, – ответила Фрида.
– Мне просто хочется узнать, где он. Мне показалось, что можно было бы что-нибудь устроить… какую-то церемонию. Вроде похорон.
– Я убила его ради тебя, а ты хочешь устроить похороны? – спросила Фрида своим самым недоверчивым тоном. – А теперь пошевеливайся. Уже без пяти десять.
– Мне нужны чулки, – сказала Рут.
Фрида повернулась, оценивая ситуацию. Рут ненавидела толстые телесные чулки, которые она видела на других пожилых женщинах. В официальных случаях, требующих костюма, она предпочитала тонкие черные чулки.
– Они в верхнем ящике, – добавила Рут.
– Ты прекрасно выглядишь, – сказала Фрида. – Надень туфли. Быстрее, быстрее! Не то мы опоздаем на автобус.
– Мы можем вызвать такси, – сказала Рут, отчаявшись, но Фрида загородила ей путь к комоду и постучала себе по кисти, как будто там были часы.
– Сколько раз тебе повторять? – спросила она, подталкивая Рут к двери. – Джордж сбежал.
– В огромном мире много других такси.
В коридоре Фрида протянула ей стакан
– Осторожно, там ведра, – предупредила Фрида. – Не споткнись.
Она торопливо повела Рут в сад перед домом и к подъездной дорожке, где Рут задержалась, пытаясь обнаружить свидетельства расправы с тигром. Когда она вышла на дорогу, Фрида уже преодолела половину спуска и ждала ее внизу.
– Что мне с тобой прикажешь делать? Посадить на закорки? – крикнула она. Рут не отвечала; Фрида снова пустилась в путь. – Инвалидное кресло – вот что тебе нужно! – крикнула она.
Мысль об инвалидном кресле не радовала Рут. Она сделала несколько быстрых шажков, чтобы догнать Фриду. Если бы только Фрида не шла так быстро, если бы только юбка не сковывала движений. Как показательно, подумала она, для меня и вообще для пожилых людей – бояться инвалидного кресла. Хотя, в сущности, что плохого в том, что тебя возят? В данный момент она не возражала бы против того, чтобы ее понесли на закорках. У нее даже мелькнула безнадежная мысль, что, может быть, Фрида еще раз предложит свои услуги.
– Инвалидное кресло нужно людям, у которых отказали ноги, – сказала Рут.
– И спина! – крикнула Фрида. – Людям с больной спиной!
На автобусной остановке было пусто. Она внезапно возникла перед ними, непостижимо знакомая. В такой сырой и пасмурный день никто не стал бы тратить силы на то, чтобы приехать на этот участок пляжа. В такую погоду берег выглядел опасным и грязным. Море – неприветливым, а небо – бесцветным и низким. На автобусной остановке Фрида заволновалась, как будто кто-то над ними подшутил, никакой автобус не придет и они будут ждать здесь вечно. Ее всегда ужасно злило, что ее могут оставить в дураках. Рут уселась на лавку, которая показалась ей прочнее, чем остальные твердые предметы, попадавшиеся раньше. Машина притормозила и снова продолжила путь. Рут не хотелось сидеть спиной к морю или к дороге, поэтому она хранила нервное молчание, словно то, что она надежно затаилась, могло спасти ее от засады. Фрида тоже молчала. На самом деле они могли бы вообще никогда не встретиться или случайно встретиться на этой остановке, и во время посадки Фрида могла бы из вежливости пропустить Рут вперед и даже улыбнуться ей, и их отношения на этом бы закончились. Потом у них была бы другая, более рискованная жизнь, в которой они никогда бы не узнали друг о друге.
– Автобус едет, – объявила Рут, хотя это было совершенно очевидно.
Фрида прошла в автобус первой и заплатила за обеих. Рут узнала водителя. У него были длинные пышные, как у юноши, волосы, но абсолютно седые. Он улыбнулся ей и сказал:
– Снова туда и обратно, да?
От улыбки его лоб наморщился, а брови полезли вверх, к юношеским волосам.
Фрида взяла Рут за руку.
– Пошли, Рути, – сказала она.
Ладонь Фриды напоминала бифштекс, завернутый в бумагу.
Сегодня в автобусе было не так людно. Несколько пассажиров сидели в нарочитой тишине, как будто столь мрачная погода препятствовала общительности. Фрида матросской походкой двинулась вперед по проходу, таща за собой Рут.