Ночная смена
Шрифт:
Ева остановилась. Пэйн нагнулся под изуродованной головой Бекки и поднял идеально нарезанный кругляшек ее лица, чтобы посмотреть.
– Что думаете, мэм? – cпросил он. – Охуенно тонко на этот раз?
Слезы Бекки солили ее рану, так что она закрыла глаза.
Далее персонал "Дьявольской Пищи" напрыгнул на нее, держа в руках резаки.
КАКОЙ-ТО ГОРОДОК, ГДЕ-ТО В АМЕРИКЕ
1992
1.
У Милы был отличный набор титек.
Фентон лопнул пузырь жвачки, наблюдая, как она расставляет свежие пироги из духовки. Он хотел бы отведать ее "пирога" - в этом он был чертовски уверен. С Милой какое-то время встречался Кайл из бакалеи, и это без конца бесило Фентона. Чувак был реальной "пилоткой" в старшей школе: у него вышибали книги, а он целовал задницы. Он не заслужил ее. Однако мысль о том, что кто-то погружает свое лицо в эти несравненные бидоны заставляла Фентона рвать глотки. Если они не доставались ему, то они не должны были доставаться никому. В магазине ходили слухи, что Мила планировала операцию по уменьшению груди в следующем месяце, даже несмотря на то, что ей было всего двадцать – такова была ноша этих аппетитных доек. Он надеялся, что она передумает.
Ходили также слухи, что она девственница. Но это была обратная сторона работы в бакалее. Слухи и сплетни распространялись как сифилис. И "Фрешвей" ничем не отличался.
Секретов здесь не было. Это была одна из причин, почему Фентон ненавидел это ебучее место. Разумеется, здесь были норм соски (помимо Милы, была Стефани, кассирша-подросток, которая была явно шлюхой, и Дарла из отдела подготовки продуктов, была симпотной до тех пор, пока не залетела), но это едва перекрывало тот факт, что приходилось иметь дело с Тодом. Управляющий магазина был настоящим Наполеоном, как в "эго", так и в росте. Его ожидания и поначалу-то были высокими, а сейчас он требовал еще больше.
– Ты вообще слушаешь?
– А? – Фентон повернулся к Тоду.
– Выплюни жвачку, - брови управляющего сошлись.
Фентон вздохнул и сплюнул "Big League Chew" в ладонь. Тод скрестил руки, стараясь выглядеть как можно более впечатляющим в своих новых ботинках на платформе. Несмотря на то, что в росте у него прибавилось, Фентон по-прежнему видел лысое пятно на макушке седой головы своего босса.
– Послушайте, мистер Браун, - начал Фентон.
– Мне просто не кажется, что я смогу это сделать.
– И почему это?
Фентон закусил губу, жалея, что не предусмотрел такой вопрос. Это дало бы ему время придумать какое-то оправдание.
– Слушай, - сказал Тод.
– Как человек, которого наняли на полную ставку, ты должен быть открыт для любых поручений. Если я посчитаю, что ты должен работать ночью, ты обязан будешь это сделать. В противном случае, ты знаешь, где чертова дверь.
– Но, мистер Браун...
– Ты - уборщик. Мне нужно, чтобы в моем магазине было ни пятнышка.
Фентон ненавидел, когда Тод говорил: "мой магазин". Тод не владел "Фрешвей".
– Я знаю, что я - уборщик, но почему мне нельзя просто днем убираться?
– Я хочу, чтобы это место было идеально чисто. Я не могу позволить нашим гостям закупаться, пока пол мокрый,
В груди у Фентона скрутило. Его разрывало между ненавистью и необходимостью этой работы одновременно.
– Извините мистер Браун. Конечно, я в команде "Фрешвей". Просто сообщите к какому времени подойти.
Тод мелькнул фальшиво учтивой улыбкой, хлопнул Фентона по руке.
– То-то, мой мальчик. Мы будем здесь к десяти вечера. Закончим к шести утра, когда прибудут на свои утренние смены пекари.
Тод отправился к гастрономии, лая на них, что ему нужно, чтобы очередная партия цыплят гриль была направлена в духовку. Вчера он лаял на них из-за того, что они сделали слишком много цыплят, сегодня из-за того, что их слишком мало. Типичный Тод-хуесос. Он всегда должен был найти какую-то ошибку, всегда должен знать все лучше всех. Фентон показал средний палец в спину боссу и украдкой снова бросил взгляд на Милу, когда она вытянулась, чтобы достать решетку для духовки, ее футболка плотно прилегала к плечам. Фентон прикусил нижнюю губу. Конечно, Мила была слегка полновата, но в нужных местах.
Напевая "Just a Friend" Биза Марки[2] он покатил ведро со шваброй вперед магазина, планируя заняться уборными. Он миновал дисплей "Butterfingers"[3], который установил ранее, картонный стенд Барта Симпсона на своем скейте со своей коронной фразой: "Никому лучше не притрагиваться к моим "Butterfingers", которая исходила из его рта в форме кружка с речью. Этот дисплей определенно нравился Фентону больше, чем картонный стенд в натуральную величину с фигурой Боба Сагета[4], который стоял рядом со стойкой журналов и рекламировал "ТВ Гид", та штука вызывала у него дрожь.
Барта он миновал по случаю, но вот Стефани он миновал нарочно. Молодая блондинка накручивала локоны на палец, в джинсах-"варенках", обтягивающих бедра сильнее чем кожа.
– Привет, Стеф.
Она посмотрела в его сторону, атомная волна ее обесцвеченной челки поднялась на добрых четыре дюйма над ее головой.
– Привет, Фентон. Mилое ведро со шваброй.
Она всегда так дразнила, и всегда подмигивала. Фентон заметил, что она жует жвачку, но Тод ничего по этому поводу не сказал. Управляющему было около пятидесяти, но он по-прежнему позволял старшеклассницам манипулировать собой с помощью щенячьих глаз и стоящих титек.
– Неплохое ожерелье, - продолжил Фентон.
Она поиграла пальцами со своим символом aнx[5], какой-то египетский тренд, который она перехватила. Если бы Фентон был старшеклассником, он, наверное, носил бы нечто подобное, но его дни былой славы давно прошли. С момента окончания школы прошло шесть лет, сейчас место городского плохиша заняли другая шпана.
– Ты тоже будешь сегодня ночью работать? – спросил он.
– О, ты бы просто хотел провести со мной ночь, не так ли?
– oна приподняла бровь.
– Верно, Фентон?