Ночная кобылка
Шрифт:
– А кто у вас должен быть королем после старого кентавра? Мне все казалось, что волшебников у вас больше нет. Я спрашиваю это из чистого любопытства.
– Мне не дано это знать, – спокойно ответил Бинк. – Если я останусь жить, то другой король уже не понадобится, если я погибну, то уже ничего не смогу узнать. Но вот ответь мне – почему ты всегда так хорошо осведомлен обо всех наших делах?
Хасбинбад рассмеялся. Даже если бы он ответил, то из-за все увеличивающегося расстояния Аймбри все равно не услышала бы его ответа. Но все равно ночную кобылку беспокоили два вопроса: как карфагеняне все узнавали и откуда они узнали то, что после Арнольда еще кто-то должен быть королем?
Глава 11
Черед кентавра
Аймбри быстро домчалась до замка Ругна, поскольку Баобаб находился от него совсем недалеко. Она с готовностью доставила бы туда и короля Бинка, если бы он того пожелал. Но король был полон решимости покончить с Хасбинбадом на месте и был, может быть, по-своему прав. Хасбинбад мог бы оказаться еще опаснее, если бы ему удалось добраться до второй половины своего отряда, который, кстати, тоже находился не слишком далеко.
Женщины в замке буквально истомились от безызвестности и тревоги. Танди, супруга великана-людоеда Удара, которая тоже была в замке, видимо, совсем не была рада тому, что ее муженек-людоед постоянно что-то охраняет. Теперь Аймбри понимала, что жителей Мандении будет очень трудно остановить даже стенами замка, и вовсе не была уверена, что великан Удар сможет это исправить. Аймбри, чтобы не терять драгоценное время, изобразила очередную сценку, в которой старалась наиболее убедительно и наглядно изобразить все произошедшие события, чтобы женщины поняли все сразу и не задавали больше никаких вопросов.
Айрин печально покачала головой. Она, подобно своей матери, немного оправилась от постигшего ее горя. Это, конечно же, совсем не означало, что она меньше тосковала по своему мужу и отцу, но теперь уже казалось, что Айрин стала осознавать, что ей лучше подумать над тем, какой вклад она могла бы внести в спасение Ксанта от полного уничтожения. Горе все равно преследовало бы ее, но нужно было еще и бороться.
– Бинк не вернется! – убежденно сказала Айрин. – Он слишком честен и порядочен, вот в чем его роковая ошибка. Я люблю его, как родного отца, но я слишком хорошо его знаю. Он никогда не подчиняется обстоятельствам, всегда идет напролом, не считаясь ни с чем. В Доре есть что-то подобное...
– А Удар вообще состоит только из подобного упрямства, – вставила Танди. Танди была хрупкой, стройной девушкой с длинными темными волосами – Аймбри, увидев ее раньше, ни за что бы не подумала, что такое нежное создание может быть женой великана, и к тому же еще и людоедкой. Но Аймбри уже приходилось сталкиваться с этой похожей на девочку женщиной раньше, и потому она знала, что ей нужна надежная защита, которая всегда выручала бы ее от посягательств разных там привидений и тому подобных назойливых кавалеров. А кто, как не Удар, мог лучше всего ее защитить?
– Так ты полагаешь, нам нужно уже готовиться к восшествию на престол нового короля? – вежливо поинтересовалась королева Ирис.
Аймбри промолчала.
– Мне кажется, ты права, – отозвалась Айрин.
– В таком случае, нам придется снова побеспокоить Аймбри и попросить ее поскорее связаться с кентаврами, – повернулась Ирис к ночной кобылка. – Вообще-то Бинку лучше было бы вернуться сюда и распорядиться, кто и чем должен тут заниматься. А поскольку он не вернулся, то нам, женщинам, придется делать все на свой страх и риск.
– Не совсем так, – поправила ее Айрин. – Кентавры вообще особо чувствительны по отношению к тем, кто занимается волшебством. Вы же помните, что они изгнали из своих рядов Арнольда, как только узнали о его даре. Они тогда, должно быть, обращались с ним еще хуже, чем с обычным человеком.
– Они изгнали тогда кентавра, который обладал магическими знаниями. Но кентавр на королевском троне Ксанта – это уже нечто иное. А если мы еще обрисуем сложившуюся ситуацию как она есть, то кентаврам будет над чем задуматься. Насколько я знаю, кентавры уже организованы и готовы к битве, им остается только своевременно выступить.
– А в каком смысле мы должны обрисовать им обстановку? – не поняла Аймбри.
– Ну, мы ясно дадим им понять, что если они вовремя нам не помогут, то все их и наши просчеты скажутся сначала на нас, а потом на них, и все равно всем нам придется иметь дело с этими карфагенянами. До сих пор кентаврам удавалось вовремя избежать всех контактов с жителями Мандении, а теперь я все-таки сомневаюсь, что им на этот раз также повезет.
– Я отправлюсь к ним сегодня же вечером, – решила Аймбри, – и обо всем их проинформирую.
Через некоторое время Аймбри поскакала на юг. Аймбри все еще беспокоилась за Бинка, но помнила, что король не велел ей возвращаться до наступления рассвета. Это странное проявление чести заставляло короля как прикованного торчать возле Баобаба, чтобы использовать отпущенный ему судьбой шанс – в одиночку выиграть или проиграть битву. Ночная кобылка чувствовала, что самое лучшее, что она может сейчас сделать – это помочь волшебной стране подготовиться к восшествию на престол нового короля. Это обещало быть нетрудным – ведь ситуация очень смахивала на один из тех очень похожих друг на друга снов, которые она, Аймбри, в изобилии доставляла повсюду. Да, действительно, ее амплуа с тех пор, когда она покинула Мир Ночи, изменилось не намного.
Размышляя о превратностях судьбы, Аймбри неслась все дальше и дальше на юг по равнине, которую тут обильно населяли разные кровожадные чудовища и не менее кровожадные растения. Раньше Аймбри не часто приходилось бывать здесь, поскольку людей тут было совсем немного, и потому особой мороки с доставкой им снов не существовало. А тем временем она уже скакала мимо замка Повелителя Зомби.
Внезапно Аймбри невольно вздрогнула. Ведь в замке сейчас наверняка было привидения Милли и двое ее детей, они, скорее всего, даже не подозревали, что кто-то заколдовал их мужа и отца. Нет, Аймбри просто должна была завернуть в замок и все рассказать, хотя рассказать она могла довольно немногое.
Свернув в сторону, Аймбри быстро домчалась до замка, перепрыгнула широкий ров, прошла сквозь осыпавшуюся стену и через мгновение оказалась в безукоризненно убранном главном зале. Милли сидела как раз в этом зале и, низко склонив голову, читала толстую книгу под названием «Удивительные манденийские сказки» своим детям, которые как завороженные смотрели на мать в неярком свете волшебного фонаря, горевшего сбоку и отбрасывавшего на присутствующих длинные причудливые тени. Как только кобылка вышла прямо из стены, все трое разом резко подняли головы.