Ночь веселья
Шрифт:
Давитта удивилась его интересу, но тут же ее вновь охватил ужас — маркиз добывал сведения о ней, решив, что она шантажирует его.
— Я… я совсем не собиралась связываться с театром… или с людьми вроде лорда Мундсли…
При этих словах маркиз посмотрел на нее особенно внимательно.
— Почему вы такого мнения о Мундсли? — спросил он.
— Потому что это ужасный человек… отвратительный… и испорченный!
— Почему вы так думаете?
Давитта промолчала, но маркиз заметил,
— Я задал вам вопрос, Давитта, и жду ответа!
Девушка хотела было заявить, что не желает обсуждать это, но под взглядом маркиза она смешалась и чуть слышно ответила:
— Он… он предлагал мне дом в Челси.
— Это меня не удивляет, — заметил маркиз. — Мундсли — подонок, с которым не станет связываться ни одна приличная женщина.
Давитта была полностью согласна с маркизом, однако после признания ее охватил такой стыд, что девушка не осмеливалась поднять головы и только крепче стиснула кулачки.
— Забудьте его! — отрезал маркиз.
— Я бы рада… я так его боюсь…
Тут Давитта поняла, что, если она покинет Шербурн-хаус, лорду не составит труда вновь отыскать ее. Нет, придется возвращаться в Шотландию и жить с Гектором, пока мистер Стирлинг не подыщет ей места.
Будущее показалось ей столь безрадостным, что девушка осмелилась поднять взгляд на маркиза и дрожащим голосом спросила:
— Когда мне уезжать?
— Я не сказал, что хочу вашего отъезда.
В глазах Давитты вспыхнула надежда, и девушка недоверчиво спросила:
— Вы… вы не расскажете вашей тетушке о… той истории?
— Я не могу расстраивать тетушку.
— Но… вы все еще хотите, чтобы я уехала.
— Нет, если вы сами этого не хотите.
Глаза Давитты загорелись ярким огнем.
— Вы хотите сказать… что я… могу остаться? — нерешительно поинтересовалась она.
Маркиз молчал, и девушка взмолилась:
— Пожалуйста, позвольте мне остаться! Мне… мне прав, да очень жаль, что случилась вся та история…
— Теперь я верю, что вы действительно здесь ни при чем, — благосклонно кивнул маркиз.
— Я же говорю, я не знала, что они замышляют, — повторяла Давитта. — Но если бы я… приняла предложение лорда Мундсли… ничего не случилось бы. Но тогда я рассердила бы Виолетту… она и так обо всем догадывалась…
Девушка то и дело запиналась, но продолжала, желая как можно искренне поведать маркизу о случившемся, однако он прервал ее:
— Забудьте об этом. Когда-нибудь кто-нибудь — возможно, даже я — преподаст Мундсли заслуженный урок. А до тех пор выбросите его из головы.
— Я бы очень этого хотела, — просто ответила Давитта.
— Ну так за чем же дело стало?
— А я… смогу остаться с графиней?
— Что касается меня, то
— Она говорила, что все они были похожи на испуганных кроликов, — со слабой улыбкой припомнила Давитта.
— А вы не боитесь?
— Графини — нет, только вас. Я думала, что вы будете очень сердиты…
— Я и был сердит, — согласился маркиз. — Но я сердился не на вас, особенно когда узнал, что вы исчезли.
— Разве вы не поняли, что я не хотела брать у вас деньги?
— Я так и думал, что именно это послужило причиной вашего отъезда.
Давитта глубоко вздохнула.
— Я очень рада, что вы так думали. Значит, все гораздо лучше, чем я ожидала. Но я больше никогда в жизни не пойду в «Веселый театр».
— В «Веселый театр»? — озадаченно переспросил маркиз.
— Это чужой для меня мир… и я не понимаю тамошних порядков, — объяснила Давитта. — Моя мачеха Кэти была добра со мной… и Виолетта тоже — но порой их поведение меня просто шокировало.
При этих словах Давитта вспомнила о побеге Кэти, уехавшей с Гарри, и о Виолетте, которая принимала дорогие подарки от лорда Мундсли.
— Сколько вам лет? — спросил маркиз.
— Восемнадцать, — ответила Давитта.
— И вы никогда прежде не бывали за пределами Шотландии?
Давитта покачала головой:
— Я приехала в тот же день, когда мы с вами встретились в ресторане. Я… город меня просто потряс.
Давитта неожиданно вспомнила и еще кое-что: брошенную Рози. Девушка быстро опустила глаза, и по ее щекам поползла краска.
— Забудьте это, — резко приказал маркиз, словно прочитав ее мысли. — Забудьте и никогда больше не связывайтесь с «Веселым театром». Теперь-то я понимаю, почему вы хотите остаться здесь.
— Значит, мне., не нужно уезжать? — снова спросила .Давитта, боясь, что маркиз вдруг передумает.
— Ну что вы, я не стану чинить вам никаких помех.
— О, спасибо вам, большое спасибо. Это, наверное, глупо, но… графиня мне как бабушка, мне очень нравится быть с ней. Я счастлива, как никогда!
Давитта поймала на себе внимательный взгляд маркиза — словно тот не мог поверить, что видит перед собой девушку, счастливую от того, что живет вместе с пожилой женщиной в уединенном доме, где нет ни ровесников, ни кавалеров. Но глаза Давитты горели неподдельным счастьем, и маркиз сказал только:
— Я хотел попросить у тетушки разрешения переночевать здесь. Вчера я услышал, что по соседству продаются неплохие лошади, и решил посмотреть на них. Кроме того, это было бы прекрасной возможностью повидать ее, ведь я не был здесь вот уже три месяца.