Ночь в провансе
Шрифт:
– Куда мы идем? – спросила она, когда Филипп направился в сторону коридора, отгороженного от холла бархатным канатом.
– На кухню за водой и аспирином.
– Но как же экскурсия?
– Она продолжится без вас. Можете не волноваться, вы присоединитесь к остальным, когда вам будет пора возвращаться в отель.
Визгливого голоса экскурсовода больше не было слышно. Должно быть, группа перешла из Салона цветов в другое помещение.
– Только аспирин и вода. Ничего больше.
– Конечно, ma chere, –
Это сказал ей человек, который уже один раз ее обманул. Очевидно, Дженна оставила здравый смысл в Америке, раз последовала за ним.
Просторная кухня с высокими потолками и большими окнами словно сошла со страниц журнала, посвященного дизайну интерьера. Она была оформлена во французском сельском стиле. Грубый деревянный стол и большое количество керамической и медной посуды прекрасно сочетались здесь с современной бытовой техникой из нержавеющей стали. Печь была такой огромной, что, наверное, заняла бы всю кухню в квартире Дженны.
В воздухе пахло свежевыпеченным хлебом и лимонами.
– М-м-м… Как вкусно пахнет.
– Это хлеб фугас [8] . Моя домработница Генриетта печет его всякий раз, когда я сюда приезжаю. Хотите попробовать?
– В зависимости от того, что это.
– Это маленький кусочек рая под золотистой корочкой, – рассмеялся Филипп. – Садитесь. Я принесу вам аспирин.
Сев на диванчик, она стала наблюдать за тем, как он один за другим открывает кухонные шкафчики в поисках лекарства. Ей все еще не верилось, что он владелец шато.
8
Фугас – хлебная лепешка в форме колоса или листа, которую пекут в Провансе.
– Вы часто сюда приезжаете? – спросила она. – Я имею в виду шато. Экскурсовод упомянула, что вы не живете здесь постоянно.
– Она права. Я живу в Арле неподалеку от нашего офиса.
– Я удивлена.
– Нашел! Он был рядом со специями. – Филипп продемонстрировал ей пузырек с белыми таблетками. – Почему вы удивились? – спросил он, передав ей аспирин.
– Учитывая то, как вы вчера восхваляли сельскую местность Франции, можно было подумать, что вы проводите здесь много времени.
– Я люблю божоле, но, если бы я пил его каждый вечер, оно мне надоело бы. Я предпочитаю разнообразие. Мне нравится как городской шум, так и тишина провинции.
Филипп поставил перед ней на стол стакан воды и керамическую тарелку, на которой лежал плоский хлеб в форме колоса. Когда Дженна приняла аспирин, он сел рядом, отломил кусок хлеба и протянул ей:
– Уверяю вас, вы не будете разочарованы.
– А если буду?
– Тогда у вас нет души.
Дженна попробовала хлеб. Под хрустящей корочкой оказался мякиш со вкусом розмарина и апельсина.
– Очень
Филипп отломил кусок хлеба для себя.
– Вот видите? Я же вам говорил. Генриетта печет фугас лучше всех.
Несколько минут они ели молча. Дженна чувствовала, как головная боль ослабевает. Она украдкой наблюдала за Филиппом, который ел хлеб, смакуя каждый кусочек. Его веки были опущены, а уголки губ приподняты в довольной улыбке. Смотреть на него было не менее приятно, чем пробовать новое лакомство.
Вдруг Дженне в голову пришла одна мысль.
– Почему вы были уверены, что мы с вами встретимся снова?
Продолжая смаковать хлеб, Филипп открыл один глаз.
– Что я могу сказать? Я верю в судьбу. И… – На его скулах проступил легкий румянец. – Я попросил администратора отеля мне позвонить, когда вы запишетесь на экскурсию.
– Что?
Неудивительно, что девушка за стойкой все время ей улыбалась. Оказывается, она была сообщницей Филиппа.
– Группы туристов приходят сюда с утра до вечера. Я не хотел пропустить ваш визит.
– Поэтому вы попросили проинформировать вас заранее.
– Я предпочитаю думать, что таким образом умилостивил судьбу и она встала на мою сторону.
Дженна прищурилась.
– Вы могли бы позвонить мне в номер и пригласить меня.
– Но в этом случае сюрприза не получилось бы. Наша сегодняшняя встреча стала для вас сюрпризом, правда?
– Гм… – Дженна продолжила на него смотреть прищуренными глазами. Она не знала, что ей думать. Ни один мужчина до сих пор не шел ради нее на подобные хитрости. – Вы неисправимы, и вы это знаете, правда?
– Oui [9] .
– И вы были польщены. Я прочитал это в ваших глазах.
Она действительно была польщена, но не собиралась ему в этом признаваться.
– А что, если меня просто позабавило ваше высокое самомнение?
– Если бы я просто позабавил вас, вы не покраснели бы. – Откинувшись на спинку диванчика, он самодовольно улыбнулся. – Мне жаль, что у вас заболела голова. Это не было частью моего плана. Надеюсь, сейчас вам уже лучше?
9
Да (фр.).
– Да, спасибо.
– Хорошо. Я и забыл, каким резким может быть запах лаванды. В детстве мы с моим братом Феликсом постоянно жаловались на этот запах.
– У вас есть брат? Вчера во время нашей экскурсии вы сказали…
– Что остался только один представитель семьи д’Юсей? Да. Это я. Мой брат умер от рака несколько лет назад.
Его тон был спокойным, но Дженна заметила, что, прежде чем он поднес к губам стакан с водой и сделал глоток, в его глазах промелькнула тень.
– Мне жаль.