Ночь в его объятиях
Шрифт:
В следующее мгновение их губы снова слились в поцелуе.
Глава 8
Этот поцелуй мог быть началом конца, и Брэм знал это. Знал, что его глупый поцелуй мог стать концом всего — всех его планов и его военной карьеры. Возможно, и концом его жизни.
Причем он знал все это с самого начала — и все же рискнул. А ведь мог остановиться и сделать все правильно.
Он сразу понял: ее раньше не много целовали. По крайней мере не целовали должным образом. Она пыталась
Что ж, ничего удивительного. Едва увидев ее, он понял, что эта девушка была спящим вулканом, и мисс Финч доказывала ему это несколько минут назад. А ее неопытность — она делала процесс обучения еще более приятным. Впрочем, Брэм понимал, что сейчас она еще не готова к большему — только к поцелуям. А он, напротив, был очень даже готов…
В безумном инстинктивном порыве он прижал ее к своему ноющему паху. А она… Если она и почувствовала свидетельство его возбуждения, то не испугалась и не отстранилась. И он прошептал ей в ухо:
— Сюзанна, о, Сюзанна…
Она вздохнула в его объятиях и улыбнулась — словно ей очень понравилось звучание ее имени в его устах.
А Брэм повторял ее имя снова и снова. Страстно обнимая ее, он бормотал:
— Сюзанна, Сюзанна, Сюзанна…
А потом он вдруг сообразил, что они оба все еще полностью одеты. О Господи, почему?!
Брэм дернул за верхнюю застежку ее перчатки — они сводили его с ума, эти чопорные атласные ножны со множеством пуговиц и прямыми стрелками швов. Судя по всему, и она тоже едва сдерживала свою природную страсть — так что же случится, если снять перчатки?
Он расстегнул первую пуговицу.
— Лорд Райклиф, вы…
— Брэм, — поправил он, расстегнув вторую пуговку. — После такого поцелуя вы должны говорить мне «Брэм».
— Брэм, пожалуйста…
— С удовольствием.
Он поцеловал ее в губы еще раз. И тотчас же ее руки скользнули по его груди.
Но она вдруг оттолкнула его.
— Лорд Райклиф, я сказала… «пожалуйста».
Нотки тревоги в ее голосе удивили его. Глянув ей в лицо, он обнаружил на нем выражение отчаяния — нижняя губа дрожала, а глаза были опущены.
Брэм немедленно понял, что именно их ему не хватает. Если он провел так много времени, думая о ее глазах, то, наверное, потому, что она всегда встречала его взгляд смело и бесстрашно. То есть так было до сих пор, а сейчас…
— Сюзанна…
Он протянул руку к ее подбородку, чтобы приподнять его и заглянуть ей в лицо. Она смотрела в темноту широко раскрытыми глазами — смотрела с мольбой. И его сердце дрогнуло. Да, он желал ее, но также хотел и защищать. А может, это означало, что он, Брэм, лицемер?
Нет-нет, он просто мужчина.
— Сэр, я… — Ее губы приоткрылись, словно она хотела что-то сказать. — Мой отец!.. — выдохнула Сюзанна.
Да-да, ее отец!
Брэм сразу же отпустил девушку. Ее отец — вот оно, мгновенное исцеление от
Ответ прост. Это случилось, как только он решил поцеловать Сюзанну, по-настоящему поцеловать… Тот поцелуй был всепоглощающим, но он не должен повториться!
— О Боже… — пробормотала она, приглаживая растрепанные волосы. — Как же это случилось?
— Не знаю. Но это не повторится.
Она бросила на него острый, как алмаз, взгляд.
— Конечно, не повторится. Это просто… невозможно.
— Вам лучше не попадаться мне на глаза. Держитесь на расстоянии.
— Да-да… — Она дрожала, словно в лихорадке. — На очень большом расстоянии. Я буду подальше от вас. А вы держите своих мужчин на расстоянии от моих леди, договорились?
— Отлично. Так и сделаю.
— Вот и хорошо.
Она пыталась застегнуть перчатку дрожащими пальцами.
— Вам помочь?
— Нет, не надо!
— А вы… — Он откашлялся. — Вы собираетесь рассказать об этом отцу?
— Об этом?.. — Она посмотрела на него в ужасе. — О небеса, конечно, нет! Вы с ума сошли? Он не должен ничего узнать.
«Какое облегчение», — подумал Брэм. А Сюзанна вдруг нахмурилась и проговорила:
— Когда мой отец предложил создать милицию, а вы согласились, я подумала, что это просто для видимости. Но сейчас, когда я посмотрела на все это… — Она обвела взглядом арсенал. — Ах, пожалуйста, не вовлекайте его в это дело. Он, может быть, и хотел бы участвовать, но вы не должны такого допустить. Отец стареет, и его здоровье уже не то, что было когда-то. Сэр, я очень вас прошу…
Брэм не знал, что ответить. Наконец кивнул:
— Хорошо, даю слово.
— Благодарю вас, сэр.
После этих слов она резко развернулась и убежала.
Вечером, как и всегда, Сюзанна ужинала в одиночестве. А после ужина переоделась ко сну.
Зная, что не сможет заснуть, она решила почитать и взяла книгу с тяжелым, «усыпляющим» медицинским текстом. Попыталась читать, но из этого ничего не вышло. Больше часа она вглядывалась в одну ту же страницу. Затем поднялась с постели и спустилась по лестнице.
— Папа, вы все еще работаете? — Она запахнула халат, стянув его поясом на талии, и взглянула на часы в коридоре, осветив их свечой (было уже за полночь). — Папа?
Сюзанна замешкалась у входа в мастерскую отца, расположенную на первом этаже.
До недавнего времени местом занятий отца был флигель, но Сюзанна сумела настоять на том, чтобы он перебрался в главный дом. Тогда же она убедила его отказаться от полевых испытаний. Ей нравилось, когда отец находился рядом. К тому же, работая, он часто оставался в одиночестве на протяжении нескольких часов и даже дней, и пока он был в доме, она хотя бы знала, ел ли он что-нибудь.