Ночь сурка
Шрифт:
Он пребывал в совершеннейшем восторге, захлебывался словами, размахивал руками.
– Точно сглазила! – сказала Зоя. – Расслабься. Про журналиста не спросил? Если она ведьма, может, знает.
– Блин! – Иван хлопнул себя ладонью по лбу. – Не сообразил! Ну, ничего, она тут недалеко живет, можно навестить. Марго, ты хорошо ее знаешь?
– Не очень. Она живет в городе, вдвоем с внуком Никитой. Он какой-то недоделанный или вообще с приветом, смотрит мимо и никогда не здоровается. Президент какой-то недоделанной секты, «Руна» вроде. Как ненормальный носится
– «Руна»? – обрадовался Иван. – Знаю! Все знают. Эзотерический клуб, я там был однажды. Хорошие ребята, правда, без царя в голове.
– А она правда ведьма? – спросила Стелла.
Марго пожала плечами.
– Может, и ведьма.
– А внук такой же?
– Говорю же, с приветом. Они каждый вечер гуляют с собаками. Навещают Рубана, он их любит.
– А ты?
Марго пожала плечами.
– О чем с ними говорить?
– А Мэтр о чем?
– Да все о том же! Каменные бабы, древние алтари, реликты, пещеры, вход в древний мир… всякая чушь. Рубан верит, и она… они оба верят. Она ему травы приносит. Я не выдерживаю с ней рядом. Да и она меня не жалует, одного Рубана. Ее все здесь боятся. Но в случае чего, бегут к ней.
– А гадать она умеет? – спросила Зоя.
– Она не гадалка, а ведьма.
– Может, скажешь, какая разница?
– Гадалки все шарлатанки, а ведьма – это серьезно, – сказал Иван. – Любой может стать гадалкой, вон в Интернете полно курсов. Даже я. Хочешь, погадаю по ручке?
– Хочу! – Зоя протянула ему руку. – А ты у нас ведьма или шарлатан?
Иван прижал ее ладонь к губам. Зоя хихикнула.
– Я у вас ведьмак. Слушай, моя красавица! – начал Иван, буравя ее взглядом. – Будешь ты жить долго и счастливо, и рядом с тобой будет достойный мужчина…
Миша поднялся и сказал резко:
– Зоя, мы собирались в поселок. Идешь?
– Подожди! – отмахнулась подруга. – Видишь, тут судьба решается.
– Как хочешь! – Миша стремительно вышел из гостиной.
– Смотри, бросит, – сказала Елена. – Миша у нас парень серьезный.
– Бросит? Меня? – рассмеялась Зоя. – Да он у меня в ногах валяется… поняла? Я не хотела сюда ехать, так он заплакал. Говорит, дань уважения Мэтру, не очень хочется, но сама понимаешь… все такое.
– Мишка заплакал? – не поверила Елена. – А ты, подруга, не свистишь, часом?
– Не он первый, не он последний. Стоит мне захотеть… Иван, возьмешь меня замуж?
– Возьму! Когда?
Зоя расхохоталась.
– Я подумаю! А там написано, что мы поженимся?
– А как же! Вот видишь, линия вокруг большого пальца? Это я!
Бесшумно появилась Наташа-Барби, сказала, ни к кому не обращаясь:
– Собачке уже лучше. Саломея Филипповна сказала: отравление, скорее всего крысиным ядом. Леонард Константинович в порядке.
– А кто траванул, не сказала случайно? – спросил Дим. – Кому она помешала?
– Что ты несешь! – воскликнула Марго. – Кому нужно ее травить! Ты же прекрасно
– Я иду гулять, – заявила Елена. – Кто со мной? Пока солнце.
– Может, поискать журналиста? – предложила Стелла. – А вдруг…
– Федор, вы с нами?
– С удовольствием. Только схожу, проведаю Леонарда Константиновича и Нору. На лыжах?
– Пешком. Дядя Паша выдаст валенки. Подъем! Наташа! Дим!
– Я пас! – Дим поднял руки. – Холодно, ну ее на фиг, эту романтику!
– А мы, Зоенька? – умильно спросил Иван. – День просто шикарный!
– Пошли! Хочу посмотреть на перевернутую тачку.
– Марго, ты с нами? – позвала Елена. – Ты чего кислая?
– Простыла, наверное, пойду прилягу…
– Здесь! – сказал Иван, останавливаясь. – Фары уже погасли. Представляете, девчонки, фары горели всю позапрошлую ночь! Смотрим сверху, а они светят. Прямо мистический ужас какой-то! Уже погасли.
– Куда же он все-таки делся?
– Скорее всего засыпало снегом.
– А почему собаки не взяли след? Мы на другой день искали с собаками. Не взяли след собачки-то. Мистика!
– Иван, ты такой впечатлительный! – хихикнула Зоя.
– Летим вниз? – Наташа-Барби стремительно шагнула с дороги в снег, упала на спину и заскользила вниз.
– Во дает! – сказала Зоя.
За Наташей-Барби, цепляясь за кусты, стали спускаться остальные. Зоя вскрикивала, оступаясь, мела сугробы своей шикарной норковой шубой. Иван удерживал ее за руку. Елена вырвалась вперед, заскользила, балансируя и размахивая руками. Федор последовал за ней, стараясь держать равновесие. Стелла и Артур, взявшись за руки, осторожно и медленно съезжали, сопротивляясь ускорению, тащившему их вниз…
– Уф! Приехали! – расхохоталась Зоя, отряхивая полы шубы. – Фары, между прочим, еще горят!
Они стояли кучкой, рассматривая завалившуюся набок машину. Передние фары действительно горели – едва заметно, выморочным желтоватым светом, находясь при последнем издыхании.
– Страшно! – выдохнула Стелла. – Машина еще живая, а человека нет…
Открытая дверца со стороны водителя, сугроб внутри, занесенное снегом лобовое стекло, паутина трещин и грязно-бурые пятна. Горящие фары… все еще горящие.
Они стояли молча. Даже Зоя прониклась пронзительным трагизмом картины и замолчала наконец.
– Куда он мог уйти? – сказал Артур, ни к кому не обращаясь.
– Уйти? Уползти. Мы пошли искать через шесть часов, значит, он мог прийти в себя, выбраться и уползти. Тем более тачка не перевернута, а только накренилась. Вопрос: куда?
– Она могла перевернуться несколько раз, а потом снова стать на колеса и завалиться набок. Надеюсь, он был пристегнут, – сказал Федор.
– Он мог уползти только сюда, – сказал Иван, показывая рукой. – В сторону от машины, как можно дальше… он мог опасаться взрыва. То есть оставил ее позади себя, за спиной.