Ночь скорпиона
Шрифт:
Дорогие читатели!
Какие образы возникают у вас, когда вы слышите о Древнем Египте? Скорее всего, вы представляете величественные пирамиды, загадочных сфинксов, гордого фараона, руководящего войском… А теперь представьте себе Египет, в котором еще нет фараона и нет пирамид. Вместо единого государства — множество кланов, сражающихся друг против друга. Во главе каждого клана стоит царь, наделенный силами своего тотемного животного — мощью Быка, нежностью Газели, храбростью Льва, коварством Крокодила. Земля содрогается от междоусобных набегов. Вся жизнь пронизана магией, а боги не гнушаются спускаться
Известно, что там, где историк лишь разведет руками и скажет: «Свидетельств практически не сохранилось», писатель воскликнет: «Постойте, я знаю, что тогда происходило!» И каждый из них будет по-своему прав. Исторических свидетельств об этой эпохе до нас дошло крайне мало, но их достаточно для того, чтобы вдохновить писателя.
Конечно же, Кристиан Жак досконально изучил историю Древнего Египта. Описание одежды, храмов, оружия, пищи в его произведениях глубоко историчны; читая книгу, вы можете быть уверены, что именно так, как описывает автор, и жили люди в то время. Кроме того, он овладел египетской письменностью так хорошо, что, по его признанию, иногда ему проще выразить мысль иероглифами, чем на своем родном языке. В своих романах Жак использует собственные переводы дошедших до нас древних текстов. Ну а мастерское владение словом позволяет писателю превратить сухие факты в увлекательный рассказ.
Если после всего сказанного вам показалось, что впереди вас ждет знакомство пусть с занимательным, но всего лишь пособием по истории, поспешим вас успокоить. Книга, которую вы держите в руках, — приключенческий роман. И не важно, сколько тысяч лет отделяют нас от героев, не важно, что магия для них не выдумка, а реальность, — прежде всего они люди. Они любят, страдают, сражаются и следуют велению долга.
Первая часть этой увлекательной трилогии «Земля фараонов. Война кланов», вышедшая на русском языке, вызвала интерес у читателей. Они с нетерпением ожидали продолжения приключений полюбившегося героя Нармера. И вот пришло время новой книги!
Нармер еще на шаг приближается к своей цели — объединить земли и уничтожить захватчиков. Но что ждет его дальше? Его возлюбленная в опасности, его другу угрожает предатель, под стенами его города стоят враги… Однако боги покровительствуют смелым! Преодолев все трудности, получив благословение предков и силу всех кланов, Нармер станет тем, кто объединит Верхний и Нижний Египет и войдет в историю как первый фараон!
1
Прижимая к сердцу раненого ребенка, крестьянин бежал так быстро, как никогда в жизни еще не бегал. Он старался думать только о том месте, куда стремился, каким бы недостижимым оно ни казалось, — об укрепленном и безопасном лагере главы клана Быка.
Но разве можно забыть о том, что жена и дочери его изнасилованы и растерзаны, коровы убиты, а ферма разрушена? Схватив тяжелый пест — первое, что подвернулось под руку, — он убил ливийца, который душил его маленького сына, и бросился в заросли высокой травы.
Ливийцы… Подчиняя себе северные области Двух Земель, они всюду сеяли смерть и опустошение. Этим дикарям нравилось убивать, грабить и жечь. Они вырезали целые поселения, а оставшихся в живых подвергали страшным мучениям. В плен брали только юношей, здоровых взрослых мужчин и соблазнительных женщин. Все они, естественно, становились рабами завоевателей.
Мимо
— Мы спасемся! — шепнул он на ухо своему ребенку.
Единственным его преимуществом было отличное знание: этой топкой, густо поросшей растительностью местности, изрезанной бесчисленными ручейками, которые питали здешние болота. Убийцы, для которых привычнее были родные ливийские пустыни, продвигались с трудом, и некоторые уже стали жертвами зыбучих песков. Потревоженные ядовитые водяные змеи тоже не упускали шанса впиться зубами в щиколотку или икру обидчика.
Если крестьянину все-таки удастся невредимым пробраться через заросли папируса, он выйдет на равнину, в сердце которой и находился укрепленный лагерь — его единственное спасение. Но ведь на равнине он станет отличной мишенью для вражеских лучников!
Уаш, вождь объединенных ливийских племен, обозревал дымящиеся руины разрушенной фермы и истерзанные трупы ее обитателей. Высокий, большеголовый, черноглазый, с надменно выступающим подбородком… Такое зрелище было ему по душе.
Бык, могущественнейший из повелителей кланов, совершил две фатальные ошибки. Во-первых, он полагал, что ливийские племена всегда будут разрозненными и не смогут объединиться, чтобы напасть на его земли; во-вторых, этот слишком доверчивый деспот покинул Север и увел за собой армию, чтобы завоевать Юг, оставив незначительное количество воинов, которым вменялось в обязанность защищать его подданных и границы его земель.
Стать абсолютным хозяином Двух Земель — эта мечта не давала Уашу покоя. Чтобы воплотить ее в жизнь, он нуждался в огромной, беспрекословно подчиняющейся ему армии. Терпеливый и хитрый, он заслужил в народе прозвище Лжец и весьма преуспел в задуманном: устранил соперников и подчинил себе соплеменников.
Он сеял ужас и смерть, и это неизменно давало желаемый результат. Уаш, почти не встречая сопротивления, избавлялся от стариков, от слабых и больных, оставляя в живых тех, кто мог трудиться на благо своих новых господ. Его советник по имени Пити, лысый сорокалетний толстяк, в корне пресекал любое проявление жалости к побежденным. За несколько месяцев Уаш рассчитывал подчинить себе Север и, обосновавшись на новых территориях, начать наступление на Юг.
Когда Пити подошел к своему военачальнику, на лице у него читалось замешательство.
— Повелитель, одному местному удалось убежать.
— Недосмотр!
— Парень оказался слишком быстрым.
— Догнать!
— Я поручил это Икешу.
Вождь ливийцев улыбнулся. У беглеца не было ни единого шанса уйти живым из рук этого прирожденного убийцы.
— В наказание казните пленных. Любую попытку мятежа нужно сурово пресекать. Когда Икеш приведет назад этого червя, я сам им займусь.
Одного ливийца поглотили зыбучие пески, еще двух укусили гадюки… Эта охота на человека оказалась делом далеко не легким. Необходимость пробираться по лабиринту в зарослях папируса немного охладила пыл солдат, преследовавших наглеца, который осмелился напасть на их товарища по оружию.