Ночь с братом мужа

Борн Амелия

— А твое чудесное жаркое? Я бы за такое душу продала, — прикрыв глаза, призналась Ольга Станиславовна.

Меня замутило. Одно дело — готовить, а другое — представлять, что я ем жаркое… Странно. Может, я чем-то отравилась?

— Всем физкульт-привет, — поздоровался Никита, появившийся в столовой так неожиданно, что я вздрогнула.

Он подошел ко мне, привычно-обыденно поцеловал в висок и, устроившись за столом, кивнул на пирог.

— Положишь мне?

Ник был в хорошем расположении

духа, что в последнее время являлось редкостью, и я решила, что именно сегодня стоит поговорить о весьма серьезном событии. О нашем переезде.

— Конечно, — ответила мужу, поднявшись из-за стола. — Как дела на работе?

— Просто прекрасно, — растянул губы в улыбке Ник. — Даже не помню, когда было настолько хорошо.

Он взял тарелку с пирогом, которую я ему протянула и принялся за еду.

— Ладно, я не буду вам мешать, — проговорила свекровь, поднимаясь на ноги. — Спасибо, Мирочка. Твой пирог — просто фантастика.

Она вышла, а я устроилась поближе к мужу. Некоторое время наблюдала за тем, как он ест, после чего невзначай спросила:

— Вкусно?

— Очень, — ответил Никита.

— Я уже совсем обосновалась на кухне. Повар смотрит на меня так, как будто хочет придушить, — пошутила с коротким смешком.

— Ну вот еще. Ты здесь хозяйка, так что пусть оставит свои влажные мечты в твою сторону.

Вот… вот, что могло стать идеальным началом для нашего разговора о переезде. Только как решиться на него, зная, что он может закончиться скандалом?

— На своей собственной кухне я бы чувствовала себя хозяйкой на все сто, — произнесла я как можно спокойнее, все же осмелившись начать беседу.

— И будешь, — подмигнул мне Никита. — Если сейчас одно дело выгорит, через пару лет построим себе дом мечты.

— Через пару лет?

— Да. Как я и говорил, в нашем доме все должно быть по высшему разряду. А на это нужно время. Ну, и финансы разумеется.

— Но…

Я прикусила губу, размышляя о том, стоит ли заговаривать на тему, которую озвучил не так давно Виктор Сергеевич. По сути, к той недвижимости, что имелась у мужа, я не имела никакого отношения. И как он мог отреагировать на мое желание поселиться в ней — не знала.

— Но мы пока можем пожить вдвоем в твоей квартире.

Я произнесла эти слова, а у самой ощущение внутри родилось, будто в пропасть прыгаю, очертя голову. Нет… Так не должно быть, черт бы все подрал! Нельзя бояться произнести лишнюю фразу, когда говоришь с собственным мужем!

— В моей квартире?

Ник мгновенно превратился в незнакомца. На лице застыла восковая маска, на скулах — заиграли желваки.

— Да. Твой отец сказал, что у тебя есть квартира. И дом, но, наверно, из дома будет далеко ездить на рабо…

— Никаких переездов, Мира.

Он отчеканил эти три слова таким тоном, как будто желал, чтобы каждая буква впилась в мою кожу ледяными иглами. Я даже вздрогнула

и поежилась.

— Я сказал, что мы переедем в наш дом, значит, мы переедем в наш дом, — сделав ударение на слове «наш», добавил муж. — И больше не заводи со мной таких разговоров.

— Но твой папа сказал, что целиком и полностью за то, чтобы мы переехали, — предприняла я последнюю попытку добиться желаемого.

— Мне плевать, кто и что там сказал. — Ник с силой бросил вилку и она со звоном ударилась о тарелку. — Спасибо за ужин. Я к себе.

Он поднялся и вышел из столовой, чеканя каждый шаг. А я осталась одна с ужасающим чувством какой-то безграничной усталости и пустоты. И желанием в очередной раз пойти и прорыдаться.

Я сидела на постели и бездумно вертела в руках телефон. Мысли переключились на Сашу, хотя, я очень старалась о нем не думать. С того ужина, который инициировал Никита, мы виделись лишь мельком пару раз. С Наташкой, кстати, тоже почти не общались, и я отчаянно гнала от себя мысли о том, что они с Алексом приятно проводят время вдвоем. И сама не могла понять, почему так остро на это реагирую в душе. Возможно, всему виной был тот поцелуй… когда я вдруг почувствовала то, чего не ощущала ни с одним мужчиной. Даже с мужем.

Телефон вдруг разразился мелодией входящего вызова. На ловца и зверь, как говорится, — подумала я, взглянув на экран. Звонила Наташка.

— Да? — ответила подруге, и та в ответ разразилась тирадой, из которой я мало что могла понять. — Так-так, стоп! — взмолилась я, когда щебетание Наташи продлилось с минуту. — Ничего не поняла… Какая вечеринка?

— Да у Костика, ну говорю же! Приезжайте с Ником! Будет весело.

Я хмыкнула и сжала переносицу пальцами. Костик, друзья, вечеринки… все это казалось принадлежащим совсем другой жизни. Не моей.

— Никита на работе допоздна. Приедет уставший, — ответила Наташе.

Хотя, даже если бы приехал не уставший, вряд ли был бы в восторге от такого приглашения.

— Ну тогда давай к нам одна. Чего дома-то киснуть?

— Хм.

На языке вертелся вопрос — уж не будет ли присутствовать на этой вечеринке брат Ника? Но задавать его напрямую было слишком рискованно.

— А ты? Одна будешь? — все же уточнила у подруги.

— Ну, естественно. С кем же мне еще быть, — фыркнула Наташа. — Так что? Приедешь?

Всего на мгновение я представила, что соглашусь. Ник вряд ли будет против — ему в последнее время до меня не было никакого дела. Но и я сама чувствовала себя настолько разбитой, что танцы и гулянки — последнее, о чем хотелось сейчас думать.

— Наверно, нет, Наташ. Мне что-то нездоровится в последнее время, — призналась я.

— Приболела? Сейчас вирус какой-то ходит непонятный.

— Да не знаю. Тошнит, спать хочется. В старуху превращаюсь, — невесело пошутила в ответ.

— Так-так.