Ночь Пса
Шрифт:
– На какой книге? – прервал его Саррот. – Я не в курсе ваших деталей...
– Почтовым ящиком, который нам передал для срочного анализа герр Комски, была книга. Малый атлас Четырех Миров. Имитация раритетного издания... – Генри откашлялся. – На обложке и двух страницах, кроме уже упомянутых, найдены отпечатки, идентифицированные по имеющимся у нас копиям файлов МВД Объединенных Республик. Они имеют странность...
Пенсне Саррота раздраженно и вопрошающе сверкнуло вновь.
– Они принадлежат некоему э-э... – Генри справился в записях, – Перу Густавссону, отбывающему срок заключения согласно приговору суда по делу известных вам Шести портов...
Господин
– Кроме того, заключенный Густавссон не был ни освобожден досрочно, ни объявлен в розыск... И срок его заключения ИУСТ не истек... Отпечатки, однако, оставлены им всего несколько часов назад. Нет, – Генри предупредил возможный вопрос. – Тут не может быть ошибки. Единственно разумное предположение – книга была кем-то срочно доставлена из ИУСТ сюда – в Кафе букинистов...
– Вы долго думали, прежде чем его сделать – это предположение? – ядовито осведомился шеф.
И, не дождавшись вразумительного ответа, попросил:
– Продолжайте. Или заканчивайте...
– Еще найдено, что ряд букв в приложении атласа – в разделе указателей особым образом помечен...
Саррот продолжал сверлить подчиненного близоруким вопрошающим взглядом.
– Отметки, которые несет текст, сделаны карандашом, еле заметно, но легко обнаружимы. Мы прогнали эту информацию через систему дешифрации и получили двадцать четыре осмысленных варианта расшифровки.
Генри протянул шефу пачку распечаток.
– Вы хотите, чтобы я прочитал все двадцать четыре? – с ласковым гневом осведомился тот.
– Нет... – Генри смутился. – Из них только один читается как адрес. И адрес этот соответствует одной из записей в наших файлах. Вот...
Господин Саррот принял листок из рук шефа экспертизы, воздел пенсне на нос, прочитал: ZELLER 3 STAR 12 1118 и снова снял пенсне. Положил листок на стол, пенсне – на листок и ночной птицей нахохлился над столом.
– Спасибо Генри, – глухо сказал он. – Вы свободны...
Господи, – спросил Бога человек, коротавший время за пивом у стойки. – Кто это увязался за чертовой китаянкой?... Готов поклясться, что я знаю этого пентюха. Видел его... Да это же – этот тип из Метрополии – Яснов! Как я не предусмотрел этого! Ждать больше нечего...
Он поднялся и двинулся следом за стремительно удаляющейся парой. Расстегнул пиджак и осторожно привел в боевую готовность скрытый под ним компактный автомат.
И еще один человек двинулся за ними. Сержанту Манфреду Кроне совсем не понравилось, что схема операции, которую ему с предельной ясностью втолковал Гурам, резко перекосилась и, чтобы не терять из виду Тихоню, ему пришлось двинуться через пустоватый зал, привлекая к себе совершенно излишнее внимание.
Ким Яснов был бы просто недостоин своей лицензии детектива, если бы не обратил внимания на этот маленький переполох.
Какого черта за нами увязался тип из жандармерии? – чуть рассеянно подумал он.
Энни ступила на торопливые ступени эскалатора. Чтобы ответить на назойливое жужжание Кима, она повернулась к нему – он уже был снова рядом. Отставая от них на пару шагов, на ступени вскочил тот самый худощавый любитель пива – сухой человек с резкими, словно шрамы, складками на лице.
– Мисс! – окликнул он Энни.
Младший следователь Смирный... – с легким удивлением констатировал про себя Ким.
Дальше события развивались слишком стремительно.
Впоследствии Ким не раз прикидывал и так, и этак – как обернулось бы дело,
Резко толкнув Энни в сторону, он бросился на ступени, выбросив обе ноги вниз по ходу движущейся лестницы. Со стороны могло показаться, что неожиданно сдуревший посетитель буфета решил напоследок лихо съехать по эскалатору на собственных ягодицах. Получив удар прочными походными ботинками по щиколоткам, Смирный взмахнул руками, словно увидев старого друга, и грянулся в объятия Кима. Впрочем, сориентировавшись уже в полете, он уберег свое оружие от профессионального захвата и, успешно вывернув руку Агента на Контракте, ткнул его носом в ступени. Оба тут же попытались вскочить на ноги, но именно в этот момент эскалатор доставил всю образовавшуюся кучу-малу в главный зал Почтамта и с облегчением вывалил всех ее участников на мраморную мозаику его пола.
Исключение составил сержант Кроне, который еще только по-пояс вынырнул с подземного уровня и сразу понял, что присутствует при попытке арестовать его объект. Инструкция на сей случай была совершенно четкой. Он снова вскинул пистолет.
– Сейчас укакошат моего главного свидетеля! – с досадой подумал пребывавший на четвереньках Ким и, сделав поднимающемуся в полный рост Смирному короткую подсечку, резким броском накрыл его сверху.
От полученного тут же прямого в челюсть, мир на мгновение превратился для него в подобие фейерверка. Однако цель броска была достигнута. Кроне продырявил из своего ZZ-21 не Смирного, а всего лишь пространство, в котором тот находился долю секунды назад.
Совершивший третью – более успешную – попытку подняться, и разминувшись с первой выпущенной в него пулей, осатаневший Тихоня не стал дожидаться второй, а срезал неожиданного нападающего короткой – на четыре выстрела – очередью. И тут же получил удар ребром ладони чуть позади уха. Удар Энни нанесла вполне профессиональный, и Тихоня послушно грянулся оземь, на несколько минут предоставив событиям идти своим чередом.
– И по все той же злой иронии Судьбы, – продолжил профессор, – обе экспедиции землян, в разное время достигшие Чура, оказались пленницами этой земли за Тысячью Небес. Первая – по причинам техническим: доставивший их на Чур Странник оказался неспособен на обратный рейс – трагедия целого ряда экспедиций того времени. Поняв – где-то к тому моменту, когда надо было начинать торможение на подлете к намеченой цели – тоже достаточно удаленной от Земли и Солнца звездочки – что стремительно состарившиеся в полете отражатели и несущая конструкция корабля не выдержат больше одного цикла такого торможения, и следовательно дороги домой нет, экипаж Странника решил достигнуть иной – предельно удаленной – планетной системы, единственным преимуществом которой было наличие в ней пригодной для жизни землян планеты. Планету эту – Чур – обнаружил автоматический, невозвращающийся зонд. В задачу Странника, кстати, как раз и входило – среди прочего – принять, обработать и сообщить на Землю сигналы с этого, на полвека раньше ушедшего в Дальний Космос зонда.