Ночь без конца

Лаймон Ричард Карл

Есть основания полагать, что, входя в гараж, он держал Карен перед собой. Говорил, что хочет использовать (тик) ее в качестве щита. Но что-то, видно, пошло не так. Ей как-то удалось освободиться. А может, он сам отпустил ее, чтобы освободить руки для стрельбы. Или она неожиданно сделала что-то такое, чего он не ожидал, и смогла вырваться. А может, это случилось уже после того, как его ранили в перестрелке. Если она выкарабкается, то, наверное, расскажет о происшедшем подробнее. Во всяком случае, то, что видела.

Потом, похоже, началась бойня, и Карен ранили в спину (тик) из сорок пятого, вероятно,

стрелял Саймон. Она (тик) упала на подъездной аллее на довольно приличном расстоянии от гаража и поэтому (тик) не сгорела со всеми остальными.

Для освещения гаража они использовали свечи и керосиновые лампы. Наверное, для создания необходимой обстановки. Это и явилось причиной пожара. Считается, что в одну из ламп попала шальная пуля.

— Когда прибыла пожарная команда, гараж был объят пламенем, и никого нельзя было послать внутрь, пока не погасили огонь. К тому времени все уже были мертвы. Внутри нашли подвешенную на цепях к балке (тик) женщину. Скорее всего это была Лиза. Была ли она еще жива к моменту появления Саймона… — Он пожал плечами. — Так или иначе, но ему не удалось ее спасти.

Одному Богу известно, что там происходило. Но ясно одно — Саймон не успел уложить всех до того, как его схватили. Началась рукопашная схватка, и его прилично изрубили саблей. Его тело нашли под двумя другими — они сплелись в единый клубок и обуглились. Рядом нашли трупы еще двоих. Похоже, Саймон убил тех двоих, после чего на него накинулась та, другая пара, которую обнаружили в одной с ним куче. Если в это время Карен еще была в гараже, быть может, она сможет поведать нам что-нибудь о финальных (тик) сценах. Дополнительные сведения мы получим также после вскрытия Саймона и остальных.

После этих слов Шарон отодвинула назад стул и встала.

— Мне пора отчаливать. Может, ты сообщишь мне еще кое-какие подробности…

— Ты вернешься сюда после окончания смены? — спросил тогда отец.

Несколько секунд они пристально смотрели друг другу в глаза.

— А ты этого хочешь?

— Да, конечно, хочу.

Шарон глубоко вздохнула и насупила брови.

— А вы, сержант, отдаете себе отчет, в какое время это, по всей вероятности, произойдет?

— Наверное, мне лучше дать тебе запасной ключ от дома.

И они вместе вышли из кухни.

Когда они вышли, Джоуди перевела взгляд на Энди, ожидая от него неприличных взглядов или непристойных шуток в адрес своего отца и Шарон. Но мальчишка словно застыл на стуле и только хмурился.

Вскоре отец вернулся и сел на место.

— Думаю, самое время подумать об обеде. Ты любишь пиццу, Энди?

— А?

— Пиццу.

— Давай не будем торопить события, — прервала их разговор Джоуди. — Я хочу, чтобы ты рассказал нам, что еще он говорил на пленке. Там должно было быть гораздо больше, чем ты нам передал. Вы ведь полдня их прослушивали.

— Я считаю, что упомянул все, что вам необходимо знать.

— А я хочу знать все, что он сказал.

— Нет, не хочешь. А теперь давай сменим тему и…

— Но он был в нашем доме, па. В моей спальне. В моей одежде.

— Знаю. И понимаю, как это, должно быть, тебе неприятно.

— Он сумасшедший К тому же извращенец.

— Знаю, милая, знаю. Послушай, если ты не можешь спать сегодня в своей спальне, постели

на диване.

— Диван бугристый.

— Знаю, но…

— Я хочу спать в своей кровати Несправедливо, чтобы он отнимал ее у меня… лишал меня моей спальни. — Еще произнося эти слова, она поняла, как эгоистично и мелочно они звучали. Канючит о какой-то спальне, когда Саймон и эта ужасная банда вырезали всю семью Энди, погубили столько народу, что невозможно и представить… — Все нормально, — поправилась она. — Просто надо свыкнуться с мыслью и…

— Может, есть смысл отправиться всем вместе в твою комнату и сделать там генеральную уборку…

— Мы уже все там убрали, пока ты слушал кассеты, — пояснила она. — Убрали во всем доме, ты разве не заметил?

— Не совсем.

Впервые за долгое время улыбка вернулась на лицо Джоуди.

— Вот бы Шарон обрадовалась, услышав, что ты даже не заметил. А она из кожи лезла вон.

— Я тоже помогал, — отозвался Энди.

— Эти лаборанты оставили все в большем беспорядке, чем… тот.

— Саймон.

— Да. Он. — Ей не надо было напоминать его имя. Похоже, она его теперь никогда не забудет. Но ей не хотелось произносить его вслух. — Во всяком случае, — продолжала она, — они везде насыпали дактилоскопического порошка.

— Скажи мне вот что, Джек. Зачем им нужно было искать здесь его отпечатки, если он мертв? — моргая, словно спросонья, спросил Энди.

— Потому что предстоит серьезное расследование… всех преступлений. Даже его проникновения в ваш дом. И нужно знать все о нем и его друзьях. Нужно точно установить, кто в чем участвовал, что делал и когда.

— Разве ты не говорил, что он назвал имена всех остальных? — наседал Энди.

— Это так, но он мог кого-то и не упомянуть. Или мог назвать имена людей, которые не входили в банду.

— Чтобы у них были неприятности? — предположил мальчик.

— По многим причинам. Насколько нам известно, половина из того, что он наговорил на пленку, может оказаться ложью.

— Только половина?

— То, что многое из сказанного им правда, не вызывает сомнений. Это совпадает с тем, что нам известно о… например, событиях в доме Энди в пятницу ночью. И о Хиллари Западон и ее муже. О бездомном бродяге, которого он сбил в переулке в субботу вечером. И двоих мужчинах, которых застрелил в Голливуде, когда ему понадобилась собака. О его… посещении нашего дома. Также о том, что он сделал с родителями Карен. — Он снова пожал плечами. — У нас нет подтверждения о его тройном убийстве в Индио, но, возможно, это просто дело времени. Может быть, этот парень — Генри — жил один и выдумал историю о том, что его мать на работе, которую рассказал Саймону. Если это так, то их тела найдут еще очень не скоро.

— Если уж на то пошло, дети, у нас нет никаких оснований вообще подозревать его во лжи. Поэтому каждое слово на пленках вполне может оказаться правдой. Но есть огромные пробелы, и их все нужно заполнить, чтобы получить полную картину преступлений этой банды.

Джоуди ерзала на кровати.

“Меня совсем не интересуют остальные. Я хочу знать только об этом извращенце, который побывал здесь. Что он говорил и что делал. Что было такого, о чем узнал отец из этих записей. Должно быть, что-то страшное, иначе бы он нам рассказал.