Но в снах своих ты размышлял...
Шрифт:
Черненькая покидает свое место. Картонки громоздятся возле ее соседки, укладчицы. Черненькая проходит за ее спиной вдоль стола, направляется к Мунку. Теперь они стоят почти рядом. Упаковщица наклоняется за крышкой. Наклоняется, не сгибая колен. Бедра округляются, халатик натягивается очень туго, прямо посреди округлости огромный желтый цветок. Привлекательно обтянутый зад оказывается на одном уровне с поверхностью стала. Над столом возвышается Мунк. Двумя руками черненькая ухватывает крышку. Выпрямляется. Грудь выпячена,
Безупречный Мунк направляется к следующему столу. Замеряет темп. Через семь минут он у третьего стола. Мюллерша колышется всем телом. Ручейки пота струятся по лбу, по щекам. Штефи хихикает. Но быстро подавляет смешок. Три с половиной марки в час, если бы не Мюллерша.
— Фрау Мюллер, — произносит Мунк, ничего не скажешь, здорово он к ней подъехал, — при том же заработке вы могли бы иметь гораздо более подходящую вам работу. У нас работой вы будете обеспечены всегда, независимо от кризиса сбыта. Мы готовы сделать все ради вашего хорошего самочувствия.
Мюллерша буквально раздувается от важности. Дыхание со свистом вырывается у нее из горла. Она не произносит ни слова.
— И знаете, фрау Мюллер, второй упаковочный цех устроит в вашу честь небольшой праздник, вы ведь работаете у нас больше двадцати лет, не так ли? А после этого мы переведем вас в отдел контроля. Будете сидеть там спокойно и проверять, нет ли брака в наших игрушках. Как вы относитесь к такому предложению, фрау Мюллер?
Мюллерша похожа на мешок жира. Вся ее огромная плоть от волнения колышется. Она обливается потом. Но не произносит ни слова.
— Вот и прекрасно, фрау Мюллер, хорошо, что мы понимаем друг друга. Я поговорю с начальником отдела кадров. Мы постараемся подыскать место, где вам будет хорошо. И зарабатывать вы будете почти столько же.
«Гертруда, — сказала ей в тот день госпожа Хамбергер, — пусть даже эти люди могут позволить себе только чердачный этаж, все равно это переходит все границы. Вы ведете себя в высшей степени странно, моя дорогая Гертруда. Попробуйте подыскать себе другое место».
Через час двадцать четыре минуты Мунк наконец закончил обход всех двенадцати столов. Еще в этом году будет проведена модернизация рабочих мест. Весь упаковочный цех будет поставлен на конвейер. Никаких столов и упаковочных бригад. Это вчерашний день.
Когда Мунк покончил с последним столом, часы показывали ровно двенадцать пятнадцать. Включили громкоговоритель. Сирена, затем голос диктора: «В упаковочных цехах с первого по пятый обеденный перерыв до тринадцати часов. В течение этого времени допускается уход с рабочих мест».
Заявление со всеми необходимыми документами
Денек
Перевод И. Кивель
Герберт Найдлих наткнулся на нее около восьми утра.
Как обычно, он намеревался засесть за работу в своей конторе.
Уже подходя к входной двери, он заметил, что во дворе кто-то валяется. «Пьяный», — сразу пришло ему в голову.
Пьяница.
И он пнул ногой неизвестного, распростертого на черной как деготь земле.
— Вставай! — обратился он к нему.
Поскольку тот никак не прореагировал, Герберт Найдлих пнул еще раз.
— Пьяный дурак, — пробормотал он.
И решил, что ему все-таки пора приниматься за работу. Напоследок он пнул его еще раз. Ударил в зад со всего размаху.
И захохотал.
Он вообще любил позабавиться.
Наконец он добрался до своего письменного стола. Войдя, спросил секретаршу:
— Эдит, вы видели, кто валяется там, на улице?
Та выглянула в окно.
— Теперь вижу, — ответила она.
Эдит была одной из тех, кто позднее даст показания, что видели женщину днем, после двенадцати, в городском парке.
Обычно секретарша проводит там свой обеденный перерыв. Если погода хорошая и нет дождя, она садится на скамейку и аккуратно очищает апельсин. Тщательно выбирая все белые пленки, подцепляя их кончиками ногтей.
Потом вонзает длинный ноготь большого пальца в самую середину и делит апельсин пополам. После этого, методично отделяя дольки, похожие на полумесяцы, отправляет их в рот одну за другой.
У нее маленький рот. О пожилых она высказывается с раздражением. Говорит: «Эти старики занудные».
— Я видела женщину, — сообщит она потом для следствия. — Около двух. Я сидела на скамье против бассейна.
Кое-кто из гуляющих уселся на край и опустил голые ноги прямо в бассейн.
Женщина вошла в парк со стороны здания суда.
Да, конечно, я заметила сумку.
Она была у нее надета через плечо.
Через левое плечо.
Не знаю, полная была сумка или пустая…
Я обратила внимание, что брюки у женщины внизу обтрепаны. Она села на скамейку рядом со мной.
Очень может быть, что она была пьяная.
С трудом переставляла ноги, еле волочила.
Гравий шуршал под подошвами.
Вдруг мне показалось, что она вот-вот потеряет равновесие и упадет.
Она опустилась на край бассейна.
Наклонившись к воде, черпала ее обеими руками и пила.
Не могу точно припомнить, но сумку она при этом, наверное, сняла.
Нашлись и другие, что тоже уселись на край бассейна и болтали в воде ногами.
Скорее всего, она поставила сумку рядом на гравий.