Но бывают времена...
Шрифт:
Этот фокус Альберт успел повторить еще три раза - пока на очередном повороте не столкнулся лицом к лицу с отколовшимся от остальной стаи уродом. Поднимая пистолет и одновременно второй рукой пытаясь защититься винтовкой, немец уже подспудно понимал, что ему не хватит какой-то доли секунд.
Помощь пришла с неожиданной стороны. Откуда-то сбоку короткая очередь подрубила пришельца, а затем раздался усиленный громкоговорителем крик:
– ЛОЖИСЬ!!!
Размышлять Альберт не стал. Натренированное тело на инстинктах кинулось вниз, а над головой человека уже сердито жужжал рой болванок и плазменных сгустков. В стаю крисаллидов
– Шевели задницей, Белоснежка!
– опять раздался крик.
Резво поднявшись, Альберт побежал вперед, на ходу рассматривая своих спасителей.
Одинаковые военные бронекостюмы, армейского образца вооружение - на помощь гражданским прибыл гарнизон Шаньси.
– Там еще есть кто?
– спокойно осведомился у подбежавшего немца "костюм" с пометкой сержантского звания на броне - двумя желтыми полосками поперек обоих плеч.
– Нет.
– Тогда уходим. Чарли - взрывай!
Один из бойцов взвалил на плечо переносный гранатомет и отправил заряд прямиком в угол одного из складов. Прогремевший взрыв обрушил массив здания прямиком на застрявших в проходе крисаллидов, похоронив их под обломками и перегородив его самого.
– Я сержант Кройч, гарнизон Шаньси, - повернулся к Альберту солдат, - как я смотрю, мы прибыли вовремя?
Джеффри прекрасно понимал, что появление его отряда было воспринято беглецами чуть ли не как подарок судьбы. Эти глаза, в которых почти потух тусклый огонек надежды, теперь смотрели на него и его бойцов, как на ангелов небесных. Они верили, что солдаты спасут, защитят их от любых напастей, верили, что самое худшее позади.
Вот только сам сержант был настроен не так оптимистично. Гуркха на платформу не поместился и его пришлось оставить в шахте. И огневой мощи, да и людей Кройчу катастрофически не хватало, чтобы перекрыть все подходы к складу с подъемником. Хоть у самих шахт сержант и встретился с десант-группой одного из фрегатов, в результате чего у него под командованием теперь было два с лишним десятка бойцов, это все равно ничего не решало. Так, капля в море. В море клацающих жвал и когтей. Потому он принял единственно верное, на его взгляд, решение - эвакуировать всех в шахты, а вход вместе с подъемником завалить к чертовой матери.
– Ханжа, ну что там с взрывчаткой?
– прокричал Кройч, подбегая вместе со своей группой и спасенным немцем к подъемнику.
– Почти закончили!
– раздалось в ответ от коренастого капрала.
В десантной капсуле с Тикендероги - того самого фрегата, откуда была подобранная Кройчом десант-группа, нашлась очень полезная штука - двадцать кило X-400, армейской взрывчатки, вместе с детонатором. И пока Кройч вместе с большой частью бойцов отправился отбивать атаки сил Эфириалов, капрал Гураши, он же Ханжа, был оставлен, дабы заминировать платформу подъемника.
– Отлично. Это отлично. Гражданские?
– уже тише спросил сержант, заметив, что на складе почти нет людей.
– Все внизу.
Кройч кивнул самому себе и указал группе на подъемник.
– Пошевеливайтесь!
– крикнул он бойцов, - Вы же не хотите остаться тут с лунатиками!
– Мы сразу за вами, сержант.
– Поторопись. Надолго мы их не задержать не смогли.
Ли не хотел умирать.
– Опускай уже эту хрень!
– рявкнул один из солдат на гражданского, пытавшегося запустить пульт подъемника, одновременно используя его как укрытие.
Ничего не отвечая бойцу, мужчина быстрыми, точно отмеренными движениями вскрыл панель пульта и отбросил в сторону. Погрузил руки в открывшееся чрево аппарата, заполненное проводами. Несколько секунд - и замигавший разноцветными огоньками пульт загудел и все люди готовы были поклясться, что это был лучший услышанный ими звук в жизни.
Техник протянул руку, чтобы включить пульт, при этом на долю секунды выпрямившись в полный рост. Слишком сильно выпрямившись. Он не увидел лунатика, убившего его, не услышал звука выстрела, оборвавшего его жизнь и не увидел снаряда, превратившего его лицо в кровавую кашу из костей, мозга и крови. Мужчина только повалился на пол - без единого звука, как кукла-марионетка, которой обрезали нити. Изувеченное лицо его оказалось прямо напротив Ли, единственным уцелевшим глазом словно смотря на него и вопрошая - "Почему я? Почему не ты? Почему я мертв, а ты живешь?".
Один из бойцов матернулся и через мгновение уже сам оказался возле пульта и резко дернул рубильник.
– Поехали!
– торжествующе закричал он. А спустя мгновение три рубиновых луча перечеркнули его наискось. Тело несколько секунд нерешительно стояло на ногах, несильно покачиваясь - а потом рухнуло на платформу парой дымящихся кусков плоти.
– По укрытиям!
– закричал все тот же боец, сидя за какими-то ящиками и слепо отстреливаясь от лунатиков, высунув плазмер над укрытием, - Не высовывайтесь!
Им это помогло лишь частично. По мере того, как подъемник опускался, на нем оставалось все меньше и меньше мест, где можно было укрыться от огня противников. А их количество все прибывало и оставшиеся несколько бойцов ничего не могли изменить. К самому низу подъемник доехал только с Ли и чудом уцелевшим капралом.
– Давай!
– солдат очутился возле парня и попытался схватить его за руку, чтобы вытащить. Парень лишь что-то замычал и попытался забиться еще дальше. Он не мог выйти. Только не туда, на залитую кровью и внутренностями платформу, на которой болванки масс-драйверов, пронзительно звеня, выбивали кровавые фонтанчики.
– Ну давай же! Ты же тут сдохнешь! А, чтоб тебя!
– боец сплюнул и, схватив детонатор взрывчатки, ринулся с платформы.
Он не успел сделать и пары шагов. Почти десяток лучей лазеров и болванок масс-драйверов прошили его тело, вгрызаясь в него и кромсая плоть. Мужчина навзничь упал на пол и медленно, выплевывая кровь, развернул голову к Ли. Неслышно открывая окровавленный рот, он что-то пытался сказать парню, но лишь выталкивал толчками кровь. Пальцы руки слабо шевельнулись, подталкивая к Ли коробку детонатора.